+1 RSS-лента RSS-лента

Блог Ровбут Михаила Олеговича

Автор блога: ЛМУ ВМФ
Все рубрики (29)
Л О М О Н О С О В С К О Е Мореходное училище ВМФ 7 - 2.2. Руководитель практики
2.2. Руководитель практики

К руководству практикой привлекались все категории педагогического персонала. Практика организовывалась управлением Военно-морскими учебными заведениями. Заявки на число практикантов формировались заранее и оформлялись приказом ГК ВМФ. Первый курс, как правило, проходил практику на шлюпках и судах принадлежащих ЛМУ. Опыт использования баркентины «Чайка» показал, что курсанты быстрее осваивают морскую практику, приобретают навыки будущего судоводителя, начинают нести самостоятельные вахты на руле и в машинном отделении. Кроме этого работа с парусами вырабатывала у молодых людей определенное мужество и чувство ответственности. Особое внимание уделялось изучению конструкции судна, вопросам мореходности, сигнализации и судовождению.
Впоследствии в состав учебных судов входили УС «Курсант», УС «Луга» и РК-18.
Фотография капитана 1 ранга на фоне развернутого знамени ЛМУ ВМФ, найденная в архиве, показалась несколько необычной для настоящего времени. Обычно такие фотографии делались с разрешения начальника училища и свидетельствовали о больших заслугах человека, который удостаивался такой чести.

Мейер Карл Генрихович, 1892 года рождения – человек-легенда. Обрусевший немец по происхождению, Карл Генрихович окончил в 1912 году Таганрогскую мореходную школу и получил специальность штурмана. Перед начало первой Мировой войны Мейер сдает экзамены на прапорщика корпуса флотских штурманов. Его военная служба начинается в 1918 году на Азовской военной флотилии. Начинается Гражданская война. На мостике допотопных канонерских лодок стоят недавние выпускники Морского кадетского корпуса. Мейера поражает выправка офицеров, высокая требовательность к личному составу, грамотное управление судном. Карл Генрихович растет в должностях не по дням, а по часам: командир катера, парохода, речного буксира оснащенного артиллерией дают возможность пройти практический курс морских наук от ревизора до старпома канлодки «Грозящий». После Гражданской войны Мейер остается на Черноморском флоте и принимает участие в его восстановлении. В 1925 году Карла Генриховича назначают командиром крейсера «Коминтерн», а в 1926 году доверяют командовать крейсером «Красный Кавказ».
Молодому командиру 34 года, он не член ВКП(б). Корабль часто посещают Наморси Р.А.Муклевич, командующий ЧФ В.М.Орлов и член Военного совета Г.С.Окунев. Незадолго до прибытия на крейсер нового старшего помощника Н.Г.Кузнецова у Мейера случился конфуз, о котором много лет спустя, напишет будущий Нарком ВМФ в книге «Накануне»: «… незадолго до нашего приезда произошло несчастье. Корабли маневрировали под командованием командира бригады Кадацкого. Крейсер «Красный Кавказ» скользящим ударом повредил другому крейсеру борт в районе кормового орудия, а себе изрядно свернул форштевень. Оба корабля на короткий срок вышли из строя. Рабочие завода открыто высказывали недовольство» Корабли вскоре были отремонтированы. «Командир «Красного Кавказа» Карл Мейер с особой осторожностью развернулся носом на выход и приказал дать машинам средний ход. Прибыли в Севастополь благополучно. Затем последовал строгий приказ. Мейера освободили от занимаемой должности». Карла Генриховича в 1927 году направили на курсы в ВМА РККФ и шесть лет не допускали к командованию крупным боевым кораблем. Только в 1932 году его назначили командиром канонерской лодки «Красное Знамя», а в 1933 году доверили учебный корабль «Комсомолец». Начиная с 1939 года, Карл Генрихович находится на преподавательской работе в ВВМУ им М.В.Фрунзе и ВВМИУ им Ф.Э.Дзержинского. С началом Великой Отечественной войны оба училища эвакуируют из Ленинграда в город Баку, где продолжается подготовка офицеров флота. К.Мейер возглавляет кафедру Морской практики, преподает мореходную астрономию.
В 1945 году К.Мейер возвращается в Ленинград и продолжает заниматься педагогической деятельностью в должности старшего преподавателя ВВМУ им М.В.Фрунзе.
В 1952 году капитан 1 ранга Мейер увольняется в запас и становится преподавателем Судоводительского цикла ЛМУ ВМФ. Свои знания и богатый практический опыт он отдает курсантам. За большой вклад в дело подготовки специалистов для Вспомогательного флота К.Г.Мейер занесен на доску почета училища и сфотографирован у развернутого знамени училища. Карл Генрихович награжден орденами Ленина и Красного Знамени, а также медалями СССР. Умер в 1961 году.



2.3. Формирование радиотехнического цикла

. Первым начальником радиотехнического отдела был назначен подполковник Головин И.К., командиром роты капитан-лейтенант Величко А.Я., преподавателями по специальным предметам Карпов Г. П. и Трофимова Н.Д. . Политико-воспитательной работой занимался капитан 2 ранга Кожемякин.
Начальник училища капитан 1 ранга И.Декалин принял решение организовать набор абитуриентов на новую специальность и начать занятия с 1 сентября 1953 года.
Ломоносовское Мореходное училище переживало не лучшие дни. Коллектив остро нуждался в квалифицированных преподавательских кадрах, которые можно было черпать из числа демобилизованных офицеров и гражданского персонала. В училище продолжалось строительство учебных и жилых корпусов. Старые здания расположенные рядом с парком едва выдерживали контингент судоводителей и судомехаников.
Радиотехнический цикл организационно ввели в состав Судоводительского отдела. 1 сентября 1953 года был произведен первый набор и организована группа в составе 28 человек. Срок обучения 4 года позволял подготовить радиоспециалистов высокого уровня. Отсутствовала учебно-материальная база. В программу обучения была включена работа на ключе в режиме радиотелеграфии, световая сигнализация (клотик), флажной семафор. Теория в виде понятий радиотехнических цепей и сигналов преподавалась на уровне того времени.
Цикл развивался быстро. Уже в июне 1953 года был введен в эксплуатацию кабинет радиосвязи и манипулирования, а в марте 1956 года открыли учебный кабинет радионавигационных приборов. В этом была несомненная заслуга преподавателей А.М.Терещенко, Г.М.Сурикова, лаборантов С.А.Иванова, А.М.Карычева.

Старший лаборант А.М.Карычев прибыл в ЛМК ВМФ после демобилизации из Кронштадта. За его спиной осталась служба на Соловецких островах в школе Юнг Северного флота. Александр Михайлович – спокойный рассудительный человек старался не выделяться среди других сотрудников цикла. Орден Красного Знамени, с которым Александр Михайлович не расставался и всегда носил на лацкане пиджака, вызывал глубокое уважение к этому человеку. О своих боевых заслугах Карычев не любил рассказывать. Война застала его на Северном флоте. Подразделение, где он служил начальником смены радиооператоров, обеспечивало связь с летчиками морской авиации и занималось радиоразведкой. Последний вылет командира истребительного авиаполка дважды Героя Советского Союза Бориса Сафонова совпал с дежурством Карычева. Он поддерживал связь с летчиком до момента гибели истребителя. Дальнейшая служба ветерана цикла проходила на Соловецких островах. «В нашей землянке, - рассказывал бывший юнга В.С.Спиридонов, - размещалось две смены. Старшина 1-й статьи Карычев жил вместе с нами. Карычев занимался с нами радиотелеграфией и флажным семафором. По характеру он был очень добрым, но послаблений не давал. Любил правду. Мы уважали его за строгость и требовательность. После войны он служил в Кронштадте и вышел в запас в звании капитана».
На цикле изучались следующие предметы:
- Эксплуатация радиосвязи и манипулирование;
- Основы радиотехники и радиоизмерений;
- Радиопередающие и радиоприемные устройства;
- Основы электротехники;
- Радиооборудование судов;
- Основы радиоэлектроники и судовой электроавтоматики;
- Основы радиотехники;
- Радионавигационные приборы и др.
Предметно-методическая комиссия под председательством начальника цикла систематически рассматривала вопросы повышения уровня знаний курсантов, совершенствования учебно-материальной базы. Особое внимание уделялось радиотелеграфии, настройке аппаратуры и работе курсантов в экстремальных условиях. Ввиду отсутствия стационарных кабинетов и учебной аппаратуры практические занятия были перенесены на суда обеспечения, где курсанты совместно с экипажами судов занимались монтажом нового оборудования, несли радиовахту наравне с судовыми радистами.
В конце 50-х годов кабинет радионавигации был оборудован РЛС «Линь», «Нептун», «Створ» и слуховым радиопеленгатором СРП-5. Эти средства позволяли определять местоположение судна на дистанции 38 миль. РЛС «Дон», АРП-50 и КИ-55 существенно увеличивали дальность определения места судна и довели ее до 60 миль.
В 1957 году первый выпуск радистов составил 24 человека:
Курочкин А.Г., Лыско Д.И., Кривов В.В., Максимов П.В., Петрушкин В.И., Улитенков А.П., Субботин А.В., Григорьев А.И., Доровский Ю.С., Савичев П.П., Леоненко П.П., Алексеев В.Г., Алексеев Г.А., Мокриевич В.И., Голубев В.П., Лобанов В.Н., Штурманов Л.Д., Шамков Н.Н., Ларюшкин Г.И., Феоянов Г.В., Посметный А.В., Шкиндер Г.С., Афанасьев И.С., Абрамов В.Д. .Курсанты П.П.Савичев и А.П.Улитенков получили дипломы с отличием.



Первый выпуск радиотехников
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.


Судьба первых выпускников сложилась по-разному. Многих уже нет в живых. Фотографию первого выпуска подарил Владимир Вячеславович Кривов, который приехал в колледж на празднование 60-летия училища. Все выпускники получили назначение радистами на суда ОВСГ. В частности, В.В.Кривов оказался по распределению на танкере «Сосьва». Плавание по Финскому заливу было скучным и однообразным. Танкер снабжал топливом корабли ВМФ. Приходилось подходить к знаменитому крейсеру «Киров», обеспечивать испытательные выходы новых эскадренных миноносцев. Военно-морской флот Советского Союза рос и развивался. Особое впечатление оставил первый советский атомный ледокол «Ленин», который готовился к выходу в Арктику. Сокращение Вооруженных сил в 1960 году заставило изменить жизненные планы. Он поступает на работу в Ленинградский НИИ «Радиотехники» и учится на вечернем отделении ЛИАП. Работа в НИИ, который американцы называли «жемчужиной советской радиоэлектроники» была интересной, но малооплачиваемой, поэтому в 1968 году он перешел в КБ «Морсвязьпроект» Минсудпрома. Расти пришлось долго. За 26 лет работы он прошел путь от инженера до начальника сектора антенно-фидерных устройств. КБ занималось разработкой и внедрением новой радионавигационной аппаратуры для Минморфлота и Министерства рыбного хозяйства. Судовые испытания радиоаппаратуры проходили на разных судах в сложных метеоусловиях. Вот тогда-то и пришлось много поплавать. Он часто вспоминал учебу в Мореходном училище и преподавателей, которые заложили веру не бояться трудностей. Руководство выполнением проектов по размещению антенно-фидерных устройств позволило познакомиться с работой судостроительных объединений в Ленинграде, Керчи, Николаеве и Херсоне. Были и зарубежные командировки в Финляндию на верфи фирм «Вяртсиля», «Валмет», «Раума-Репола», ARN (Испания) и других стран.
В феврале 1957 года состоялся выпуск первых радиотехников. Дипломы с отличием получили курсанты Савичев П.П. и Улитенков А.П.. Начальник радиотехнического цикла подполковник Головин И.К. провожал на флот первых питомцев. На выпускном вечере преподаватель Афанасий Михайлович Терещенко вспоминал о том, с каким трудом вводили в эксплуатацию кабинет радиосвязи и манипулирования. Курсанты благодарили преподавателей Г.М.Сурикова, В.М.Болгарова, лаборантов С.А.Иванова и А.М.Карычева, которые прилагали все усилия для оснащения цикла современным радиооборудованием, проводили занятия, формировали учебные планы и программы.
Афанасий Михайлович Терещенко 1903 года рождения окончил артиллерийскую школу в Одессе и начал службу в качестве техника артиллерийской батареи в Севастополе. В 1935 году его переводят на Тихоокеанский флот и назначают начальником службы наблюдения и связи (СНиС). Терещенко нравится новая работа, но не хватает образования. Он поступает в Военно-морскую академию им Ворошилова и успешно оканчивает ее в 1939 году. Первое назначение – начальник радиоцентра. К началу войны Афанасий Михайлович становится флагманским связистом учебной бригады подводных лодок. Затем связистом ледокольного отряда Беломоро-Балтийской военной флотилии, а в 1942 году – начальником службы связи Мурманского укрепрайона. Война бросала людей на разные участки огромного фронта. Это коснулось и Терещенко. Начальник связи Новоземельской ВМб (1943), флагманский связист Иоканьской ВМб (1944), флагманский связист 25-й бригады траления Краснознаменной Дунайской флотилии (1945). В связи с расформированием флотилии Терещенко назначают старшим преподавателем кафедры радиотехнического факультета формируемого Военно-морского училище связи в Ораниенбауме. Терещенко всей душой отдается учебной работе, участвует в становлении кафедры теоретической радиотехники. О его заслугах свидетельствуют награды: орден Красного Знамени (1944), орден Ленина (1946), орден Красного Знамени за выслугу лет (1951). В 1949 году Терещенко присваивают воинское звание инженер-капитан 1 ранга.
В 1953 году Терещенко увольняется в запас и устраивается вольнонаемным в Мореходное училище ВМС в Ораниенбауме.

2.4. Четвертый выпуск

Четвертый выпуск (второй офицеров запаса) состоялся в 1954 году. На флот уехало 38 судоводителей и 51 судомеханик. Впервые были выданы дипломы с отличием курсантам Бабаеву И.М., Гришину А.В., Бабшеву И.М., Никитину А.И., Голоухову Н.Д., Карееву Е.В., Капитонову Н.В.

