Л О М О Н О С О В С К О Е Мореходное училище ВМФ 12 - Эксперимент: А ну ка девушки!

Автор
Опубликовано: 1476 дней назад (6 июля 2015)
0
Голосов: 0
Эксперимент: А ну ка девушки!

Вспомогательный флот переживал взлет. Мужчин не хватало. Указание из Москвы о наборе группы девушек на радиотехнический цикл Мореходного училища ВМФ было равносильно взрыву термоядерной бомбы. Начальник ЛМУ капитан 1 ранга Потехин собрал офицеров и зачитал приказ ГК ВМФ. Зал ответил глухим молчанием.
Детали обсуждали в узком кругу. Начальник политического отдела мысленно понимал, что при таком подходе к подготовке специалистов для вспомогательного флота ВМФ, его служебная карьера может скоро завершиться. Жалобы на безнравственное поведение отдельных курсантов регулярно поступали в училище от родителей юных дам г.Ломоносова. Многие вопросы решались просто и завершались свадьбами. Были и сложные моменты, когда требовались доказательства о причастности того или иного курсанта к появлению будущего наследства. Партийно-политическая работа стала приобретать острый социальный характер. Немного подумав, он попросил добавить несколько слов:
-Товарищи офицеры! Перед нами поставлена командованием серьезная задача. Опыт преподавателей и традиции училища позволяют мне выразить уверенность, что этот эксперимент пройдет благополучно. Начальнику РТЦ капитану 2 ранга В.Н.Лобко прошу подготовить свои предложения по организации нового набора.
-Новый набор 1987 г будем проводить на общих основаниях, - добавил Потехин. – На РТЦ набираем 3 группы: две юношей и одну девушек. Жить девушки будут на частных квартирах. Вопросы есть?
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Новый набор действительно прошел удачно. Конкурс составил три человека на место. Многие абитуриенты, не прошедшие по конкурсу, плакали, уезжая из училища. С девушками оказалось проще. Они лучше парней сдавали вступительные экзамены, поэтому с их зачислением не было проблем. К 1 сентября всем, зачисленным в училище, выдали новую форму. Курсанты носили голландку с голубым воротником. Девушки ходили в тужурках, кремовых рубашках и при галстуке. Внешне они выглядели весьма элегантно, смущая своим необычным нарядом местную молодежь.
С.Аксенович, С.Якимчук, С.Войшвилло (210 группа) прибыли в училище из разных мест. Три Светланы уверенно осваивали специальность радиотехников. Девушки учились на «отлично». В отличие от ребят, они лучше работали на ключе и использовали пишущие машинки для записи радиограмм. Занятия с ними проводили преподаватели: М.Журавлев, Н.Манов, Г.Саприга, Р.Гаврюшина. Дисциплину «Судовое оборудование радиосвязи» вел начальник цикла. Практические занятия на материальной части проводили лаборанты цикла. Об успехах девушек-радисток писала газета Лен.ВМБ «Советский моряк» в марте 1988 г.
Юля Кулакова приехала в Ломоносов из Москвы. О море она мечтала с детства, читая запоем приключенческие романы Стивенсона, Жуль Верна, Джека Лондона и многих других авторов. Отец привел девочку в «Клуб моряков, речников и полярников», когда она училась в пятом классе. В Клубе занимались многие мальчики и девочки. Однако не все доходили до выпускного финиша. Строгая дисциплина, единая форма одежды и дополнительная учебная нагрузка стали хорошей проверкой на прочность и привели к выбранной цели.
Однажды в Клуб пришел высокий пожилой мужчина. На лацкане его пиджака красовалась золотая звезда Героя Советского Союза.
-Кто это? – спросила Юля преподавателя.
-Это наш знаменитый радист и полярник Эрнст Кренкель.
Вскоре по его инициативе в Клубе создали любительскую радиостанцию и стали учить работе на ключе. К моменту окончания 10-го класса Юля свободно принимала до 75 знаков, что совсем неплохо. Работа в эфире позволяла погружаться в совершенно иной, полный романтики мир.
О том, что в Ломоносове есть Мореходное училище, где готовят радистов, Юля узнала от Александра Преснякова, ее одноклубника. Он же рассказал, что в училище принимают и девушек. Решение созрело мгновенно, и Юля летом 1988 года направилась в Ленинград.
О Юле Кулаковой и ее подруге Виолетте Забела-Забелиной написал в короткой статье А.Мешков «Дорога к морю» в марте 1989 г. В газете «Советский моряк». К этому времени Юля стала командиром отделения группы, которая завершала программу обучения в Мореходном училище. После выпуска Юля получила назначение на должность радиооператора одного из судов вспомогательного флота.