11 июня 1954 года в должность заместителя начальника училища по политической части вступил капитан 2 ранга Сосин Павел Михайлович, 1911 года рождения. Рост численности членов ВКП(б) и комсомольцев потребовал внести изменения в партийно-политическую организацию. Вместо подразделенческих партийных организаций организовали шесть партийных групп. Руководство группами осуществляло партийное бюро училища. Секретарем партийного бюро был избран старший лейтенант Фирсанов Владимир Иванович, член ВКП(б) с 1946 года.
В октябре 1954 года начато рытье котлована под 2-й учебный корпус. Территория училища вновь превратилась в строительную площадку. Грунт использовали для выравнивания стадиона и засыпки воронок от авиабомб.
1 марта 1955 года был произведен 5-й выпуск. За учебный год отчислили 19 человек, 9 из них по неуспеваемости. Впервые в училище учредили занесение отличившихся курсантов на доску почета: Захаров В.А., Калиновский А.П., Косарев А.И..
К маю 1955 года завершили строительство фундамента учебного корпуса и силами курсантов создали спортивный городок. Стадион размером 80x60 метров включал футбольное поле, волейбольную и баскетбольную площадки. Спортивная жизнь училища набирала темпы. На каждом отделении были организованы свои команды по различным видам спорта. Летом курсанты училища выступали на соревнованиях по футболу, волейболу, морскому многоборью, плаванию, участвовали в кроссах. Зимой профилировалась игра в хоккей, бег на лыжах, плавание в бассейне и другие виды спорта. Курсант Григораш стал чемпионом Ленинградской области по боксу.
В августе в училище состоялись экзамены по курсу ВМП на звание офицеров запаса. Государственная комиссия отметила хорошую подготовку курсантов. Соответствующий доклад был направлен в Москву, но там видно не поверили, поэтому в декабре направили новую комиссию из управления ВМУЗ. Военно-морской цикл вывернули наизнанку, но грубых нарушений не нашли (акт № 23 от 14.01.1956 года).
1 сентября 1955 года Мореходное училище выведено из подчинения начальника отдела Труда и Кадров ВМС и подчинено начальнику Управления вспомогательных судов и гаваней ВМС. (Директива начальника УВСГ ВМС № 282290 от 29.09.1955 г.) Такое решение назрело давно. Фактически последняя организация была заказчиком кадров, которых готовило училище. Стало проще решать вопросы с распределением выпускников и практикой курсантов. В командование Военно-морским флотом вступил адмирал С.Г.Горшков, сменив на этом посту Н.Г.Кузнецова. В училище введен новый штат № 56/514 , согласно которому численность военнослужащих определена в 46 человек, рабочих и служащих 193, курсантов 1000, слушателей – 200. Декалин приказал произвести реорганизацию. Количество рот сократили с 12 до 7. Численность военнослужащих уменьшили на 15 человек за счет увольняемых в запас, а курсантов на 200 за счет сокращения нового набора. Из состава плавсредств училища исключили буксирный катер «БУК-36».
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

выглядел катер примерно так

Катер передали в состав плавсредств 561 школы специалистов рядового состава ВМС г. Выборг.
С 19 по 23 декабря 1955 года комиссия управления ВМУЗ под руководством контр-адмирала М.А.Крупского проверяла состояние цикла ВМП. Выводы для командования ЛМУ ВМФ были неутешительными:
1.Количество занятий, проводимых по программе подготовки офицеров запаса, не отвечает требованиям руководящих документов.
2. Учебно-лабораторная база цикла отсутствует. Обучение носит сугубо теоретический характер за исключением штурманской специальности.
3. Руководство и контроль за деятельностью преподавательского состава со стороны начальника цикла капитана 1 ранга Григорьева осуществляется недостаточно четко.
Положительным моментом в организации учебного процесса является регулярное проведение строевых занятий и изучение Уставов ВС.
. Такой вывод вызвал у Декалина возмущение. Беседуя с Крупским, он выразил мнение, что офицер запаса обязан иметь представление о боевых средствах флота, с которыми он будет взаимодействовать, а цикл ВМП не должен копировать военно-морское училище в полном объеме знаний о составе техники и вооружения ВМФ. «Мы с 1953 года проводим шестимесячную стажировку курсантов на кораблях ВМФ, - оправдывался Декалин. – При этом мы готовим только штурманов и механиков». Крупский согласился с мнением начальника училища, но акт проверки ВМП со всеми недостатками все же утвердил. Крупский еще не знал, что через месяц будет сам возглавлять Высшее военно-морское инженерное радиотехническое училище, которое будет сформировано в Гатчине.
В январе 1956 года в училище организовали МПВО. Училище отнесли к второй категории объектов, на которые не будут падать ядерные бомбы. Никто не знал, зачем это нужно. Шутники поговаривали, что скоро будут устанавливать зенитки. На самом деле начальник МТО привез большое количество комплектов противохимической защиты. Декалин распорядился найти из числа ветеранов специалиста по противоздушной обороне и назначить его нештатным начальником местной обороны.
Курсанты под руководством опытных офицеров отрабатывали приемы ведения боевых действий в условиях применения ядерного и химического оружия.
23 января 1956 года комиссия принимала утепленный гараж. Училище обзаводилось собственным автотранспортом. Декалин посмеивался, вспоминая как несколько лет тому назад, продукты в столовую доставляли на лошади. Теперь в гараже стоял новенький Газ-51. Вместо возницы в старом зипуне начальника училища встретил деловой шофер. Осмотрев гараж, Декалин попросил членов приемной комиссии пройти к нему в кабинет и подписать акт приема нового сооружения.

На цикле ВМП ввели в строй кабинет по борьбе за живучесть корабля.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Его создавали своими силами. В марте на Судоводительском отделении был оборудован и введен в эксплуатацию кабинет радионавигационных приборов. Создание новых кабинетов было приурочено к открытию XX съезда КПСС, который состоялся 14 – 25 февраля 1956 года. На съезде были озвучены директивы по шестому пятилетнему плану развития народного хозяйства, принята резолюция о культе личности Сталина и его последствиях и рассмотрены предложения по разработке новой Программы КПСС. В документе партии были подчеркнуты положительные черты И.В.Сталина на посту Генсека и его роль как главы государства. В тоже время ему приписали ошибочность формулы о том, что по мере продвижения Советского Союза к социализму классовая борьба будет все более обостряться. Старушки из числа обслуживающего персонала училища в классовой борьбе ничего не понимали и искренне жалели Иосифа Виссарионыча за то, что он спас страну от антихриста Гитлера.
В июле по директиве ГШ ВМФ от 27.07. 1956 года в училище произошло существенное сокращение штатов. Число военнослужащих уменьшалось с 49 человек до 29, а количество рабочих и служащих увеличивалось со 193 до 200. 30 августа пришла новая директива о сокращении учебных рот до 5, численности курсантов до 700 человек, а слушателей курсов до 50 человек. Жизнь напоминала меха гармони, которые сжимались и разжимались, издавая звуки в зависимости от нажатых кнопок. Больше всего досталось военнослужащим, не имеющим достаточной выслуги лет и образования.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Летом 1957 года в командование учебно-парусным судном судно «Чайка» вступил капитан Никитин А.М.. Ежегодно парусник совершал переходы из Кронштадта в порты Прибалтики с курсантами на борту. Плавание в восточной части Финского залива было небезопасным. Тральщики не успевали выбирать мины, которыми были усыпаны подходы к островам Гогланд, Лавенсаари, Соммерс и Сескар. Ходить в этих районах можно было только под двигателем, используя протраленные фарватеры. Большой и Малый Тютерсы были закрыты для мореплавания ввиду минной опасности. За время практики курсанты посетили порты Таллинн и Рига, совершили заход на острова Моонзундского архипелага. Практика показала судоводителям, насколько трудно определять место положения судна в сложных метеорологических условиях. Механики с удовольствием несли вахты у дизельной установки. Радиотехники отрабатывали флажной семафор и вели радиосвязь с постами наблюдения.
Начальником учебного отдела назначен капитан 1 ранга В.С.Кучеренко, который сменил на этой должности С.С.Савина.
10 октября 1957 года при училище организовано заочное обучение судоводителей, судомехаников и радиотехников. Такая необходимость назрела. К этому времени старшее поколение командного состава вспомогательного флота стало уходить на пенсию, а молодое поколение не знало новые технические средства судовождения. На судах устанавливались современные энергетические установки. Паровые системы заменялись более экономичными дизелями.

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

В 1957 году на территории построено здание № 13 – котельная на газовом топливе, имеющее 5 водогрейных котлов производительностью 3,65 Гкал/ час. Корпуса связали подземными коммуникациями и подали тепло в помещения.
В июле 1958 года закончено строительство учебно-механических мастерских с цехами: кузнечный, сварочный, механический и слесарный. Теперь можно было организовать практику судомехаников в стенах училища.
23 октября 1958 года в должность заместителя начальника училища по политической части вступил капитан 2 ранга Шильников Николай Фадеевич, 1915 года рождения, русский, член КПСС, образование среднее. Цикл Военно-морской подготовки возглавил капитан 1 ранга Макаров Н.М.
20 декабря в училище пришла новая директива ГК ВМФ. Количество военнослужащих определялось числом 27, в том числе: контр-адмирал – 1, офицеров – 23, старшин – 3. Рабочие и служащие составили 141 человек, курсанты – 650, слушатели – 50, заочники – 150. В личном деле И.А.Декалина сохранилась интересная справка, выданная управлением ВСГ. В ней написали, что капитан 1 ранга Декалин И.А. является начальником Мореходного училища ВМФ. Его должность приравнивается к категории контр-адмирал.
Иван Андреевич Декалин прокомандовал училищем 8 лет. Он умер в январе 1973 года. Некролог по случаю его смерти был опубликован в газете «Советский моряк». И.Декалин продолжил закладку фундамента Мореходному училищу ВМФ, которому предстояло прожить долгую и интересную жизнь.
Л О М О Н О С О В С К О Е Мореходное училище ВМФ 6 - Глава II. Становление учебного процесса
Глава II. Становление учебного процесса

2.1. Руководящий состав мореходного училища.

7 сентября 1951 года в должность начальника Мореходного училища вступил инженер-капитан 1 ранга Декалин Иван Андреевич, 1903 года рождения. Выходец из семьи моряка-лоцмана в селе Пинская Ульяновской области, Иван Андреевич двенадцатилетним мальчиком пошел работать рассыльным на пристани. Лето 1917 года Иван Декалин проплавал учеником матроса на пароходе «Василий Лапшин». Здесь на Волге в Астрахани он вступил в профсоюз водников, связав свою жизнь с морем. 1918 год застал Декалина учеником матроса на пароходе «Петр Чайковский». Шла гражданская война. Вступив в отряд революционных моряков, он воюет против белогвардейцев на реках Волге и Каме. В 1920 году поступает учиться на курсы судоводителей, плавает на пароходах матросом, рулевым, затем третьим помощником капитана.
В 1925 году Декалина призвали в Красную Армию. Он успешно окончил полковую школу младших командиров и был назначен политруком роты. В 1927 году Иван Андреевич вступает в члены ВКП(б) и демобилизовывается из рядов Красной Армии. Он стремится учиться, оканчивает Куйбышевский рабфак и едет в Москву поступать в Институт транспорта. В ноябре 1930 года по желанию его переводят в Ленинград в Институт водного транспорта, который успешно оканчивает по специальности судовые энергетические установки.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

В 1933 году Ивана Декалина по решению ЦК ВКП(б) направляют на флот. Флоту нужны квалифицированные командиры-инженеры новой закалки. Приказом начальника Морских сил РККФ во ВМИУ им. Дзержинского организуют командирские курсы.
Среди выпускников 1935 года, окончивших курсы и защитивших диплом значится и фамилия Декалина. На развернутой полосе газеты «Дзержинец» № 32 (111) опубликована фотография И.А.Декалина и слова И.Сталина: «ТОВАРИЩИ! Вы окончили высшую школу и получили там первую закалку. Но школа – это только подготовительная ступень. Настоящая закалка кадров получается на живой работе, вне школы, на борьбе с трудностями, на преодолении трудностей». Начальник кафедры Колычев напутствовал выпускников: « Будьте внимательны и особенно внимательны к «мелочам» С первых же дней своей службы вырабатывайте практические навыки, присматривайтесь к работе ваших старшин – больших мастеров в выбранной вами специальности, не стыдитесь учиться у них, чтобы стать виртуозами инженерами – лучшими в мире советскими инженерами». Военный инженер Декалин с предписанием в руках направляется на Тихоокеанский флот.
Служба инженером-механиком в бригаде торпедных катеров приносит результаты. Системы двигателей требует доработки в процессе эксплуатации и ремонта. Под эгидой Военного Совета Тихоокеанского флота в бригаде разворачивается работа, направленная на сокращение сроков ремонта двигателей. В 1939 году Декалин посылает в штаб флота 8 рационализаторских предложений. Окончательное заключение дает технический отдел. Время идет, а рецензии все нет. Возникает почти детективная история о том, как военинженер 2 ранга Калиниченко хоронил рацпредложения Декалина. О ней написал в газете «Боевая вахта» № 83 (1253) от 11.04.1940 года капитан 2 ранга Ю.Серебряков – военный инженер Кронштадтского Морского завода. Автор закончил статью цитатой из передовой газеты «Правда» за 6 марта: « … А у нас есть и такие руководители, которые не говорят с людьми иначе, как поучающим резонерским тоном. Такие руководители игнорируют опыт масс, мысль, инициативу, идущую снизу». Борьба с флотским бюрократом закончилась благополучно. Декалин получил денежную премию и зеленый свет на внедрение собственных изобретений.
Иван Андреевич прекрасно понимал, что одними рацпредложениями нельзя повысить уровень подготовки специалистов среднего звена. Пользуясь любезностью редактора краснофлотской газеты «За кадры», он начинает публикацию ряда статей технического характера: «Происхождение и свойства жидких топлив» (№15 от 24.03.1940), «Некоторые поросы о трениях и смазки двигателей» (№ 10 от 31 марта 1941 года) и т.п. Творческий порыв Декалина заметил политический отдел и направил его в Учебный отряд Тихоокеанского флота командовать Электромеханической школой.
Началась Великая Отечественная война. Тихоокеанский флот не подвергался бомбежкам и артобстрелам. В Учебном отряде ТОФ продолжались занятия по полной программе. Офицеры порою завидовали матросам, которые получали назначение на Балтику, Север и Черное море. Там шли тяжелые бои с превосходящими силами противника. Мысли преподавателей хорошо выразил флотский поэт А.Смирнов:

Они ушли. И вот теперь на фронте
С врагом сражаются в боях –
И бьют они его по-краснофлотски,
И чувствуют себя, как на морях.

Учить тому, что нужно на войне – стало основной задачей Учебного отряда. Чтобы дать флоту хороших специалистов от преподавателей и инструкторов потребовалось большое педагогическое мастерство. Трудность состояла в том, чтобы приблизить учебу к боевым условиям. Опять заработало творческое начало Декалина. Помещение, где стояли макеты действующих механизмов, задымляли, имитируя пожар. Инструктор вводил неисправность в двигатель. Матрос должен был надеть противогаз, отыскать неисправность и устранить ее. Более сложная задача состояла в отыскании и устранении неисправности с закрытыми глазами. Такие тренировки проводились регулярно.
В 1943 году Учебный отряд ТОФ отмечал свое десятилетие. Десятки тысяч бойцов вышли из его стен и сражались за свободу и независимость социалистической Родины. Враг был отброшен от стен Москвы. Матрос Елисеев писал из Сталинграда: … «Мы бились за город Сталина, за свою Родину, за свой русский народ – поэтому мы и устояли. И не только устояли, мы сумели окружить огромную армию и 2 февраля закончили ее уничтожение и пленение». … У командиров-преподавателей была огромная уверенность в победе. Они тоже внесли огромный вклад в подготовку и воспитание кадров для кораблей и частей. В приказе командира отряда объявлена благодарность тт. Айзенберг, Декалину, Краснову, Ермолаеву и др.
В апреле 1944 года в газете «За кадры» № 25 И.Декалин публикует очередную статью «Основные понятия о работе двигателей», в которой разбирает работу двигателей внешнего и внутреннего сгорания. Паровые машины еще сохранились на старых тральщиках и буксирах, а паровые турбины – на новых сторожевиках и эсминцах. Статья написана четко, ясно и доходчиво для любого специалиста. В газете «За кадры» № 28 от 27 апреля 1944 года Декалин подводит итоги своей работы в Электромеханической школе. Он пишет о том, как много нужно еще сделать по совершенствованию учебно-наглядных пособий, макетов, моделей, механизмов и агрегатов, чтобы повысить качество подготовки специалистов. Нет бахвальства и самолюбования. «То, что сделано – хорошо, но надо делать еще лучше», - таков девиз офицера. Декалина всегда бесило, когда преподаватель рассказывал об устройстве турбины, используя только тетрадь, карандаш и линейку. Под его руководством в Учебном отряде ТОФ была создана хорошая материальная база обучения. За заслуги в подготовке специалистов для ВМФ инженер капитан 2 ранга Декалин был награжден орденом Красной Звезды.
25 июня 1944 года Школы отряда вторично посетил командующий Тихоокеанским флотом адмирал Юмашев. Он осмотрел учебные кабинеты, действующие модели и механизмы для наглядного и практического обучения, изготовленные инструкторами и преподавателями. Адмирал высоко оценил старшин и офицеров отряда, напомнив, что три выпускника Учебного отряда удостоены высокого звания Герой Советского Союза.
С июля 1948 года по август 1951 года инженер капитан 1 ранга И.А.Декалин проходил службу в должности начальника Отдела Труда и Кадров вольнонаемного состава Черноморского флота. Ему пришлось заниматься подготовкой кадров вольнонаемного состава, нормированием труда, организовывать социалистическое соревнование в учреждениях и на предприятиях флота. Однако служба в отделе его не устаивала, хотелось заниматься механикой и реализацией идей связанных с подготовкой инженеров механиков. Иван Александрович пишет рапорт с просьбой перевести его на преподавательскую работу. Рапорт Декалина был удовлетворен. 25 сентября 1951 года командующий ЧФ вице-адмирал С.Горшков подписал приказ № 117 с объявлением благодарности инженер-капитану 1 ранга Декалину И.А. за безупречную службу и хорошее руководство отделом.
Принимая Мореходное училище, Декалин имел опыт управления учебным заведением, и прекрасно знал, какими должны быть специалисты вспомогательного флота. Декалин вместе с Рагушенским обошел территорию, посетил учебные кабинеты и ротные помещения. Теперь можно только предполагать, о чем говорили два капитана 1 ранга, осматривая здания учебных корпусов, столовую и помещения, где проживали курсанты единственного в СССР Мореходного училища ВМС. Опытный преподаватель и командир Декалин сразу понял, что надо заниматься методической работой и оборудованием кабинетов. Как инженер-механик, Декалин занялся Судомеханическим отделением.
Изменился и состав управления училищем. Учебный отдел принял капитан 1 ранга Савин С.С., строевой - подполковник Примазон. Обязанности секретаря партийного бюро исполнял служащий Прозоров К.Л., а комсомольской организацией руководил лейтенант В. Маковой. Капитан 1 ранга Елацков А.А. распрощался с ЛМУ ВМФ и вступил в должность начальника Технического училища ВМС.
Планом приема в училище на 1952 год, утвержденным заместителем начальника Тыла ВМС, предусматривалась новая специализация техник-радист. На судах обеспечения ВМС устанавливались радиостанции, радиолокационное и радионавигационное оборудование. Для его эксплуатации и использования требовались специалисты, владеющие знаниями в области радиотехники. С этой целью в училище предполагалось создать радиотехнический отдел, который организационно замыкался на начальника судоводительского отделения. Что значит создать? Это не просто организовать нечто эфемерное в стиле классицизма или рококо. Создать – это значит мысленно продумать проект, выделить помещения для проживания курсантов, организовать лаборатории для обучения, разработать учебные планы и создать программы. А самое главное – найти людей, способных решать поставленную задачу и обеспечить их всем необходимым.. Решением этих вопросов занимались всю осень 1952 года. Отработав предложения по формированию радиотехнического отдела, Декалин сам поехал в Москву «утрясать» оргштатные вопросы.
Директивой ГМШ ВМС от 24 июля 1952 года при Мореходном училище предусматривалась организация годичных курсов по повышению квалификации командного состава вспомогательных и гидрографических судов ВМС. Декалин, прочитав документ, поморщился. Однако совещание начальников Судоводительского и Судомеханического отделений все же назначил. На совещании после долгих споров решили курсы организовать, но проводить их во второй половине дня после того, как закончатся основные занятия с курсантами.

Общетехнический цикл с 1949 по 1962 год возглавлял Богомольный А.Е.. Несмотря на трудности послевоенного времени, ему удалось подобрать хороший педагогический коллектив. На младших курсах обучение шло по программам средней школы: русский язык, физика, химия, математика, черчение, история, география и другие предметы. На этом же цикле преподавали техническую механику, сопротивление материалов и т.д. Преподаватели Пейсихис Н.Л., Рудакова Е.Н., Ковалев В.Н., Кашунин Р.А., Максимов И. и другие уделяли много внимания курсантам, обеспечивали самоподготовку, как обязательный элемент профессионального обучения.
На Судомеханический цикл пришли новые преподаватели. Курс паровых машин вел Николай Александрович Маренков. Он прошел все ступени иерархии судового механика от кочегара до старшего механика, сумел защитить кандидатскую диссертацию. Он оказался не только хорошим педагогом, но и воспитателем. Имея богатый жизненный опыт, Маренков прививал любовь к профессии, разъяснял правила отношений между людьми в экипаже и многое другое, что не написано ни в каких учебниках. Вспомогательные судовые механизмы очень доходчиво преподносил Богомольный А.Е. Учебников было мало, курсанты вели подробные конспекты, которые пригодились во время работы на вспомогательном флоте. Дисциплину «Электрооборудование судов» вел Газе, а паровые турбины талантливый преподаватель Арнольд Григорьевич Верете. «Теорию и устройство корабля» - Катин.
Цикл Военно-морской подготовки постепенно пополнялся новыми преподавателями. В училище прибыл для дальнейшего прохождения службы капитан 2 ранга Михаил Павлович Рупышев. Во время войны он командовал 6-м дивизионом тральщиков Ладожской военной флотилии. Он окончил мореходное училище, ходил в море на транспортных судах. С началом войны отправился в военкомат. При составлении документов на новобранцев бестолковый писарь вместо специальности «штурман» записал «штукатур». Не долго думая, военкомат направил Михаила Павловича в инженерные войска, где определили сапером. Оправдываться за ошибку писаря пришлось долго. В конце концов разобрались и назначили на флот, где присвоили офицерское звание. Командуя тральщиком УК-4 («ижорец»), Рупышев в августе 1941 года доблестно под огнем финских батарей вывозил из окружения бойцов 23-й армии.
Завершив третий год обучения, 13-ю группу в июне 1951 года отправили сначала в отпуск, а затем для прохождения практики в Севастополь. Курсанты Алепко, Аристов, Баранов, Козлинский и Малофеев были распределены на буксир МБ-33. При водоизмещении 1200 т и мощности 1200 сил буксир имел автономность 35 суток и при полном запасе топлива был способен пересечь океан. Паровая машина работала на жидком топливе, запас которого составлял 450 тонн, что сравнимо с небольшим танкером.
Буксир стоял под парами, ожидая распоряжения с берега следовать в Балаклаву. Курсанты едва успели забежать на судно, как сыграли «Аврал» и стали выбирать якорь.
Севастопольская бухта неповторима. На рейде стояли на бочках линкоры «Севастополь» и «Новороссийск», крейсеры «Ворошилов», «Красный Крым» и «Красный Кавказ». У стенки судоремонтного завода – крейсеры «Молотов» и «Керчь», введенные, как и «Новороссийск», в состав ВМФ СССР после раздела итальянского флота.
Капитаном МБ-33 был известный на вспомогательном флоте герой войны и орденоносец Георгий Елизарович Фалько. Спокойный и рассудительный человек никогда не кричал на подчиненных. Экипаж буксира был хорошо отработан. Это вызывало чувство глубокого уважения к труженикам моря. Курсантов поставили на довольствие и определили кубрики для проживания. В отличие от «Ямала» буксир был новым и американским. Восемь таких буксиров СССР приобрел у США в 1949 году. Суда благополучно пересекли океан и оказались в Севастополе.
Первое, что бросилось в глаза – наличие в провизионной кладовой морозильной камеры, на камбузе – расходный холодильник, а в столовой команды наличие колонки с охлажденной питьевой водой. Кубрики были оборудованы трехярусными койками, здесь же находилась и машина брашпиля. Электрический колокол громкого боя грохотал так, что был способен мертвого поднять и поставить в строй по авралу.
В Балаклаве находился дивизион трофейных тральщиков, которым согласно приказ-заданию следовало мазут. Увидев МБ-33, флагманский механик дивизиона криком свое крайнее возмущение: «Вы бы еще на волах и в бурдюках мазут возили!» Капитан Фалько не отреагировал на крики с берега, а запросил место стоянки в бухте. Тральщики подходили по одному, становились лагом к буксиру, который передавал топливо. Передачей руководили старший помощник и старший механик. Слышались только команды: «Открыть горловины!», «Подать шланги и закрепить!», «Включить насосы!». Через полтора часа все тральщики были заправлены мазутом.
Второй механик МБ-33 – Федор Примак тоже был героем войны. Вот только образования у него было маловато – всего четыре класса. Опыт работы на угольных судах не соответствовал требуемому уровню квалификации. Это не могло не сказаться на качестве эксплуатации силовой установки буксира. Машина буксира фирмы Скиннер, как и все новые машины того времени, работала на перегретом паре, поэтому в ее паровые цилиндры постоянно малыми дозами подавалась смазка – цилиндровое масло. Для машины хорошо, а для котлов – смертельно. Попадая на поверхность нагрева котла, масло прилипало к ней и препятствовало охлаждению, поскольку теплопроводность масла в 500 раз хуже, чем у стали. Детали котла теряли прочность и разрушались. Чтобы масло на котел не попадало вместе с конденсатом перегретого пара, ставились фильтры из кокса, активированного угля или махровой ткани. Американцы решили эту проблему проще. Согласно инструкции по эксплуатации в конденсат вводился раствор алюминиевых квасцов, что вызывало сворачивание масла в хлопья и осаждение хлопьев на слое кварцевого песка в фильтре. Поскольку 2-й механик этого не знал, то решили отмыть песок от масла. Содержимое фильтра выгрузили в большие поддоны, рядом поставили корыто с бензином и отмывали песок, перемешивая его лопатой. Отмытый песок снова загружали в фильтр.
Закончив работу по совету стармеха стали осматривать котлы системы Бабкок-Вилькокс. Когда открыли лючки и получили доступ к трубкам, то просто ахнули. Трубки были покрыты не какой-нибудь пленкой, а хорошим слоем масла. Сделав пыжи из пакли, за два дня бензином отмыли внутреннюю полость обоих котлов.
Ходовые испытания показали надежную работу паровой машины. Суда обеспечения флота выходили в море почти ежедневно. Корабли Черноморского флота были рассредоточены на большой территории побережья. За время практики удалось побывать в портах Феодосия, Новороссийск, Батуми. Из Казачьей бухты Севастополя в Поти тащили на буксире артиллерийский щит для общефлотских учений.
В Новороссийском порту курсанты молча с обнаженными головами, отдали честь полузатопленным обломкам легендарного лидера «Ташкент». На мостике МБ-33 без фуражки стоял капитан Георгий Фалько.
После Поти буксир снова вернулся в Севастополь, забрал щит для тренировки бомбардировщиков и отвел его в Черноморское. Бывшее татарское поселение Ак-Мечеть или по-русски Белая Церковь, а теперь Черноморское славилось дешевым рынком и прекрасным песчаным пляжем. Абрикосов было навалом. Ведро фруктов стоило 3 рубля. При стипендии 70 рублей и казенном питании можно было позволить себе съесть и ведро фруктов.
На учение авиации было отведено три дня. Рано утром буксир выходил из порта, имея за кормой огромный деревянный щит на понтонах. В заданном районе буксирный трос травили до 900 метров и делали галсы, сохраняя курс и скорость. Огромные четырехмоторные бомбардировщики Ту-4 заходили над целью и сбрасывали учебные бомбы на щит. Экипажи работали с большой высоты, сбрасывая свой груз сериями. Бросив бомбы, бомбардировщик уходил на второй заход. В это время над целью заходил второй самолет, а за ним третий. Так повторялось в течение дня несколько раз. Сначала было страшно, но потом привыкли. За воздухом наблюдал сам Фалько, давая редкие команды рулевому. Как-то раз, он выразился: «Мазилы, «Юнкерсы» в 1941 работали точнее».
После учений МБ-33 получил приказ следовать в Николаев и вывести крейсер после ремонта через лиман Южного Буга. Простояв неделю без дела, буксир, наконец, подвели к высокому борту корабля. С носовой части какой-то молодой матрос пытался подать бросательный конец, а боцман его принять. Старпом матерился по громкой связи, выражая свое возмущение по поводу подготовки швартовой команды. Воодушевленный матом матрос бросил легость и попал на корму. В это время с мостика прозвучала команда: «Буксирный конец не подавать, следуем в Одессу!»
Согласно полученной радиограммы, в Одессе необходимо взять буксир шхуну и отвести ее в Севастополь. В Одессу пришли в полночь. Город еще сиял огнями. С берега доносились звуки музыки, которые заглушал шум работающего порта. Шхуну нашли в затоне. Буксир ошвартовался рядом, буксирный конец завели, а утром в 5 часов уже прощались с Воронцовским маяком.
Практика на МБ-33 заканчивалась, с буксиром расставаться не хотелось. В разгар сборов в кубрик неожиданно зашел Георгий Елизарович Фалько. Высокий, худой человек говорил медленно, как бы взвешивая каждое слово. К такой манере поведения капитана курсанты уже привыкли. Присев на койку, он расспросил каждого курсанта о том, что понравилось на буксире. Речь зашла об эксплуатации паросиловой установки. Фалько спросил:
- Откуда вы знаете особенности нашей энергетической установки? Ведь благодаря вашей бдительности и работе мы остались с рабочей машиной. Мне докладывал старший механик о том, что вы сделали во время стоянки в Севастополе. Похвально.
- Нас этому научил преподаватель Маренков, - ответил курсант Козлинский. – Еще на вахте при возвращении из Балаклавы стало ясно, что машина не выходит на полную мощность. Давление пара в норме, а скорости нет. Об этом мы и доложили старшему механику.
- Спасибо, не ожидал, - ответил Фалько. – Во время войны мне пришлось командовать буксиром СП-7. Война застала нас 21 июня вечером, когда наш буксир обеспечивал постановку кораблей на рейде после прошедших учений. В три часа ночи мы услышали гул самолетов. Приморский бульвар был ярко освещен, и мы увидели кресты на бортах. Корабли открыли зенитный огонь и один самолет сбили. Так началась для нас война.
Георгий Фалько попрощался с каждым курсантом за руку, пожелал удачи и успехов учебе. Старший помощник снабдил всех кефалью холодного копчения.

Стажировка

Начальником Судоводительского отдела в 1951 году назначен капитан 3 ранга Макаров Николай Максимович, 1919 года рождения. Он не успел окончить ВВМУ им. М..В.Фрунзе и с началом войны прошел ускоренные курсы по артиллерийской подготовке и отбыл в распоряжение Военного совета Сибирского ВО. Командовал противотанковой батареей на Ленинградском фронте. В 1944 году был откомандирован на Балтийский флот, где получил назначение на должность командира сторожевого катера. Принимал участие в освобождении Прибалтики командиром «СК-171». Флагманский штурман дивизиона морских охотников. Окончил Высшие офицерские курсы и получил назначение флагманским штурманом Рижской ВМБ (1947-50). Капитан 2 ранга (1952), капитан 1 ранга (1957). Награжден орденом Красной Звезды (1943), медалью За оборону Ленинграда (1943), медалью За Боевые заслуги (1950). Уволен а запас по болезни в 1961 году.
Опытный офицер хорошо знал акваторию восточной части Финского залива. Теперь ему предстояло осваивать управление учебно-парусным судном, организовывать учебный процесс и руководить практикой.
Практика курсантов проводилась с 15 мая по 15 ноября 1952 года. Судоводители получали практические навыки на учебной шхуне «Чайка», механики 1 курса учились обработке металла в мастерских ВВМИУ им Дзержинского, знакомились с производством дизелей на заводе «Русский дизель». Радистов направили на суда УВСГ на Северный и Черноморский флоты. Всего практику прошли 555 курсантов. Сборная команда училища завоевала 1-е место по плаванию на 200 и 500 метров. На первенстве ДОСААФ шлюпочная команда вышла только на 4-е место. Соревнования по гребле на ялах проводились и в Мурманске. Курсанты выступали за Отдел вспомогательных судов и гаваней, завоевали переходящий приз и заслужили благодарность от командования.
В 1952 году курсанты выпускного курса ЛМУ ВМФ впервые проходили шестимесячную стажировку на военных кораблях Балтийского флота. Стажировкой руководили офицеры Военно-морского цикла, который после Н.Макарова возглавил капитан 1 ранга Григорьев. Обширная программа предусматривала изучение конструкции корабля, использования оружия, энергетической установки, корабельного расписания и других элементов, необходимых офицеру запаса.
Группе механиков-паросиловиков предстояло пройти военный сбор на боевых кораблях. 1 сентября весь курс механиков прибыл ночным поездом в Таллинн. Курсанты были в военной форме с погонами курсантов-выпускников ВВМУ. Воинское звание мичман котировалось в то время высоко, поэтому все ребята очень гордились, пришивая погоны к своим форменкам. Группу распределили по тральщикам 23 дивизиона. Это были трофейные немецкие тральщики типа М-40. И.Алепко и Д.Аристова назначили на флагманский тральщик Т-701. Кораблем командовал капитан-лейтенант И.Ф.Белых, должность замполита исполнял Коваленко, а БЧ-5 возглавлял Лохов. Стажеров поселили в каюту доктора Плиткина. По штату у немцев экипаж тральщика составлял 80 человек. На флагманском корабле вместе с практикантами экипаж увеличился до 110 человек. Возникла проблема с размещением людей, но ее быстро решили, раздобыв подвесные койки.
Команда и корабль оказались отличными во всех отношениях. Тральщик Т-701 для траления мин не использовали. Боевые задачи сводились к доставке военного снаряжения и сопровождения судов в восточной части Финского залива. В конце декабря корабль сопровождал ледокол «Волынец», отремонтированный финнами в счет репарации.
Ледокол ожидали на рейде у острова Ханко. Тральщик изрядно болтало на волне. С головы одно из матросов ветром сорвало и унесло за борт шапку-ушанку. Командир приказал спустить шлюпку, шапку найти и подобрать. Несмотря на приличную волну и сильный ветер приказание было исполнено. Такое поведение командира способствовало росту его авторитета и морской выучки личного состава.
Некоторые курсанты группы во время стажировки исполняли обязанности не только старшин команд, но и командиров боевых частей. Такое положение свидетельствовало о высокой оценке уровня подготовки курсантов Мореходного училища ВМС.