Годом ранее Юлии и Виолетты диплом получила Раиса Алабердина. Девушка училась блестяще. Она прекрасно принимала и передавала радиограммы, знала материальную часть радиооборудования. Ее хорошо помнил Алексей Федорович Харитонов. Раю уважали и любили на цикле. Строгая к себе и другим Алабердина не давала спуску тем, кто относился к учебе халатно. Ребята даже ее побаивались. «Идейная» - называли ее в кулуарах. Рая одна из немногих девушек после выпуска была назначена начальником радиостанции госпитального судна «Енисей».
Судьбы «девичьего набора» складывались по-разному. Не всем девушкам удалось завершить обучение в Мореходном училище. Одних отчислили по неуспеваемости, другие вышли замуж и стали домохозяйками с радиотехническим уклоном. Все зависело от характера людей, способности учиться и строить собственную жизнь. Их было немного, но они оставили свой след в истории училища.
Во время подготовки рукописи оказалось, что нет списка девушек, которые учились в 210 и 223 группах. Списки пропали вместе с архивом, который вовремя не сдали в Гатчину. В помещении, где хранились документы, прорвало батарею отопления. Водой затопило множество папок с бесценными документами. Опять таки выручил Алексей Федорович Харитонов, которого можно назвать «Ангелом – хранителем истории учебного заведения». Он нашел телефон Ревекки Ароновны Гаврюшиной, которая в течение нескольких лет была «классной дамой» в группах девушек. Списки групп были установлены по старой тетрадке, где все расписывались за технику безопасности при проведении практических занятий.
Ревекка Ароновна специально приехала в Ломоносов и привезла свои воспоминания: « Я пришла работать в училище по объявлению. Естественно никого не знала и в воинских званиях ничего не понимала. В отделе кадров посмотрели на мой диплом с некоторым сомнением. Институт киноинженеров, который я окончила, по понятиям кадровых работников был далек от радиотехники. Тем не менее, меня представили Афанасию Терещенко, который возглавлял РТЦ. Мужчина в военном кителе без погон суровым взглядом осмотрел меня как жираф попугая. Я вся сжалась и онемела. Меня парализовал страх. Афанасий Михайлович спокойно сказал:
-Мы проведем пробный урок, а там посмотрим.
-Надеюсь, что вы дадите мне тему занятия, и я смогу подготовиться, - робко спросила я.
-Конечно, - ответил он, и я почувствовала, что за его суровостью скрывается огромная доброта.
На пробном уроке не было ни одного курсанта. Аудитория была заполнена офицерами разных рангов и людьми в гражданской одежде, которые с любопытством смотрели на молодую женщину, которая отважилась преподавать в чисто «мужском» учебном заведении. Урок им понравился и меня приняли на работу. Это было 11 мая 1974 года. Мне поручили вести четыре дисциплины и дали классное руководство. Учебные классы располагались на одном этаже с лабораториями, где проводились занятия.
Через некоторое время начальником РТЦ был назначен Мстислав Дмитриевич Журавлев. На одном из совещаний он как-то странно посмотрел на меня. Мне показалось, что мое присутствие на цикле в качестве преподавателя не совсем уместно. Свое пренебрежение к женщинам он не скрывал. Возможно, у него были на этот счет свои причины. Совсем другим человеком оказался Николай Семенович Манов. Он был всегда спокоен и доброжелателен. На все вопросы, которые у меня возникали, он отвечал спокойно и уверенно.
Мне пришлось делом доказывать, что женщины тоже не «лыком» шиты. Вскоре Мстислав Дмитриевич меня все же признал, и нас сложились хорошие деловые отношения.
В то время женщины работали в основном в службах обеспечения. Обучение юношей в закрытом учебном заведении накладывало свой отпечаток на контингент преподавателей. Кроме меня женщины преподавали английский язык, вели курс черчения, учили химии и другим общеобразовательным предметам. Маина Владимировна Матузко, являясь начальником общетехнического цикла, преподавала математику, без знания которой радисты не могли обойтись. Спокойная выдержанная женщина не откликалась на едкие шуточки курсантов. Я читала курс цепей и сигналов. От качества моей деятельности зависело, насколько хорошо курсанты освоят приемники и радиопередатчики.