24 июля 1952 года Военно-морской министр вице-адмирал Н.Кузнецов приказал увеличить численность обучаемого контингента с 600 до 1200 человек за период до 1954 года. Ежегодный набор курсантов на первый курс должен составлять 350 человек. Приказом предусматривалось завершение строительства зданий Мореходного училища к 1954 году.
Чрезвычайные происшествие случилось 24 сентября 1952 года. Во время драки в поселке Вырица был убит курсант Соболь Г.Г и ранен Кудрявцев Е.А. Этот случай разбирался на комсомольских собраниях подразделений, где было принято решение укреплять воинскую дисциплину.
За чрезвычайным происшествием последовала строгая комиссия по проверке политико-морального состояния, воинской и трудовой дисциплины, организации службы. По результатам проверки был написан серьезный акт. В акте предлагалось разработать положение «О Мореходном училище ВМС» и уточнить правила внутреннего распорядка. Далее следовал длинный перечень замечаний с указанием конкретных сроков их устранения.

В начале марта 1953 года умер великий вождь «всех времен и народов» Иосиф Виссарионович Сталин. По всей стране был объявлен траур. На период траура в Мореходном училище отменили занятия, предоставив политработникам, время для изучения Истории КПСС, в которой прослеживалась мудрость вождя со времени революции. Люди замерли в ожидании новых свершений, к которым не были готовы. Наконец страсти улеглись, вождя похоронили 9 марта 1953 года со всеми почестями. Новым секретарем ЦК ВКП(б) был избран Никита Сергеевич Хрущев. Из Москвы доносились сообщения о вводе танков на Красную площадь. Лаврентий Павлович Берия был арестован, признан шпионом и врагом народа. О его расстреле ходили таинственные слухи. Положение в стране было напряженным, никто не знал, что будет завтра.
Политические события не мешали работе учебного заведения. Провинциальный Ораниенбаум (Рамбов), как продолжали называть город местные жители по привычке, находился далеко от олимпа власти. Единственно, что стало заметным, люди перестали шушукаться по углам, и открыто выражали свои мысли.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

11 марта 1953 года состоялся 3-й выпуск специалистов для вспомогательного флота. 14 курсантов окончили с отличием. Всего было выпущено 99 человек, из них 28 штурманов, 45 судомехаников и 26 паросиловиков. Лучшими по успеваемости были признаны курсанты: Леонтьев А.И., Алепко И.Г., Голиков М.А., Музыка М.Я.. В торжественной обстановке выпускникам вручили дипломы, отличникам карманные часы с гравировкой. Банкет был устроен, но праздника не получилось, поскольку страна переживала траурные дни. За 1952-53 учебный год было отчислено 38 человек, в том числе 10 по неуспеваемости. Курсантам этого выпуска впервые в истории ЛМУ было присвоено воинское звание младший техник-лейтенант запаса.



1 мая 1953 года пришло новое штатное расписание, которое включало должности преподавателей радиотехнического цикла, который должен был готовить специалистов по радиотехнике. Кроме этого были введены должности заместителей начальников отделений по политической части, а в ротах – старшины рот. Нововведения были направлены на повышение уровня воинской дисциплины и усиления партийного влияния на личный состав.
6 августа случилось ЧП. Курсанты 4-го курса Судоводительского отделения Петров В.В. и Смирнов В.Н. ушли в самовольную отлучку. Считая себя «опытными» моряками, они вышли на лодке в Невскую губу. Лодка перевернулась. Тела курсантов были обнаружены в районе Сестрорецка. Декалин тяжело переживал гибель молодых ребят. Командир роты получил взыскание.
В 1953 году состоялась самая крупная по численности курсантов практика. В ней принимало участи 670 человек. По-прежнему Судоводительское отделение выручало учебное судно «Чайка». На парусник направляли курсантов окончивших первый курс, которых следовало «оморячить». После второго курса шла производственная практика на военном заводе №180 и заводе «Русский дизель». Третий курс направляли на суда УВСГ. Выпускники стажировались на боевых кораблях. Практика завершилась успешно.
14 марта 1953 года введен новый штат. Численность военнослужащих в училище составила 61 человек, вольнонаемных 337, а курсантов 1200. Курсанты были сведены в 12 рот. Управлять таким коллективом становилось трудно. Ежедневно Декалину приносили на стол десятки рапортов, половина из которых состояла из докладов о нарушении дисциплины. Начальники отделений жаловались на пропуски курсантами занятий и снижение успеваемости. Требовалось срочно принимать меры. В состав Судоводительского и Судомеханического отделений ввели должности заместителей по политической части, освобожденных секретарей комсомольских организаций и старшин рот из числа сверхсрочнослужащих. Командованию училища казалось, что такой подход позволит повысить уровень управления коллективом курсантов. Однако по непонятным причинам 20 октября этого же года из штата исключили должности командиров и старшин учебных рот Судомеханического и Судоводительского отделений. Сократили должность заместителя начальника Курсов переподготовки по политической части. Декалин позвонил в Москву. Начальник управления ВСГ ответил, что идет реорганизация структуры управления ВМС и следует ожидать очередного изменения штатного расписания.
1954 год училище преследовал какой-то рок. Погиб при неизвестных обстоятельствах курсант Романовский В.Г.. Он ехал на поезде в отпуск. Его тело нашли на перегоне Путятино-Пантелеево Северной железной дороги. 24 июля 1954 года в проливе Бьерке-Зунд во время парусных учений на вельботах утонул курсант Павлов А.П.. Москва посылала телеграммы со словами: «усилить, укрепить, наказать». Политический отдел проводил бесконечные собрания, мешая учебному процессу. Декалин стал нервничать и жаловаться врачам на боли в сердце. Постепенно страсти улеглись, и жизнь в училище стала приходить в норму.
Л О М О Н О С О В С К О Е Мореходное училище ВМФ 5 - 1.9. Учебная практика
1.9. Учебная практика

В течение лета курсанты, оставшиеся в училище, занимались заготовкой лесе, косили траву в Усть-Рудице и работали на строительстве в качестве подсобных рабочих. Работами по заготовке в Копорье руководил боцман Москалев. В его распоряжение была выделена автомашина ЗИС-5 и 12 курсантов.
Комиссия по новому набору работала постоянно. В июне 1949 года в училище прибыла группа юнг из Рижской школы ОВСГ для зачисления курсантами и прохождения практики. Из шести юнг оставили только Федорова, Соколова, Игнатьева и Максимова. Остальных отправили обратно, как не принятых приемной комиссией.
В сентябре 1949 года на территории училища организовали посадку фруктовых деревьев. Начальник финансового отдела выделил на покупку саженцев 600 рублей из резерва командира части. К посадочным работам привлекли вольнонаемный персонал и курсантов.
В ноябре 1949 года транспорт «Тиина» был передан отряду судов ВМФ, а штат упразднен. Капитана Каврайского назначили на должность начальника плавсредств училища. Боцмана Киреева перевели на должность матроса II класса «БУК-36».
Летом 1950 года в училище нагрянула комиссия из Управления Труда и кадров ВМС. Комиссия признала, что училище является организационно законченным учебным заведением, способным решать свои задачи. Это была высокая оценка для всего коллектива училища.
Практика 1950 года проходила на учебном судне «Чайка», мастерских ВВМИУ им Дзержинского и на судах УВСГ Балтийского, Северного и Черноморского флотов. Доклады руководителей практики поступали в училище регулярно. Огорчило ЧП. Во время купания в реке Нева утонул курсант 1 курса Медов Г.А.. Последовала инспекторская проверка управления ВМУЗ. Придраться было не к чему. Начали копать на цикле Военно-морской подготовки. Вывод был неприятным. Комиссия признала низкий уровень подготовки курсантов, а планирование учебного процесса на цикле неудовлетворительным. Начальник цикла ВМП капитан 1 ранга Савин Сергей Степанович, как опытный офицер и хороший моряк понимал, что теоретически можно учить чему угодно. Не хватало стажировки курсантов на боевых кораблях для того, чтобы выпускникам присваивать воинское звание офицера запаса. Рагушенский посоветовал Савину не расстраиваться, а включить стажировку курсантов в учебный план.

В конце мая 1950 года 13 группу судомехаников направили в Архангельск. Руководитель практики преподаватель СМЦ Н.Г.Чернявская распределила курсантов на суда Вспомогательного флота. Д.Аристова, В.Козлинского, Г.Горева и И.Алепко назначили на пассажирский пароход «Ямал», который находился в Соломбале и заканчивал подготовку к навигации. Он бы построен в 1912 году на английской судоверфи в Ньюкастле вместе с двумя систершипами «Умбой» и «Юшар», которые прибыли в Архангельск, где так и застряли, пережив революцию и войну. Пароходы имели водоизмещение 1200 т, два двухтопочных паровых цилиндрических котла обеспечивали паровую машину тройного расширения, мощности которой вполне хватало, чтобы пароход мог развивать скорость 12 узлов. На это старое «корыто», как его сразу прозвали местные остряки, были направлены будущие паросиловики.
Суровый стармех огромной мозолистой рукой сгреб курсантов в кучу и тут же опустил в кубрик.
-Ребята! Вы мне нужны позарез. Сами понимаете, скоро навигация, а людей не хватает, особенно, молодежи. Думаю, мы сговорился.
-Конечно, сговоримся, - ответил кто-то из курсантов за всех. Одежонку бы нам приличную, да ботиночки для работы.
-Все достанем и организуем, - радостно засуетился стармех.
Шуточку Н.Г.Чернявской, пославшей практиковаться отличников учебы на это «корыто», курсанты оценили позже. «Чудо техники» позволяло освоить навыки кочегара и пройти хорошую физическую подготовку. В Архангельске «Ямал» считали легендарным. За годы службы на флоте он сумел трижды побывать на дне морском. Еще до войны на пароходе развозили грузы по побережью Северного Ледовитого океана. В проливе Вилькицкого, проходя ледяное поле, «Ямал» получил пробоину в первом трюме и затонул вблизи берега. Второй раз он тонул от пробоины, сделанной неразорвавшейся бомбой ухитрившейся проскочить аккурат между котлами. Пароход сел на дно при отливе на небольшой глубине. Вскоре его подняли, пробоину залатали и пустили в рейсы развозить людей и грузы до очередного налета авиации. Третий раз «Ямал» поразила авиаторпеда. Она пронзила оба борта через кочегарку насквозь и не взорвалась. Дыры в обшивке заделали, и снова старый пароход стал бороздить северные моря.
На судне было три класса пассажирских помещений: 1-й класс четырехместные каюты на главной палубе, 2-й класс – матросский кубрик на 32 человека с железными койками над носовым трюмом, 3-й класс – кормовой твиндек (мрачное помещение с проржавевшей насквозь главной палубой, деревянными диванами вдоль бортов и ужасным гальюном). Именно это помещение и досталось для проживания курсантам. Козлинский раздобыл у боцмана краски, остальные курсанты, вооружившись карщетками, быстро очистили помещение от паутины и грязи.
После ходовых испытаний и уничтожения девиации «Ямал» отправился в круиз вдоль побережья Белого моря к маякам и островам. Пассажиров было немного, каюты третьего класса не пользовались спросом. Курсанты побывали на островах Сосновец и Моржовец, посетили Соловецкий архипелаг. Заходы в гавани Йоканьга, Поноя и Беломорск позволили ближе ознакомиться с красотами Севера и условиями плавания.
В начале августа «Ямал» принимал участие в маневрах Северного флота в качестве десантного судна. Проболтавшись в море с батальоном морской пехоты на борту, курсанты вспомогательного флота обеспечивали высадку десанта в районе Северодвинска.
В конце августа пришло распоряжение снять всех курсантов-механиков с «Ямала» и направить в Мурманск для продолжения практики. Экипаж «Ямала» попрощался с курсантами и ушел в море. Три дня пришлось жить на пароходе «Красногвардейский». Капитан рассказывал, что этот пароход когда-то назывался «СЛОН» (Соловецкий лагерь особого назначения). Во время войны лагерь расформировали, а пароход переименовали.
Пользуясь свободным временем, курсанты знакомились с Архангельском и его известной слободой под названием Соломбала. Соломбала упоминается в списке Двинских земель, составленном в 1514 году. Название произошло от сочетания двух саамских слов: суоло – остров и ломпь – болото, что означает болотный остров. Окончание «ла» означает поселение. В 1693 году Петр I основал на этом месте Адмиралтейство для строительства военных кораблей. Позднее в 1702 году появился город Архангельск, который вскоре стал губернским. В XIX веке Архангельск связали железной дорогой с Вологдой и сделали базой освоения Арктики. Именно отсюда стартовал ледокольный пароход «А.Сибиряков» в 1932 году, который преодолел Северный морской путь в течение одной навигации.
Вскоре прибыл морской буксир МБ-8, который за двое суток доставил курсантов в Мурманск прямо к причалу ОВСГ. Рядом стоял МБ-10 аналогичной постройки. Оба судна были паровыми, где требовались кочегары. Нина Георгиевна Чернявская не стала нарушать дружеских отношений, сложившихся между курсантами. Алепко, Горев, Баранов, Егоров и Козлинский отправлялись на МБ-10, который стоял под парами, ожидая команды на выход.
Кольский залив красив, но скучен однообразными пейзажами. Погода менялась на глазах. Вроде недавно светило солнце и было тепло, как вдруг небо затягивалось тучами, и задувал холодный ветер. Вдоль берегов на мели торчали останки американских транспортов типа «Либерти». После перехода Атлантики на длинной волне транспорта часто ломались в районе средней надстройки. Кто и как их затащил сюда неизвестно.
Вскоре прошли поселок Полярный. Сигнальщик фонарем запросил «Добро» на проход мимо базы подводных лодок. Впереди был мыс, а за ним бухта Оленья – конечная цель плавания буксира.
МБ-10 чадил ужасно. Длинная шапка дыма тянулась далеко за кормой и таяла за горизонтом. Уголь был печорский. При горении он давал длинное белое пламя с выделением большого количества тепла. Машина не могла поглотить больше пара, его излишки выпускал предохранительный клапан. Содержавшаяся в угле «порода» расплавлялась и превращалась в шлак, который закупоривал колосниковые решетки и сокращал горение. Поэтому второй задачей кочегара являлась очистка решеток. Все это нужно было понять на практике. Для удаления шлака использовалась специальная кочерга, которую почему-то прозвали «понедельником». Ею подламывали шлак и удаляли из топки. Работа была не из приятных. Один кочегар открывал топку, второй орудовал «понедельником». Наготове стояли ведра с водой, которыми тушили шлак и обливали кочегара. Важно было не «простудить» котел. Свежая порция угля весело разгоралась, и машина продолжала работать.
Питание на буксире было неважное. На «Ямале» буфетчица готовила лучше и вкуснее. Здесь привыкли к белому хлебу с маслом и чаю. Обед состоял из сушеных овощей и мяса с сильным душком. Команда буксира привыкла к такому ассортименту и ела с аппетитом. Возмущались курсанты, которые работали в полную силу за кочегаров. Протест дошел до капитана – старого «морского волка». Выслушав старпома, он буркнул: «Дойдем до Мурманска, а там решим».
Ошвартовались как обычно у седьмого причала рядом с МБ-8. Оставалось заглушить котел и сделать приборку. Практика заканчивалась, подошло время возвращаться в училище. Соседи с МБ-8 сообщили, что приходила Чернявская и сказала, где и когда собираться.
Капитан МБ-10 ходил по мостику хмурый. На вопрос: «Где старпом? - не отвечал. Аристов, Горев и Алепко собирали вещи. Баранов и Егоров сдавали боцману казенное имущество. Вениамин Козлинский прикидывал расходы на дорогу домой.
Вскоре на пирсе появился старпом и матрос. Матрос тащил два ведра, старпом нес кису. Теперь можно было идти подписывать документы и ставить печати.
Через час объявили: «Команде обедать!» Курсантов предупредили обязательно быть в кают-компании. Кушать сушеный картофель с тухлым мясом или старой селедкой не хотелось. Но нельзя не выполнить распоряжение капитана.
С камбуза пахло чем-то вкусненьким. Стол в кают-компании был покрыт белой скатертью. На столе стояла большая сковорода жареной картошки. Отдельно в большом лагуне таилась свежая рыба. Капитан поблагодарил всех курсантов за работу и выдал справки о прохождении практики.
После возвращения из Мурманска из 13-й группы был отчислен курсант Николай Долгов за сокрытии факта пребывания на оккупированной территории. Был предан суду курсант первого набора Петр Краснобай, который утверждал, что принимал участие в партизанском движении в Крыму. Проверка компетентными органами показала, что действительно принимал, но на стороне немцев, которым показывал, где прячутся партизаны.
В конце 1950 года политический отдел Тыла Лен.ВМБ проверил состояние партийно-политической работы в училище. Выводы были серьезные. В заключительном акте отмечался низкий уровень партийно-политической работы, слабая борьба за отличную учебу и дисциплину. Комиссия отметила большое число неудовлетворительных оценок и факты грубого нарушения воинской дисциплины. Скрывать от комиссии было нечего. Все нарушения были документально отражены в приказах начальника училища.
Рагушенский, как мог, успокаивал подполковника Свирина, считая, что все комиссии направлены против здравого смысла и беспокоиться не о чем. Повторная проверка в январе 1951 года показала правоту его взглядов. Комиссия политического отдела базы отметила более устремленную партийно-политическую работу, активность партийных собраний. Критика и самокритика стали более конкретны и действенны.


1.10. Первые выпуски специалистов Вспомогательного флота
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

За 1950-51 учебный год из училища было отчислено 22 курсанта, в том числе 7 по неуспеваемости. 15 апреля 1951 в училище был произведен первый выпуск специалистов для вспомогательного флота в количестве 103 человек (38 судоводителей и 65 судомехаников). Диплом с отличием получили курсанты: Гуричев Н.Н., Мазепа И.Е., Хватов В.П., Селиверстов А.А., Камчатов Г.К. Молодые специалисты получили распределение на суда Балтийского, Северного, Тихоокеанского и Черноморского флотов. 15 апреля 1951 года состоялся большой праздничный вечер, на котором с речью выступил Евгений Федорович Рагушенский. Он отметил огромный вклад коллектива училища в организацию и становление учебного заведения. Выпускников, окончивших училище с отличием, наградили ценными подарками и предоставили возможность самостоятельного выбора места службы.
Иван Мазепа получил назначение на танкер «Койда» Северного флота третьим помощником капитана. За десять лет работы на вспомогательном флоте он вырос до капитана этого танкера
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.
, окончил высшее Мореходное училище в Мурманске. Позднее командовал танкерами «Волхов», «Вязьма», «Кола». По стопам отца пошел и сын. Мазепа младший окончил ЛМУ и стал старпомом танкера «Капитан Осипов», названного в честь Сергея Осипова – выпускника Ломоносовской «Мореходки». Так складывались династии моряков вспомогательного флота.


Старшие офицерв ЛМУ ВМФ: Грустан В.Д. , Улыбин А.С., Елацков А.А., Рагушенский Е.Ф., Свирин П.Н., 1949 г.



5 августа 1951 года училище произвело 2-й выпуск специалистов: 37 штурманов, 22 дизелиста и 43 механика по паросиловым установкам. С отличием училище окончили курсанты: Лаков А.Е., Рысаков А.И., Васильев Г.И., Павлов В.М., Соловьев В.И., Конев В.И., Бурцев В.А., Евсеенков В.С., Камусикин В.С., Ивановский И.Ф., Антонов В.М., Зуйков В.М.. Не сдал государственные экзамены судомеханик Кузнецов В.А..
Читателю этой истории может показаться странным, почему в один и тот же год училище произвело сразу два выпуска молодых специалистов. Данное положение объясняется разным уровнем подготовки курсантов первых наборов. Одни молодые люди имели неполное среднее образование, другие окончили школу юнг или уже имели опыт плавания на судах Вспомогательного флота. С каждым абитуриентом проводилось индивидуальное собеседование, проверялись знания основного учебного материала. Приемная комиссия рекомендовала командованию, какого курсанта, на какой курс зачислить. В результате такого отбора в училище образовалась группа досрочного выпуска.
На спортивных соревнованиях команды ЛМУ ВМС заняли 1-е место по флажному семафору, 2-е по гребно-парусным гонкам и 2-е по волейболу. Спортивно-массовая работа в училище была организована на высоком уровне.
В конце 1951 года Евгений Федорович Рагушенский был направлен в Москву в Управление Вспомогательных судов и гаваней (УВСГ). Его здоровье нуждалось в лечении. Служить ему пришлось недолго. В 1952 году он был уволен в отставку по болезни. Рагушенский исполнял обязанности начальника училища 5 лет. Ему досталось самое трудное время в становлении учебного заведения.
Капитан 1 ранга Елацков А.А. в 1952 году был назначен начальником Технического училища ВМФ в Ломоносове. Учебный отдел в ЛМУ ВМФ возглавил капитан 1 ранга С.С. Савин.
Л О М О Н О С О В С К О Е Мореходное училище ВМФ 4 - ФИЗИЧЕСКОЕ ВОСПИТАНИЕ
ФИЗИЧЕСКОЕ ВОСПИТАНИЕ

С момента основания Мореходного училища ВМС задачи общего физического воспитания курсантов были возложены на цикл Военно-морской подготовки. Первый набор курсантов в 1947 году показал, что молодые люди могут хорошо бегать, прыгать, метать гранату и выполнять несложный комплекс физических упражнений на турнике, кольцах и брусьях.

Лыжная команда ЛМУ на фоне Катальной Горки
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Основным увлечением молодежи, естественно, были спортивные игры в футбол, волейбол, баскетбол. В зимний период профилировались гонки на лыжах и игра в хоккей.
В основу физического воспитания молодежи в то время был положен комплекс ГТО (Готов к Труду и Обороне), который имел три ступени, определяющие уровень подготовки спортсмена. Кроме этого существовали разрядные нормы и требования по отдельным видам спорта. Спортивные разряды присваивались не только в зависимости от выполнения норматива, но от участия в соревнованиях, где присутствовал дух состязательности.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

До момента ввода в эксплуатацию учебного корпуса № 1 в училище отсутствовал спортивный зал, поэтому вся физическая подготовка проводилась на аллеях парка и стадионе города Ораниенбаум. В павильоне «Катальная горка» зимой существовала лыжная база, расчищались от снега пруды, где организовывались катки с музыкальным сопровождением.
Организация физической подготовки курсантов ограничивалась проведением утренней физзарядки. Курсанты лениво вставали с постелей и прятались по углам «Балтийского вокзала». Дежурный по училищу с помощью сонных младших командиров подсчитывал присутствующих. Результаты проверки ложились утром на стол начальника училища. Штатные преподаватели физической подготовки отсутствовали, хотя имелись по штату. О наличии своего спортзала и стадиона приходилось только мечтать. Короткая пробежка по аллеям парка и вялые физические упражнения не способствовали пробуждению тех курсантов, которые на рассвете возвращались в казарму. На основании ежедневных рапортов Рагушенский пишет приказ «Об улучшении организации физической подготовки в училище». Планирование физической подготовки возлагалось на начальника учебного отдела, организация – на начальника строевого отдела, обеспечение – на начальника цикла ВМП. Первым на листе с приказом расписался А.Елацков, вторым А.Улыбин и третьим В.Савин.
Обеспечение курсантов спортивным оборудованием было возложено на начальника клуба капитана И.И.Коробко. В училище из Риги доставили
лыжи, коньки, брусья, сетки для волейбола и другое спортивное оборудование.
Инициаторами проведения спортивных мероприятий стали комсомольцы судоводительского и судомеханического отделений. На комсомольском собрании было решено создать волейбольную, баскетбольную и футбольные команды. Комсомольцев поддержало командование и партийная организация училища. Сдачу норм ГТО было решено провести весной. С 7 по 14 мая 1949 года была проведена первая спартакиада училища на городском стадионе.

В состав судейской коллегии входили:
-главный судья – начальник строевого отдела подполковник А.Улыбин;
-судья – начальник Судоводительского отдела капитан 2 ранга Ф.Иванцов;
-судья – начальник Судомеханического отдела З.Фридлянский;
-судья – секретарь партийного бюро гвардии майор Яковлев;
-судья – преподаватель цикла ВМП капитан 2 ранга Климович;
-судья – капитан и/с Осколков.


""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Программа спартакиады включала бег на 100 и 3000, прыжки в длину и высоту, метание гранаты, спортивные игры в волейбол, футбол и баскетбол. Спортивные игры проводились командами отделов. Особое внимание судейская коллегия обращала на форму одежды и оформление спартакиады. Призерами первой спартакиады оказались курсанты Судомеханического отдела. Победители в личном зачете были награждены ценными подарками.

Выполняя требования МО СССР о развитии прикладных видов спорта в Вооруженных Силах, командование училища обратилось к руководству Ломоносовского стадиона с просьбой организовать специальные секции для занятия борьбой, боксом, гимнастикой и т.д. Пожелания были удовлетворены, и секции начали набор желающих.
Упорные тренировки принесли первые плоды только в 1951 году. Команда ЛМУ ВМС заняла 1-е место по плаванию на 200 и 500 метров, 2-е место по гребно-парусным гонкам, 2-е место по волейболу среди спортивных команд Лен.ВМБ. На первенстве ДОСААФ шлюпочная команда училища заняла 4-е место, а в Мурманске сборная команда практикантов завоевала переходящий приз по гребле на ялах среди команд Северного флота.
В мае 1955 года на территории училища, освобожденной от старых деревянных домов и огородов, силами курсантов был создан спортивный городок. Фактически городок представлял собой небольшую спортивную площадку, где можно было летом заниматься спортивными играми, а зимой играть в хоккей. Хоккей профилировался русский, а не канадский. Ворота сварили в местной мастерской, клюшки делали сами, подбирая в парке осенью подходящие дубовые сучья с характерным изгибом.
Спортивные мероприятия проводились по инициативе комсомольцев училища, которую поддерживала партийная организация. С развитием спорта в училище стало меньше самовольных отлучек и антиобщественных явлений. Спорт стал визитной карточкой ЛМУ ВМФ.
В 1955 году курсант Григораш стал чемпионом Ленинградской области по боксу. Это событие существенно укрепили положение курсантов среди местных «авторитетов». Стало меньше драк на почве неразделенной любви. Девушки приходили посмотреть соревнования и активно «болели» за своих поклонников.
Ежедневная физическая зарядка на свежем воздухе, учебные занятия в аудиториях и спортивном зале, выступления на соревнованиях делали курсантов сильными, хорошо организованными и закаленными людьми.
Директива ГК ВМФ № 1/70 от 22 марта 1956 года «Об улучшении состояния массовой спортивной работы среди личного состава ВМФ» отмечала, что спорт в СА и ВМФ является неотъемлемой частью боевой подготовки войск, одним из важных средств воинского воспитания и обучения. Одним из недостатков спортивно-массовой работы стало формальное отношение к сдаче норм ГТО. Главнокомандующий ВМФ предлагал:
1. Основной задачей в массовой спортивной работе считать вовлечение всего личного состава кораблей и частей в регулярные занятия спортом.
2. При проведении массовой спортивной работы развивать плавание, прыжки в воду, гребной и парусный спорт.
3. Шире проявлять инициативу в создании и оборудовании на местах своими силами плавательных бассейнов, спортивных залов, площадок и ….
Инженер-капитан 1 ранга Декалин адресовал Директиву начальнику СМО Н.Т.Пинчук и командирам рот А.А.Семину, Н.И.Поликарпову, А.И.Мушенкову, С.С.Стасевичу, П.С.Логинову и заместителю по политической части СВО И.Г.Кожемякину.
Выполняя требования МО СССР о развитии прикладных видов спорта в Вооруженных Силах, командование училища обратилось к руководству Ломоносовского стадиона с просьбой организовать специальные секции для занятия борьбой, боксом, гимнастикой и т.д. Пожелания были удовлетворены, и секции начали набор желающих.
Упорные тренировки принесли первые плоды только в 1951 году. Команда ЛМУ ВМС заняла 1-е место по плаванию на 200 и 500 метров, 2-е место по гребно-парусным гонкам, 2-е место по волейболу среди спортивных команд Лен.ВМБ. На первенстве ДОСААФ шлюпочная команда училища заняла 4-е место, а в Мурманске сборная команда практикантов завоевала переходящий приз по гребле на ялах среди команд Северного флота.
В мае 1955 года на территории училища, освобожденной от старых деревянных домов и огородов, силами курсантов был создан спортивный городок. Фактически городок представлял собой небольшую спортивную площадку, где можно было летом заниматься спортивными играми, а зимой
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

В марте 1958 года в Кавголово была проведена Зимняя юбилейная спартакиада ВС СССР. В программу спартакиады входили состязания по различным видам лыжного спорта, в которых принимали участие 29 мужских и 16 женских команд военных округов и флотов. Конкурировать с именитыми лыжниками представители ЛМУ ВМФ не имели возможности, но посмотреть на зрелище могли. Кавголово впечатляло уровнем подготовки к соревнованиям, экипировкой спортсменов и результатами предварительных забегов. 410 спортсменов собрали более 1500 зрителей. Это была маленькая зимняя олимпиада в масштабах СССР, которая показала отличные результаты подготовки армейских и флотских спортсменов. Ленинградский военный округ занял второе место. Мужчин выручили женщины, которые получили юбилейный приз спартакиады. В результате спортсмены Ленинградского военного округа занял первое место, а команда Ленинградской военно-морской базы – второе.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

В училище за длительный период была создана хорошая лыжная база, которая позволяла проводить занятия по лыжной подготовке одновременно в двух группах. Трассы гонок традиционно формировались в Ломоносовском парке. Здесь же проводились соревнования по лыжным гонкам, в которых принимало участие до 600 человек, не считая зрителей. Курсантам выдавали лыжную форму – спортивный костюм с вязаной шапочной. Сборную команду снабжали лыжами якобы финской фирмы «Ярвинен», которые выпускались в городе Сортавала. Тонкие и прочные бамбуковые палки вызывали зависть у местных мальчишек и гордость у их обладателей. Болельщики стояли вдоль трассы и подбадривали гонщиков.
Соревнования по хоккею с мячом проводились на городском стадионе и тоже собирали массу болельщиков. Порою казалось, что за сборную ЛМУ ВМФ болеет добрая половина Ломоносова. Почетные грамоты о хорошей физической подготовке курсантов регулярно получали: начальник училища П.Керенский и его заместитель по политической части Выростков. Начальники отделов ограничивались благодарностями, а курсанты – призами.
В 1974 году в связи с увеличением численности курсантов возникла необходимость выделения физической подготовки в самостоятельное подразделение, что позволяло придать большее значение физкультуре и спорту в Мореходном училище. Ввод в строй спортивного зала на территории училища позволил курсантам чаще заниматься в секциях. Под руководством преподавателей Г.А.Зайцев (1966-1974), А.М.Чернякова (1975-1994), И.Козлова (1974-88, 1991-2004), Т.К.Харченко (1989-2007) занятия с курсантами проводились на высоком уровне по программе высших военных учебных заведений. Курсанты выполняли сложные упражнения на гимнастических снарядах, осваивали технику и тактику спортивных игр.




Соревнования в бассейне

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

В 1976 году на территории училища было построено здание № 21. Это был клуб, совмещенный со спортивным залом. Здание строилось наспех с архитектурными излишествами. За зданием образовался небольшой стадион, где проводились занятия до наступления холодов. Обширный спортивный зал служил для проведения гимнастических занятий и спортивных игр. Впервые в истории училища в состав спортивного комплекса вошли душевые и сауна. Клуб позволял размещать до 600 человек и имел отдельный вход со стороны улицы Красного флота. На втором этаже размещался биллиардный зал. Наличие двух хозяев в лице начальника цикла ФП и начальника клуба не привело к рациональному распределению площадей. Помещение клуба занимало обширную часть здания, которая не была завершена к моменту приема в эксплуатацию. Нештукатуреные стены, задрапированные материалом, выглядели убого. Однако, на голый кирпич внимания не обращали. Клуб кое-как довели до потребного состояния, хотя его вид заслуживал большего внимания. Недоработки строителей стали проявляться через год, но предъявлять претензии было уже не к кому.
В училище не было бассейна. В конце 80-х годов начальник цикла ФП Н.Г.Кошкаров (1980-1990) приложил немало усилий, чтобы получить «воду» в КВОКУ им.С.М.Кирова в Петродворце. В отличие от командования ВВМУРЭ им. А.С.Попова, армейцы пошли навстречу мореходам. Вечерами преподаватель, мастер спорта по плаванию Т.Харченко проводила занятия с курсантами, обучая тех, кто не научился плавать до поступления в училище. В этом же бассейне проводились соревнования. Первенство училища показало, что в Мореходном училище достаточно скрытых резервов. Победители и призеры соревнований по плаванию вольным стилем были награждены медалями и ценными подарками.