Наша лаборатория была хорошо оборудована измерительной техникой. Практические занятия по цепям и сигналам проводятся с использованием генераторов стандартных сигналов и осциллографов, имеются макеты узлов и блоков радиотехнических устройств. Журавлев и Манов были довольны экспериментальной работой курсантов. Макеты до сих пор сохранились и в ламповом и в транзисторном вариантах, напоминая нам об истории развития судовой радиоэлектроники тех лет.
Однажды молодой человек решил проверить, что такое 220 В в розетке электропитания. Не совсем понимая, что такое амплитуда напряжения и сила тока, он воткнул щуп осциллографа в розетку. В результате из прибора повалил дым. Занятия пришлось прекратить и вернуться к терминам и определениям.
К набору девушек я отнеслась скептически, привыкла к мальчишкам и их проказам. Мне казалось, что девочки тоньше и изобретательнее мальчиков. Меня назначили классным руководителем первой группы девушек, считая, что это естественно и неоспоримо. Николай Лобко со мной даже не посоветовался, принимая это решение. Моему расстройству не было границ хотя бы потому, что меня не спросили, а назначили. Пришлось смириться.

Впервые 210 группу в полном составе я увидела на торжественном построении 1 сентября 1987 года. Как обычно состоялся парад. Сначала торжественным маршем проходили старшие курсы. Первокурсники были замыкающими в общем строю. По сравнению с юношами девушки выглядели ослепительно нарядными. Новая форма с нарукавными нашивками и белые блузки с черными галстуками делали их неотразимыми в лице руководства училища, стоящего на трибуне.
Девушки оказались очень милыми, и я подружилась с ними. Если бы этого не случилось, то вряд ли смогла с ними работать. Как-то один из командиров рот сказал мне:
-Курсанты говорят мне, что вы их любите всех вместе и каждую в отдельности. Мне нравится, что вы никогда на них не кричите.
-Знаете, вы правы, - ответила я ничуть не смутившись.
Первые занятия показали, что девушки совершенно другие в учебе. Они старались вовсю, чтобы не ударить в грязь лицом перед мальчиками. Многие учились очень хорошо: Алабердина Рая, Аксенович Света, Ерохина Оля, Орлова Марина, Петрова Ира и другие. Мужчины-преподаватели сначала делали им некоторые поблажки, но потом признались, что у девушек лучше слух и реакция.
Поначалу девчонки держались кучкой, ходили друг за другом и делали вид, что юноши им безразличны. Мальчики страдали от отсутствия внимания со стороны слабого пола и становились рассеянными на уроках. Нам – преподавателям все было видно со стороны. Вскоре в коридорах стали появляться парочки. Девичий смех и радость юношеского задора стали создавать новую атмосферу в «мужском монастыре».
Однажды девушки решили организовать вечер для своей группы в клубе училища. Женсовет училища поддержал хорошее начинание, привлекли и курсантов, которые обладали некоторыми талантами. В результате получился хороший концерт художественной самодеятельности. Вечеринка завершилась танцами, которые окончательно сблизили многие пары.
Диана Леонидовна Бельвег заведовала библиотекой. Она отмечала, что девушки читают художественную литературу больше, чем юноши. Мы организовали встречу с писателем Притулой. Он занимался историей города и рассказал много интересного. В результате мы организовали с курсантами несколько экскурсий по Ленинграду. Побывали в Разливе, где скрывался В.И.Ленин, Зеленогорске, Сестрорецке и других памятных местах. Эти мероприятия были полезными во всех отношениях. Молодые люди проявляли себя и выказывали свой интерес к истории страны, в которой мы жили.
На втором курсе появились постоянные пары. Совместное обучение сближало молодых людей, объединенных романтикой моря. После замужества стали изменяться фамилии: Аксенович – Рева, Петрова – Мартынова. Не все браки оказались удачными. Ира Петрова вскоре развелась с мужем и снова вышла замуж за курсанта-радиста, который увез ее с ребенком в Балтийск.
Самым тяжелым испытанием стала практика. Я была в Севастополе. Девушки жили на судах и были предоставлены сами себе. Корабли часто выходили в море, что сближало их с экипажем. Отзывы командования были положительными. Еще в поезде я заметила, что Рая Алабердина стала какой-то другой. Она все время смотрела в окно, отвечала односложно. Я поняла, что она влюбилась. Рая окончила училище, получила назначение в Севастополь, где и осталась работать вместе с мужем на судне.
Аналогичная история произошла с Оксаной Мирошниченко. Она уехала в Мурманск, где вышла замуж, родила детей. На судах обеспечения ВМФ долгое время работали Маслина Люба, Орлова Марина из первого выпуска. На Смоленском проспекте в Мореходном училище оказалась Федорова Света, которая работала инструктором по радиосвязи. Кто-то остался в Ломоносове. Всех не вспомнишь, ведь прошло много лет.
Можно считать, что в целом эксперимент с набором девушек прошел удачно. К сожалению их было мало, поэтому делать выводы о целесообразности их набора в колледж считаю преждевременным.

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.


Классным руководителем группы 223 набора 1988 года была В.М.Таболина – преподаватель математики общетехнического цикла. Группа оказалась небольшой, поэтому ее сделали смешанной. Картина поведения людей оказалась схожей. Были упорные девушки, которые любили свою специальность. Были и другие, которые хотели создать свою семью. Маркова вышла замуж за курсанта судомеханика Киреева, родила ребенка и снова вернулась в училище».
Во время беседы с Ревекой Ароновной складывалось впечатление, что всех девушек она любила как своих дочерей. Естественно, что по прошествии лет впечатления потускнели. Самое печальное, что она уничтожила все записи после увольнения из училища. Восстановить ряд реальных событий в данный момент невозможно. Но даже этой короткой истории вполне достаточно, чтобы показать роль и значение училища в подготовке специалистов для вспомогательного флота.
Конкурсов Красоты в мореходном училище не проводили. Эти идее возникли позже с появлением шоу бизнеса и внедрением в нашу жизнь «чуждых» идеологий. В сентябре 1996 года газета «Гардемарин» опубликовала фотоэтюд Е.Назарова «Незнакомка». С фотографии на читателей газеты смотрела приятная девушка с загадочными глазами, чуть полными губами и красивыми волосами. Она действительно была красива, но совершенно не умела позировать. На темном фоне снимка можно было разглядеть какие-то мнемосхемы. Просматривая старые газеты в читальном зале, кто-то из служащих опознал незнакомку. Это была Анжела Гусева – выпускница ЛМУ ВМФ.
Последней девушкой-радисткой, окончившей РТЦ и получившей диплом с отличием, стала Н.Киреева. Встреча с ней состоялась случайно в электричке в 2004 году. Мы возвращались из колледжа в Петербург с преподавателем судоводительского цикла В.Г.Коршуновым. Он как всегда травил флотские байки. Напротив нас сидела молодая женщина и смотрела в окно поезда. Когда речь пошла о дебильности современного поколения курсантов, мы рассмеялись вспомнив отдельные эпизоды из педагогической деятельности.. Женщина оторвалась от окна, в упор посмотрела на Коршунова и спросила:
-Вы обо всех курсантах так думаете?
-Нет только о выдающихся, - отшутился Коршунов.
-Вы меня наверно не помните. Я тоже училась в мореходке. Вы преподавали нам радионавигацию.
-Что-то не припоминаю. Вы наверно хорошо учились.
-Да, окончила РТЦ и даже с отличием, - с гордостью в голосе произнесла дама.
-Вот поэтому я вас и не помню. У меня на уме одни двоечники.
-Нам радиотехнику преподавал Саприга. Высокий такой мужчина. Так вот, мы никак не могли понять, что такое боковые частоты. Спектральные характеристики были еще понятны. Я знала, что по ним можно определить полосу пропускания усилителя. Об этом мне рассказывали в институте. В свое время англичанин Джон Флеминг – изобретатель вакуумного диода категорически отрицал их наличие. Эксперимент поставил советский ученый Мандельштам, который собрал простую схему частотомера и телеграфного ключа. При манипулировании ключом начинали колебаться пластины соседние с отметкой основной частоты. Так было доказано наличие боковых частот. Флеминг был повержен, а Мандельштам подтвердил теорию Шулейкина.
-Теперь я понимаю, что на РТЦ зря диплом с отличием не выдают. – ответил Коршунов.
Женщина встала и пожелала нам удачи.
-Никогда не думайте о курсантах плохо, - сказала она на прощанье.
-Как вас зовут! – воскликнул я.
-Запомните – Нина, - донеслось из конца вагона. – Последний женский выпуск РТЦ.

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.
Комментарии (2)
Mehilainen # 27 октября 2015 в 16:01 0
Небольшое уточнение: девушек набирали в училище в 1985-1986 г.г. Женских наборов в 1987-1988 г.г. в ЛМУ ВМФ не было.
Mehilainen # 15 апреля 2017 в 20:59 0
Хочу уточнить, что в восьмидесятые годы прошлого века девушек в ЛМУ ВМФ набирали в 1985 и 1986 году. В 1987 и 1988 году женских наборов в ЛМУ ВМФ не было.