Капитан 3 ранга О.Ю.Морозов вступил в должность начальника цикла ФП в 1994 году. Офицер окончил Военный институт физической культуры и спорта, прошел специальную подготовку по программе боевых пловцов. Большой спортивный зал был признан не пригодным для проведения занятий, поэтому цикл перебрался в маленький зальчик деревянного корпуса № 3, где продолжалась спортивно-массовая работа с курсантами. Несмотря на сложные условия, учебная программа выполнялась на высоком методическом уровне, что подтвердила проверка цикла. Строгая дисциплина, мастерство преподавателей, использование любого свободного пространства, вплоть до коридоров, заставляли курсантов серьезно относиться к физической подготовке.
События в колледже развивались далеко не в нужном направлении. Учебное заведение лишилось цикла Военно-морской подготовки. Началось растаскивание и разбазаривание государственной собственности. В это время О.Морозов все же добился начала ремонтных работ по восстановлению спортивного зала. Начальнику цикла ФП пришлось контролировать качество замены водопроводных труб, решать вопросы доставки строительных материалов. Олег Юрьевич не стеснялся брать в руки мастерок и самостоятельно штукатурить стены. Рабочие вели себя нагло, постоянно требовали денег. А откуда их можно было взять, если денежное довольствие офицерам выплачивалось не регулярно, а цены росли. Многие товарищи по службе в колледже демобилизовались и занялись собственным бизнесом. Скептики заявляли: «Олег! Ради кого ты стараешься? Колледж, в конце концов, разгонят, а спортивный комплекс купит какой-нибудь новый русский с деньгами. Тебе-то, что достанется?». Оптимисты помогали деньгами и материалами. Морозов не сдавался и продолжал восстановительные работы. Вскоре была полностью заменена отопительная система, переделана сауна, обустроено место для отдыха офицеров. Олегу Юрьевичу не верилось, когда рабочие закончили настил нового пола в спортивном зале. Поздними вечерами, вмести с В.И.Козловым, начальник цикла ФП размечал игровую площадку.
Открытие восстановленного спортивного зала состоялось в скромной обстановке. Впереди были грандиозные планы по созданию детской спортивной школы, хотелось задействовать шлюпочную базу колледжа для подготовки юных моряков. О своих планах на будущее Олег Юрьевич говорил открыто. Вопрос состоял в том, кто будет финансировать задуманные предприятия? Начальник колледжа капитан 1 ранга Д.Мехряков выслушивал всех, кто имел мысли по развитию колледжа, но ничего не делал для их поддержки и реализации.
Никто не думал, что жизнь О.Ю.Морозова оборвется так рано. Он скоропостижно скончался на 48 году жизни 16 июня 2006 года. В памяти людей остались воспоминания о красочных соревнованиях по легкой атлетике, рукопашному бою и каратэ, игровым видам спорта. Спортивные мероприятия всегда привлекали жителей Ломоносова. День Победы, День Города и другие праздники отмечались выступлением спортсменов подготовленных Олегом Юрьевичем и коллективом цикла ФП ЛМК ВМФ. Вложив душу и силы в цикл ФП, Олег Морозов оказался незащищенным от наглости, откровенного хамства и предательства.



1.8. Самодеятельность

Быт курсантов в 1949 году оставлял желать лучшего. Мест в общежитии для курсантов едва хватало. «Балтийский вокзал» продолжал существовать. Здание имело печное отопление, поэтому приходилось серьезно заниматься заготовкой дров. Эта обязанность ложилась на плечи дежурной службы. За чистотой и порядком в жилых помещениях следили командиры учебных рот и младшие командиры, назначенные из курсантов. Забота о вещевом и шкиперском снабжении возлагалась на капитана интендантской службы Осколкова. Интендант капитан Шпак обеспечивал продовольственное снабжение, занимался камбузом. В ротах имели место случаи воровства. Тащили простыни, элементы формы одежды, приторговывали дровами. Воришек ловили. Чаще с ними расправлялись самостоятельно, реже выносили на суд начальства. Командиры рот старшие лейтенанты Грухин и Коньков писали бесконечные объяснительные записки и вели расследования происшествий. Со злом надо было как-то бороться. Замполит Свирин собрал комсоргов и строго предупредил о возможных последствиях.
Незадолго до экзаменов исчез курсант 13 группы Константин Кондрашов. Он вбил себе в голову, что не сможет одолеть учебу, поэтому и решил бежать. Отец Кости служил в Смоленском НКВД. Незадолго до войны он застрелился, не выдержав несправедливых расстрелов. Костю поймали. Полковник Грустан добился того, чтобы Кондрашова осудили «за кражу казенного имущества», т.е. форменной одежды, в которой он бежал. Константина отчислили и дали год тюрьмы.
Рагушенский не был сторонником принятия жестких мер. Он старательно внушал, что мореходное училище не является исправительно-трудовой колонией для трудных подростков. «Искоренять зло нужно добром, - говорил он. – В этом состоит вся суть воспитательной работы». Полковник Свирин был несколько иного мнения. Он рассматривал все негативные явления с позиций классовой борьбы. Свирина не поддержал капитан 2 ранга Иванцов, который длительное время пробыл в прочном корпусе подводной лодки и знал, как ведут себя матросы в замкнутом пространстве. C мнением Иванцова согласились С.Савин и З. Фридлянский. Итог дискуссии подвел Рагушенский. Он сказал: «Меня назначили командовать мореходным училищем. Я не хочу, чтобы училище превращалось в мужской монастырь. Наша задача состоит в том, чтобы подготовить грамотных специалистов для вспомогательного флота. Но этого, видимо, не достаточно. Молодой человек должен иметь возможность знакомиться с девушками и строить свою будущую жизнь». Выводы сделал полковник Свирин: «Курсант должен быть занят с утра до вечера. Остальное время можно отвести ему на личную жизнь».
.

Капитан И.И. Коробко руководил клубом. Во время войны И.Коробко окончил курсы партполитпросветработы. Молодого лейтенанта направили на фронт политруком. Имея опыт работы с личным составом на уровне роты и батальона, капитан выявил курсантов играющих на музыкальных инструментах. При его непосредственном участии в училище была создана художественная самодеятельность. Хор исполнял патриотические песни, драматический кружок, которым руководил курсант Щукин, ставил пьесы. На концерты самодеятельности приходили курсанты, служащие и офицеры. Рагушенский выразил уверенность, что и в будущем офицерский, преподавательский, курсантский и вольнонаемный состав, еще активнее будет участвовать в развитии художественной самодеятельности. Начальнику Судомеханического отделения Фридляндскому З.Г. и командиру 2-й роты старшему лейтенанту Грухину Н.А. были объявлены благодарности за хорошую организацию досуга курсантов.
В июле 1949 года в должность начальника клуба вступил капитан Иван Дмитриевич Григорьев. Ему предстояла большая работа по подготовке праздничного концерта посвященного 32-й годовщине Великой Октябрьской Социалистической революции. Специальным приказом определялось время репетиций: вторник, четверг с 20.00 до 22.30 и воскресенье с 10.00 до 12.30. На репетиции курсанты ходили с большим удовольствием. Здесь можно было отдохнуть, пообщаться с гражданским населением и проявить свои творческие таланты. Участие в репетициях освобождало курсантов от ненавистной вечерней прогулки по разбитым мостовым Ораниенбаума.
Л О М О Н О С О В С К О Е Мореходное училище ВМФ 3 - 1.6. Четвертый набор курсантов
1.6. Четвертый набор курсантов

Четвертый наборы в училище провели в августе 1949 года. Численность курсантов заметно возросла. Опять возникли трудности с размещением курсантов, питанием, а главное – с управлением. Структура управления больше напоминала схему управления армейским батальоном, чем учебным заведением. Существовал штаб (он же отдел кадров) во главе с начальником строевого отдела подполковником Улыбиным, который осуществлял планирование деятельности подразделений.
А.А.Елацков заимствовал учебные планы в других подобных учебных заведениях. От этого страдал учебный процесс и, следовательно, качество подготовки специалистов. Офицеры выполняли двойную функцию: с одной стороны, они являлись руководителями воинских подразделений, а с другой – преподавателями. Изучив этот вопрос, Евгений Федорович Рагушенский обратился в Москву с просьбой изменить штатное расписание. Ответ пришел в июле 1950 года. Приказом Военно-морского министра в Мореходном училище вводилось новое штатное расписание № 4/3. Численность военнослужащих составляла 31 человек, вольнонаемного состава – 220 человек. Штатное количество курсантов – 600 человек. В структуру управления ввели должности: заместитель начальника училища по учебной части, помощников начальника училища по строевой части и материально-техническому обеспечению. Гидротехнический отдел был упразднен за ненадобностью. Начальник Гидротехнического отделения инженер-подполковник Алексеев Николай Кириллович был откомандирован в г. Балтийск для дальнейшего прохождения службы.
По инициативе Алексея Алексеевича Елацкова был установлен дополнительный день увольнения по средам с 17.00 до 23.00 для курсантов, которые имели успеваемость по предметам не ниже 4-5 баллов и отличную дисциплину. По примеру средней школы в учебные группы были назначены классные руководители, которые контролировали самоподготовку.
В июне – августе 1948 года была организована первая практика курсантов. Судомехаников первого и второго наборов набралось 113 человек. Курсантов разместили в Ленинграде на острове Вольный в летнем лагере. Учебные мастерские ВВМИУ им. Ф.Э.Дзержинского находились в центре города в здании Адмиралтейства, куда с острова ежедневно ездили на трамваях. Практика в мастерских занимала пять недель. Две недели курсанты осваивали работу на токарных станках, неделю постигали медницкое дело, неделю парились в кузнечном цеху, а остальное время учились слесарничать.

Вечерами с командиром роты Грухиным курсанты учились ходить на шлюпке на веслах и под парусами. Повороты оверштаг и через фордевинд сначала давались с трудом из-за отсутствия чувства ветра. Старший лейтенант Грухин подробно рассказывал курсы шлюпки относительно ветра, после чего действия курсантов становились увереннее.
В это же время курсанты-судоводители были направлены в г. Таллинн на транспорты «Нарев», «Кола» и «Вишера». Практикой курсантов руководили военные и гражданские преподаватели циклов: Фридлянский, Муленко, Иванцов, Чернявская и др.
После практики полагался отпуск. В училище полным ходом кипела работа по перевозке из парка остатков каменного фундамента. Группам курсантов были поставлены аккордные задания с условием: пока не сделаете, в отпуск не поедете. Естественно, что курсанты очень старались.
Училище продолжало пополняться офицерами – преподавателями, которые вносили свежий ветер перемен в несколько однообразную жизнь курсантов. Многим молодым людям не нравились бытовые условия и жизнь от подъема до отбоя.
Капитан 2 ранга Михаил Павлович Рупышев 1913 года рождения прибыл на должность преподавателя цикла ВМП. Судьба этого человека складывалась не совсем обычно. В 1935 году он окончил Ленинградский судостроительный техникум (судостроительное отделение) и получил специальность штурмана. В 1936 году во время призыва на военную службу писарь военкомата вместо слова «штурман» записал «штукатур». Рупышева отправили в строительную роту учебного отряда КБФ. В 1940 он служил рулевым на ЭМ «Калинин», а затем командиром группы рулевых на крейсере «Киров». Имея среднее специальное образование и навык службы на боевых кораблях, Рупышев назначается штурманом 6-го дивизиона ОВРа, а затем командиром учебного судна «Ладога» Ладожской военной флотилии. За участие в обеспечении Дороги Жизни он награждается орденом Красного Знамени В 1942 году капитан-лейтенант Рупышев назначается командиром дивизиона тральщиков на Ладоге и получает очередную боевую награду – орден Красной Звезды. После прорыва блокады Ленинграда Михаил Павлович командует отрядом опытовых кораблей НИИ связи и телемеханики ВМФ. Работа интересная. На кораблях постоянно появляются новые люди, которые монтируют аппаратуру и проводят ее испытания. В 1946 году он получает очередное воинское звание капитан 3 ранга, ему вручают второй орден Красной Звезды за выслугу лет и назначают начальником отдела в НИИ ВМС. С 1951 года капитан 2 ранга Рупышев – преподаватель цикла ВМП в Мореходном училище ВМС. Служить приходится не долго, в 1955 году он уходит в запас по болезни.

Инженер-капитан 2 ранга Юзеф Злотник по национальности был поляк. Он плавал старшим механиком на ледоколе «А.Микоян». Ледокол имел паровую машину, которую обслуживали кочегары. Осенью 1941 года ледокол «А.Микоян» и танкер «Москва» перегнали из Севастополя на Дальний Восток. Переход совершался в условиях полной секретности. Шла война. Командование опасалось нападения немецких боевых кораблей. Углем бункеровались в портах нейтральных стран. Проход через Суэцкий канал прошел благополучно. Когда дошли до Владивостока, напряжение команды спало. Дальше были рейсы в Берингово море, плавание во льдах Арктики, проводка судов по Северному морскому пути. В 1942 году ледокол «А.Микоян» оказался в море Лаптевых. На всех кораблях соблюдалась светомаскировка. Ледокол «А.Микоян» был последним ледоколов, построенных перед войной. Он обладал одним недостатком. Корабль не ломал, а толкал перед собой льдину. При этом скорость ледокола снижалась даже в разряженном льду. Как преподаватель Злотник был интересен своими рассказами. Слушая бывалого моряка, курсанты образно представляли условия плавания в высоких широтах и понимали ответственность механика за работу энергетической установки.
Инженер-капитан 2 ранга Комаров оказался подводником с сильно расшатанными нервами. Он ничего не рассказывал курсантам о службе на подводных лодках. Из его уст вываливались слова полные страха: «Ввволосы выпадают, ззз-у-бы вываливаются и в-ввобще человек скоро ззза-а-гибается!». Так комментировал педагог свои впечатления о службе на подводных лодках. Атмосфера педагогического мастерства, создаваемого Комаровым, достигала апогея к концу занятия и многие курсанты на следующем уроке отвечали с заиканием, подражая преподавателю, который держал курсантов в гипнозе погружения и всплытия подводной лодки.
А. Елацков, как инженер-механик, понимал, что в школе юнг изучают различные судовые механизмы и их элементы. Он стремился построить учебный процесс таким образом, чтобы курсантам было бы понятно, чем отличаются их знания от тех, что им предлагают. Учебная программа строилась вариабельно. Преподаватели основное внимание уделяли практике: запустить двигатель, остановить, устранить неисправность. Эти знания приобретались в море. Начальник Судомеханического отдела З. Фридлянский считал, что курсант может стать настоящим моряком, если в нем есть романтика – любовь к морю и желание преодолевать трудности.
Преподаватель цикла ВМП Дмитрий Федорович Муленко не проводил жесткой грани между судоводителями и механиками. Он говорил, что в море лишними знания не бывают. Поэтому он учил механиков навигации, методам определения места корабля по береговым ориентирам, давал понятия о магнитном склонении и девиации компаса.
Предмет «Судовые паровые котлы» вел Суходрев. Среднего роста сухощавый мужчина начал с занятия с идеи показывающей важность паросиловой энергетической установки. «Вы знаете, - говорил он. – Неграмотная эксплуатация парового котла может привести и приводила к большим катастрофам. Так взрыв котла может разнести судно в клочья, а тяжелые обломки разлететься на расстоянии до двух километров». Далее шли многочисленные примеры, позволяющие внушить чувство глубокой ответственности за эксплуатацию котельного оборудования. Такой подход не предвещал преподавателю ничего хорошего. Многие юнги уже имели представление о паровых котлах. Рассказывать им о том, что котлы могут работать на жидком и твердом топливе не имело смысла. Важен был принцип действия паротрубного котла и его эксплуатация. Вопрос состоял в том, как преобразовать паровую энергию в механическую, и как заставить крутить винт судна. Суходрев правильно рассчитал интерес курсантов и заставил их думать.


1.7. Беспокойное хозяйство

С целью поддержания питания курсантов на хорошем уровне в училище в 1947 году было организовано подсобное хозяйство, которым заведовала Сагайдаченко Л.С.. Ей же подчинялась конюшня, которую по старинке называли обозом. Лошадей зачислили на фуражное довольствие и временно разместили в сарае дома пос. Мартышкино.
Лошади использовались как транспортное средство для доставки различных грузов. За работой возничих строго следили. Так за невыполнение распоряжения по уборке скотного двора и плохой уход за лошадью Орлик повозочному Рагушенский объявил выговор. В другом приказе № 543 от 14 декабря 1948 года говорилось: « На время работы по трелевке деловой древесины в Копорском лесничестве училищем была выделена обозная лошадь Беляк под ответственность повозочного т. Куркулюк. В результате бесхозяйственного отношения к уходу за лошадью, несмотря на полную выдачу нормы овса и сена, лошадь «Беляк» возвращена в обоз исхудалой и зараженной чесоткой, чем была выведена из строя на долгое время». За недобросовестное отношение к исполнению обязанностей тов. Куркулюк был объявлен строгий выговор.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Присматриваясь к работе заведующей подсобным хозяйством Сагайдаченко, Рагушенский убеждался в том, что эта женщина сама себе на уме. С откормом свиней она еще как-то справлялась, а вот с лошадями была беда. Конюх, он же возничий, получал оклад 410 рублей в месяц. На сто рублей больше возничего получал шофер автопарка. Хотелось сохранить обоз. Для этого требовалось принять решение, которое никого бы не обидело. На начальника продовольственной службы капитана и/с И.И. Шпак, кроме основных обязанностей, было возложено руководство подсобным хозяйством, конным обозом и боепитанием. Бравый интендант решил, что ему все дозволено и распоряжался обозом не только в своих интересах. В рубке дежурного по училищу часто можно было услышать громкий голос капитана: «Подать мне лошадь или двух курсантов!». Сагайдаченко такой подход не понравился. Ей не хотелось ходить на поклон к Шпаку и просить у него лошадей для доставки сена лошадям и корма для свиней.
. После убытия в Москву майора Абельяна в должность начальника ОМО вступил подполковник Грустан В.Д., который только входил в курс дела и не знал взаимоотношений между начальниками продовольственной и вещевой служб. Грустана стала донимать Сагайдаченко, которая требовала, чтобы при ней ежедневно был возничий и лошадь. Вызвав капитана Шпак на беседу, подполковник стал выяснять, почему Сагайдаченко обращается непосредственно к начальнику ОМО, а не к капитану. Шпак ничего вразумительного ответить не мог, поэтому Грустан сделал вывод, что в данном случае замешаны личные отношения между Шпаком и Сагайдаченко.
На совещаниях начальник строевого отдела подполковник А.С.Улыбин докладывал, что лошади иногда используются не по назначению. Такие доклады Рагушенскому не нравились.
-Тов. Улыбин, мне нужны факты, а не ваши домыслы. Напишите официальный рапорт на мое имя. Я разберусь и накажу виновных.
-Есть, - коротко отвечал Улыбин, ехидно посматривая на начальника ОМО подполковника Грустан.
Грустан понимал намеки Улыбина и предложил передать конный обоз под ответственность начальника гаража тов. Попова. Этим решением Сагайдаченко освобождалась от ответственности за гужевой транспорт, Улыбин от пространных разговоров, а Шпак от личных интересов. Рагушенский согласился с предложением начальника ОМО и приказал передать гужевой транспорт тов. Попову. На совещании решили выпускать лошадей на работы только с путевкой, где должен быть указан груз, место работы и сроки. Рагушенский знал, что гужевой транспорт не всегда используют по назначению, но принимал решения только, когда получал официальное уведомление.
Подполковник Грустан был осторожным человеком. Проверка деятельности вещевой и продовольственной служб проводилась ежемесячно, что своевременно позволяло вскрывать недостатки. Так было обнаружено, что капитан и/с И.Шпак незаконно выдал материал положенный старшему комсоставу для пошива формы одежды. Рагушенский быстро разобрался, в чем дело, и написал приказ о вычете разницы стоимости материала из денежного оклада виновных. В другой раз на камбузе пропала посуда. Как выяснилось, посуду разбили при транспортировке. Виновных нашли, стоимость посуды возместили.
Гужевой транспорт пользовался большим спросом не только у продовольственной службы. Офицерам и служащим требовалось подвести дрова или перевезти личное имущество. Обычно договаривались с повозочным. Рагушенский, узнав об этом, строго запретил использование лошадей для перевозки грузов в личных целях. Заявку на использование лошади следовало подавать за сутки и оплачивать работу возничего через финансовую часть.
Приказом командира Ленинградского военного порта подсобное хозяйство было ликвидировано в июне 1949 года. По этому поводу была назначена комиссия в составе: капитана и/с Шпак, капитан-лейтенанта Муленко и служащих: Сагайдаченко и Смирновой. Комиссия произвела переоценку животного поголовья, проверила деятельность подсобного хозяйства и передала скот по живому весу и балансной стоимости. Обоз с лошадьми Орлик, Миган, Налетка и Беляк оставили в составе транспортных средств училища. Специальным приказом Рагушенский потребовал от всех повозочных проявлять заботу о конском составе, не допускать ни единого случая, чтобы лошадь вышла на линию нечищеная, некормленая, а телега не смазанная. С повозочного Куркулюк А.Т. была удержана стоимость невозвращенного имущества: хомут с кожаными гужами и супонь – 210 рублей, уздечка кожаная – 35 рублей.
Автопарк училища постепенно пополнялся автомашинами. ЗИС-8 – 1, ЗИС-5 – 3 и две трофейные легковушки «Опель-Олимпия». Начальник гаража Попов с шоферами собрали разбитый ГАЗ-АА, который тоже стал ездить. Все машины были заняты перевозкой строительных материалов. Использование автотранспорта находилось под строгим контролем со стороны завгара и командования училища. После организационных преобразований тов. Попов стал именоваться заведующим автогужтранспортом.


1.7. Все наверх, паруса ставить!
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Баркентина «Чайка» водоизмещением 566 тонн была зачислена на баланс училища как учебное судно. Первым капитаном шхуны был назначен Макасюк Иван Леонидович. Он прибыл в училище из Минморфлота. Капитан судна подчинялся начальнику цикла ВМП. Обязанности старшего помощника исполнял Тюрин Николай Иванович. Старший механик - Майорчик Федор Евстафиевич, а его заместитель - Горбунов А.М.. В состав экипажа входили: старший боцман Сальников В.И., боцман Лобанцев В.П., старший моторист Прошков В.И., начальник радиостанции Кудряшов Ю.И., матросы 1-го и 2-го классов, мотористы и повар Т.Н.Никифорова. В течение года под руководством преподавателей Судоводительского цикла (СВЦ) и цикла Военно-морской подготовки (ВМП) на баркентине оборудовали штурманский класс и кабинет радионавигационного оборудования. Теперь подготовку судоводителей можно было выполнять в полном объеме. С момента начала навигации Рагушенский и начальник цикла ВМП капитан 1 ранга Савин лично занимались проверкой готовности судна к плаванию. Проверялось все от киля до клотика. Для начала составили расписание и распределили курсантов по мачтам. Фок мачта была вооружена прямыми парусами, грот и бизань мачты – косыми. Первым требованием к курсантам стала отработка навыков в постановке и уборке парусов. От вида высоких мачт у замполита Свирина кружилась голова, поэтому основное время он проводил в кают-компании, изучая протоколы собраний партийной ячейки судна.
Первая практика планировалась с началом навигации 1949 года. Пробный рейс шхуна должна была совершить от Кронштадта до Таллинна. Капитан Тюрин доложил Рагушенскому о готовности шхуны к проведению практики. Евгений Федорович дал «Добро». Практикой руководили: начальник цикла ВМП капитан 1 ранга С.С. Савин и начальник Судоводительского отделения капитан 2 ранга Ф.И. Иванцов. Рагушенский отдал распоряжение подготовить курсантов к жизни на судне. В состав экипажа включили повара, а из санитарной части выделили врача.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Для начала курсантам следовало изучить мачты, запомнить названия бегучего и стоячего такелажа. Боцмана Сальников В.И. и Любанцев В.П. стали нештатными преподавателями. Они собрал на палубе курсантов и стал подробно объяснять парусное вооружение марсельной шхуны. Через час курсанты знали, что такое бушприт, утлегарь, бом-утлегарь и мартин-гик. Любознательные курсанты могли пройти по сетке к ноку бушприта и осмотреть места крепления кливеров. Во второй половине дня Сальников рассказал конструкцию фок-мачты со стеньгами, после чего устроил практические занятия. Каждый курсант должен был забраться по вантам на марсовую площадку. Рагушенский наблюдал за действиями курсантов со стороны. Ему нравилось старание ребят.
Через три дня Тюрин, Савин и Сальников принимали зачеты. В состав комиссии пригласили капитана 2 ранга Ф. Иванцова. Вопросы были просты и лаконичны. Особое внимание уделялось технике безопасности. Каждый курсант снабжался специальным страховочным поясом. Поднявшись на мачту, курсант должен был сразу пристегнуть себя карабином к надежным деталям рангоута и стоячего такелажа. Группа курсантов, работающая с косыми прусами, осваивала шкоты и нирал – специальную снасть, с помощью которой парус осаживался к палубе.
После зачетов Савин планировал провести комплексное учение. Рано утром на судне прозвучал сигнал «Аврал». Курсанты выбежали на палубу и построились у мачт. «На фалах и шкотах верхних марселей!» - прозвучала предварительная команда с мостика. Затем последовала другая команда: «Верхние марсели ставить!» Курсанты полезли на ванты и распределились по реям. У подполковника Свирина закружилась голова. Ему казалось, что сейчас кто-нибудь рухнет в воду и его карьере, как политического работника, наступит конец. Однако никто не падал и не кричал. Фор-стеньга, фор-брам стеньга и бом-брам стеньга медленно опускались, разворачивая огромные паруса.
Рагушенский стоял на мостике и не вмешивался в дела капитана. Ему хотелось стать мальчишкой и лазить по этим высоким мачтам. Не позволяли возраст и положение. Свирин подошел к Рагушенскому и сказал:
-Вы знаете, Евгений Федорович, за всю свою жизнь я ничего подобного не видел. Самое страшное, что я не понимаю слов, которые произносит Тюрин. Матом он не ругается, но все его понимают. Это меня и удивляет. Я даже не могу привлечь его к партийной ответственности.
- Батенька, Петр Николаевич, эти слов, которые произносит Тюрин появились задолго до рождения РСДРП. Поэтому привлекать его к ответственности не надо. Мне докладывали, что он совместно с преподавателем Шнейдером пишет справочник боцмана. Советую вам войти в редакционную коллегию, тогда и его слова вам будут понятны, - ответил Рагушенский и пригласил Свирина пройти на камбуз для снятия пробы.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

10 июня 1949 года «Чайка» вышла в свое первое плавание. Сначала все было трудно. Высокие мачты и широкие реи шхуны вызывали у молодых людей естественный страх. Побеждало любопытство и стремление быть не хуже тех ребят, которые высоты не боятся. Бегать по вантам совсем не просто, нужно иметь соответствующие навыки. Первая практика на бригантине прошла успешно. Курсанты сходили в Таллинн и Ригу, посетили острова Моонзундского архипелага.

На учебном судне «Чайка» проходили практику курсанты 1 курса. Старшие курсы стажировались на транспорте «Ковша» в Таллинне, в Балтийске на транспортах «Иркут», «Кура» и «Еруслан», танкере «Шахтер». Часть судоводителей и механиков разместили на «МБ-18», «МБ-43» и «МБ-44».
В течение лета 1949 года шхуна «Чайка» совершила три похода с курсантами Судоводительского отдела. Для медицинского обслуживания на шхуну была командирована врач Севастьянова М.Г.. Преподаватель английского языка Гинсбург Э.И. помогала курсантам разбираться в чтении Международного свода сигналов.

В ноябре 1949 года транспорт «Тиина» передали отряду судов ВМФ, а штат ликвидировали. Капитана Каврайского назначили на должность начальника плавсредств ЛМУ.
В «Морском сборнике» капитан 2 ранга П.С.Митрофанов опубликовал статью: «О практике курсантов на учебно-парусных» судах. Эта статья послужила поводом для обсуждения программы практики на учебном судне «Чайка». Рагушенский собрал совещание, на котором присутствовали: начальники Судоводительского отдела Иванцов, цикла Военно-морской подготовки Савин и замполит Свирин. Рагушенский читал выдержки из статьи: «Плавание на парусниках целесообразно для молодого пополнения наших учебных заведений и для курсантов младших курсов, т.е. юношей, которые избрали себе морскую профессию, но еще недостаточно знакомы с морем или даже впервые его увидели. … Плавание на учебно-парусном судне помогает правильно выбрать профессию и одновременно избавить государство от лишних расходов на обучение непригодных к морской службе юношей. Парусное судно развивает подвижность, внимательность, сообразительность, так как при управлении судном создается огромное количество препятствий, в преодолении которых и развиваются в человеке необходимые морские качества …».
-Правильно пишет тов. Митрофанов, - резюмировал Рагушенский. – А вы как думаете?
-Согласен, - сказал капитан 2 ранга Иванцов. – Мы убедились в том, что парусник великолепен именно для первокурсников. После такой школы нам не стыдно посылать курсантов на суда вспомогательного флота.
-Мне кажется, что парусник всем хорош, кроме военно-морской подготовки. На нем нет оружия, а, следовательно, он не решает боевых задач, - заметил капитан 1 ранга Савин.
-Нам не нужен оружейник на первом курсе. Палить из пушек мы научим его потом, - ответил Евгений Федорович. – Главная наша задача сделать из мальчишки моряка, а дальше он сам найдет, что ему нужно. Поэтому позаботьтесь, чтобы морская практика проходила на должном уровне. Мы ошиблись, приняв капитаном Макасюка, но нашелся Тюрин – настоящий моряк.
-Хочу добавить, - вмешался Свирин. – После первого посещения шхуны у меня сложилось странное впечатление. Дело в том, что я с детства боюсь высоты, поэтому, увидев курсантов на вантах, немного струхнул. Как-то я прочитал статью С.О.Макарова о воспитательном значении парусной школы и запомнил его слова: «Для того, чтобы дать морякам хотя часть той практики, которые давали парусные плавания, нужно дольше держать корабли в море».
-Я думаю, - подвел итог Рагушенский, - что мы пришли к единому мнению. К практике нужно относиться серьезно. Шхуну оставим для первокурсников. Пусть осваивают паруса и прививают любовь к морю. Будем придерживаться линии: шлюпка – бригантина – судно вспомогательного флота.
Парусно-моторных шхун и баркентин было построено в Финляндии более 100 единиц. Финские корабелы были знатоками деревянного судостроения. Шхуны предназначались для использования в качестве грузовых судов малого каботажа. Большинство из них стали учебно-парусными судами мореходных учебных заведений СССР.
К сожалению, эксплуатация деревянного парусного судна требовала больших затрат. Корпус баркентины на зиму не вытаскивали на берег, поэтому он стал постепенно гнить и пропускать воду. Проводить практику и совершать дальние плавания стало опасно для жизни курсантов. Баркентину списали с лицевого счета училища и ее дальнейшая судьба неизвестна.
Л О М О Н О С О В С К О Е Мореходное училище ВМФ 2 - 1.4. Третий набор курсантов
1.4. Третий набор курсантов

В январе 1948 года работы по восстановлению учебного корпуса № 1 были полностью завершены. В нем разместилось управление училищем, библиотека, санитарная часть, спортивный зал, а также кабинеты навигации, химии, чертежной и цикл военно-морской подготовки. В период летнего времени силами курсантов были построены: навес гаража, конюшня, скотный двор, склад во дворе училища и выполнены работы по благоустройству территории.
В феврале 1948 года в корпусе № 1 был завершено оборудование дизельного кабинета – первого в училища, что позволило начать практическую подготовку курсантов. Кабинетом заведовала Нина Георгиевна Чернявская. На должность лаборанта дизельного кабинета приняли бывшего танкиста Ивана Семеновича Семенова, который выполнил сложную и трудоемкую работу. Иван Семенович был тяжело ранен в верхнюю часть лица и испытывал некоторое неудобство в общении с красивой женщиной. Он прекрасно знал дизельные установки и внес много хороших предложений связанных с наглядностью обучения курсантов.
Являясь руководителем практики, Нина Георгиевна не стеснялась спускаться в машинное отделение и давать практические советы молодым механикам. Своим отношением к делу она заслужила почет и уважение со стороны курсантов. Практика доказывала ей, насколько хорошо курсанты усвоили теоретический материал. Нина Георгиевна хорошо знала дизельные энергетические установки теоретически и практически. Посещая различные суда Вспомогательного флота, она убедилась, насколько разнообразна судовая механика. Немецкие, английские, американские, шведские дизели по принципу работы не различались. Изменялась система включения, а дюймовая нарезка труб не совпадала с метрической. Свои наблюдения Нина Георгиевна тщательно заносила в тетрадь. Эти материалы она впоследствии использовала при написании учебника «Двигатели внутреннего сгорания». В начале 60-х годов Чернявская перешла на работу в Ленинградское Арктическое училище.

15 марта 1948 года в должность заместителя начальника училища по политической части вступил полковник Галиченко Константин Семенович, 1906 года рождения. Отношения между полковником и капитаном 1 ранга Рагушенским не сложились. Константин Семенович ничего не понимал в вопросах подготовки специалистов для вспомогательного флота, поэтому занимался чистым администрированием. Самой важной бумагой для него являлся протокол партийного собрания и факты, изложенные в прениях. Рагушенский четко расставил грани между работой замполита и руководством училища, что явно не нравилось Галиченко. Несмотря на возникшие разногласия, Константин Семенович принимал участие во всех мероприятиях, проводимых в училище.
Приемная комиссия работала быстро, и к 20 августа набор был завершен. Во время заседания мандатной комиссии возник спорный вопрос о зачислении кандидата Горева в курсанты. В анкете значилось, что Горев некоторое время пребывал на территории оккупированной немцами. Полковник Галиченко проявил разумную твердость и определенное мужество. Он резко упрекнул членов комиссии, сказав: - Мальчишке в то время было всего 10, зачем же вы ему жизнь ломаете? – Горев был зачислен курсантом в училище и успешно его окончил. Третий набор составил 4 группы: 10-я – судоводители, 11 и 12-я – механики-дизелисты, 13-я – механики-паросиловики.
Первокурсников объединили в учебные роты и направили в район деревни Усть-Рудице на заготовку сена. Работа была тяжелая, но командование на все жалобы курсантов отвечало с юмором по-флотски. Роптать было некогда, после заготовки сена командование обещало кратковременный отпуск.

Новый учебный год начался с торжественного построения. Рагушенский поздравил курсантов и преподавателей, и пожелал успехов в учебе. Училище значительно увеличилось по численности курсантов, появились новые преподаватели и предметы. Математику преподавал Градусов, черчение – Градусова (лаборант А.Кудрявцев), историю народов СССР и русский язык – Эрлих и Русакова (лаборант О.А. Качанова.). Английский язык – Дюков, позднее пришли Элла Иосифовна Гинсбург и Л.А.Татарская. Кабинет химии возглавляла В.Е.Елацкова, а физики – Новиков. Электротехника была общеобразовательным предметом, который вел Е.Р.Гаазе. Библиотекой заведовала Мария Александровна Нечаева, которая заменила Т.Н.Маругину, уехавшую в другой город к месту службы мужа. Нечаева по крохам собирала библиотеку. В основном поступали книги из частных коллекций. Очень не хватало специальной литературы, которая пользовалась большим спросом у курсантов.

Майор Фридлянский Залман Гелимович (15.10.1908 г/р). Окончил Ленинградский институт водного транспорта по специальности инженер-теплотехник. В 1933 году прослушал 3 курса ВВМИУ им Дзержинского. Воентехник 3 ранга (1941), инженер капитан (1942). Мобилизован в Красную армию в 1941 году и направлен в распоряжение отдела Тыла КБФ. Служба проходила в Тылу: начальник станции горячей промывки котлов (1942), начальник 4 отдела УВСГ (1945). В 1946 году назначен начальником судомеханического отделения ЛМУ ВМС. Отношения с капитаном 1 ранга Декалиным не складываются. Залман Гелимович ищет новое место службы и получает назначение старшим преподавателем на цикл ВМП в Мкрманское мореходное училище рыбной промышленности (1951). В 1955 году он уволен в отставку по болезни. Награжден орденом Отечественной войны 2 ст. (1945) и медалью за Боевые заслуги (1949).
Судомеханический отдел быстро развивался. Майор З.Г.Фридлянский нашел преподавателей-специалистов по паровым котлам – Стародуб, паровым машинам Н.А.Маренков, паровым турбинам – А.Г.Веретэ. Занятия по вспомогательным механизмам проводил А.Е.Богомольный, теории и устройству корабля – Катин. А.Богомольный и А.Веретэ впоследствии стали авторами учебников, которые до сих пор не потеряли практической ценности.
Больше остальных преподавателей курсанты уважали и любили Богомольного, Маренкова и Чернявскую. Опытные судовые инженеры механики отлично знали свои предметы, имели плавательный стаж и умели передать свои знания курсантам.
Подводя итоги нового набора на партийном собрании, Константин Семенович Галиченко с удовлетворением отметил, что за год партийная организация увеличилась до 46 членов ВКП(б), а комсомольская до 240 членов ВЛКСМ.
В октябре в училище прибыли старший лейтенант И.В.Коньков, капитан 2 ранга Ф.И.Иванцов, капитан 2 ранга Климович.

Капитан 2 ранга Ф.И.Иванцов вступил в должность начальника Судоводительского отдела. Капитан-лейтенант Ф.Иванцов во время Великой Отечественной войны командовал подводной лодкой Щ-323, которая успешно действовала в Балтийском море. Осенью 1941 года Щ-323 уничтожила 2 транспорта и 2 танкера противника. За этот подвиг Щ-323 стала первой на КБФ подводной лодкой, награжденной орденом Красного Знамени.
Подводная лодка Щ-232 погибла 1 мая 1943 от взрыва мины на Морском канале, но Иванцов уже ею не командовал, поэтому остался жив.
Судоводительского отдела как такового еще не существовало. Занятия по судовождению проводили преподаватели цикла Военно-морской подготовки Д.Муленко и Г.Панго. Учебные планы и программы изучения навигации и лоции отсутствовали, их предстояло создать и согласовать.
В начале ноября 1948 года в ВМБ Поркаллауд были командированы командир 1-й роты старший лейтенант И.В. Коньков и капитан транспорта «Тиина» М.А. Коврайский. для приемкм баркентины «Зенит», которую предполагалось использовать в качестве учебного судна училища. Представитель торгпредства старший лейтенант Чумак представил все документы для регистрации судна в Морском Регистре СССР. Для приема баркентины была создана комиссия в составе: капитана 1 ранга Савина, подполковника В.Д.Грустан., инженер-майора З.Г.Фридлянского, майора м/с В.А.Симанкова. Старший лейтенант И.Коньков, вольнонаемный Коврайский и механик Орлов были включены в состав экипажа. За успешный переход баркентины из Финляндии в Ораниенбаум офицеру Конькову и Каврайскому приказом начальника училища была объявлена благодарность. После регистрации в Морском регистре баркентина получила наименование «Чайка» и бортовой номер.

Структурно в состав Мореходного училища ВМС входили:
1.Управление: начальник училища Е.Рагушенский, заместитель по политической части К.Галиченко, начальник учебного отдела А.Елацков, начальник строевого отдела А.Улыбин, начальник МТО В.Грустан, начальник медицинской службы В.Симанков.
Учебные подразделения в зависимости от специальности делились на отделы:
Судоводительский отдел – начальник капитан 2 ранга Ф.Иванцов.
Судомеханический отдел – начальник майор З.Фриднлянский.
Цикл Военно-морской подготовки - капитан 2 ранга С.Савин.
Гидротехнический отдел – начальник инженер-подполковник Н.Алексеев.

В поздравительном приказе № 509 от 6 ноября 1948 года начальник училища Рагушенский отмечал: «…Наше училище создано после Великой Отечественной войны. Это еще одно свидетельство непрестанной заботы тов. Сталина о Военно-морском флоте. Наше училище по своей задаче призвано готовить высококвалифицированные кадры для вспомогательных кораблей ВМФ».
(Читая подобного рода приказы, невольно на ум приходит вопрос: чем отличаются высококвалифицированные кадры от просто квалифицированных? Училище не может готовить высококвалифицированные кадры потому, что существует учебный план, который предоставляет обучаемому необходимый объем знаний в рамках заданной учебной программы. Государственная экзаменационная комиссия определяет, насколько выпускник по своим знаниям усвоил учебную программу. Высокая квалификация приобретается в процессе практики на основании проб и ошибок – прим. автора)

Федор Иванович Иванцов не был профессиональным преподавателем. К курсантом он относился как к матросам. Первокурсников он называл почему-то турками, много рассказывал о мощи минно-торпедного оружия и живучести боевых кораблей. На одном из занятий он привел пример непотопляемости немецкого линкора «Тирпиц», потопленного англичанами в 1941 году. Линкор получил 11 попаданий от самолетов торпедоносцев и почти все в левый борт. Только повреждение рулевого устройства не позволило командиру привести линейный корабль во французский порт Брест. Несомненно, что Иванцов знал много, но рассказывал сумбурно и бессистемно.
Вскоре Иванцова сменил капитан 2 ранга Климович. Его прозвали «Академиком» за безуспешные попытки поступить после войны в Военно-морскую академию им. Ворошилова.
В это время вышло постановление ЦК ВКП(б) «О борьбе с иностранщиной». Преподавателям пришлось разбираться в истине и вспоминать кто, когда и что изобрел. Русскими учеными стали Бернулли, Эйлер, Якоби и другие. Слово «дизель» исчезло из учебной программы, теперь его стали называть двигателем с воспламенением от сжатия. Изменениям подверглись и другие названия машин и механизмов.
Курсанты с большим интересом читали книги. Небольшая библиотека в основном комплектовалась учебными пособиями, художественной литературы было пока мало. Книги разбирались нарасхват, за некоторыми изданиями устанавливалась очередь. В Ораниенбауме разбирались разрушенные здания. Иногда находились книги, изданные еще до революции. Они поражали солидными переплетами и текстом, в котором встречалась буква «ять». Буква «и» писалась по латыни как «i». Почти все курсанты перечитали книгу Степанова «Порт-Артур», в которой говорилось о братьях Шульц, придумавших конструкцию трала для уничтожения якорных мин. После испытаний конструкция была одобрена адмиралом С.О.Макаровым, верой и правдой служила Российскому флоту. Вопрос о том, кто такие братья Шульц был задан Климовичу на занятиях по военно-морской подготовке. Он видимо никогда не слышал о братьях, называл их немцами и поправлял, что правильнее называть «парный буксируемый трал». Таким же изменениям подверглись и другие термины типа «фонарь Ратьера», «якорь Холла», «стопор Легофа» и другие общепринятые термины.

Новый 1949-й год начался с благодарностей в адрес столовой и пищеблока. Капитан и /с Шпак постарался, чтобы приготовили праздничный ужин. Столы покрыли белыми скатертями. Рагушенский выразил надежду, что качество приготовления пищи и культура обслуживания будут всегда на высоком уровне.
Курсантская столовая действительно была на высоте. Кормили сытно и вкусно. Для бывших фронтовиков, отъевшихся на пайках и американской тушенке, было организовано щадящее диетическое питание. На пищевых отходах столовой откармливались несколько свиней. Обслуживание свинарника было возложено на курсантов. Курсант 13-й группы Боровик по документам считался выходцем их сельской местности. Он был назначен на свинарник старшим. В его ведении находились корма и другие ценности, шедшие в виде отходов из столовой. Парень был неприятный, с вечно сопевшим носом был, видимо, в детстве забит и в группе ни с кем не знался. Он попался на воровстве кормов.
Рагушенский мог отправить дело в суд, но поступил иначе. Он пригласил родителей Боровика и устроил общее собрание. Курсанты высказывались резко в адрес курсанта и родителей. Мать явно испугалась такого исхода и задала президиуму смешной вопрос: «А нельзя ли вместо моего сына кого-нибудь другого посадить?». В зале все громко рассмеялись. После собрания Боровика никто больше не видел.
Свиней все же вырастили. Накануне праздника Великого Октября Рагушенский распорядился заколот самую большую и сварить студень для личного состава. Начальник продовольственной службы Шпак в этот день дежурил по училищу. Свинью забили рабочие продслужбы, отрезали ножки на холодец и положили на козлы для обработки паяльной лампой. Во время обработки свинья вдруг завизжала, сорвалась с козел и бросилась бежать без копыт. На шум выбежал Шпак. Он быстро оценил обстановку и одним выстрелом из пистолета ТТ прекратил страдания бедного животного. Из окон аудитории на третьем этаже курсанты с интересом наблюдали всю процедуру. Кто-то смеялся, кто-то сочувствовал. С этого момента Шпака стали называть «Свинобоем», хотя студень всем очень понравился.
Капитан Шпак не отличался высокой культурой. Окончив Военно-морское хозяйственное училище перед самой войной, он несколько месяцев пробыл на фронте, получил ранение, а затем служил в тыловых частях. Из наград у него были медали «За Отвагу», «За боевые заслуги», «За оборону Ленинграда» и орден «Красной Звезды» - за выслугу лет. К курсантам Шпак относился равнодушно. От него можно было услышать фразу: «Дайте мне лошадь или двух курсантов». Из сказанного можно было сделать один вывод: два курсанта по силе соответствовали одной лошади.

В январе 1949 года полковника Галиченко сменил подполковник Свирин Петр Николаевич. Были созданы первичные партийные организации в четырех подразделениях: учебном отделе, ОМО, Судоводительском и Судомеханическом отделах. Выборные органы комсомола были организованы в учебных ротах и группах. Политический отдел Ленинградского военного порта признал такую структуру правильной.
Однако, работа партийной и комсомольских организаций не была направлена на повышение уровня успеваемости и работу служб обеспечения. Проверка состояния учебного процесса и материально-технического обеспечения офицерами управления Тыла ВМС весной 1949 года выявила ряд серьезных недостатков: в частности низкую текущую успеваемость, отсутствие отработанной методической документации, нехватку помещений для классов, учебных лабораторий и мест для проживания курсантов. В заключительном документе комиссии расписались: капитан 2 ранга А.А.Елацков и подполковник П.Н. Свирин.



1.5. Корпус № 3
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Учебный корпус № 3 был собран из деревянной казармы постройки 1939 года, перевезенной с территории дворца Меншикова. Корпус разобрали и перевезли на территорию училища, сделали фундамент и вновь собрали. В нем поместили управление училищем, службы обеспечения и классные помещения на оставшихся площадях. Корпус просуществовал более 50 лет. В 1991 году на основании акта технической комиссии здание было признано негодным к эксплуатации и списано с баланса училища.

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.


Работу по разборке здания выполняли курсанты 13 группы Судомеханического отдела под руководством прораба Грибкова. Они разобрали крышу и столкнулись с многочисленными печами, сложенными из огнеупорного кирпича. Требовалось убрать трубы и воздуховоды. Кто-то из курсантов предложил начать разборку снизу, т.е. выбить кирпичи с нижнего этажа, после чего труба и воздуховоды должны были свалиться самостоятельно. Прораба Грибкова рядом не было. На втором этаже курсант ломом отбивал последний венец кирпичей. Из отверстия летела сажа, которая покрывала лица курсантов и мешала дышать. Казалось, что труба должна уже рухнуть, но она мертво стояла. Последний удар лома привел к обвалу всей конструкции. Кирпичи водопадом летели в комнату, заполняя пустое пространство облаком пыли и сажи. На втором этаже образовалась груда кирпича.
Последние две трубы слетели аналогичным образом. На грохот от обваливающихся труб и столб пыли слетелись местные милиционеры. Вскоре появился и прораб Грибков, который успокоил представителей власти. Курсантам 13 группы объявили благодарность и помыли в бане на транспорте «Тиина». Рагушенский сделал выговор Грибкову за недостаточное внимание к соблюдению правил техники безопасности. Через два дня курсанты отбили внутреннюю штукатурку, освободили стены от дранок и под руководством Грибкова подетально отмаркировали венцы. Часть венцов оказалась гнилой и не годилась для постройки. Сгнившие бревна тщательно измерили и отрядили отделение курсантов на заготовку новых.
В середине июля 1949 года курсанты 11 и 12 групп разобрали и перевезли здание на территорию училища. К этому времени под руководством начальника КЭЧ Горбунова была произведена разметка и закладка фундамента. Оставалось только собрать здание.
На строительстве с большим энтузиазмом работали курсанты первого набора. По возрасту, они были старше курсантов третьего набора на 7 – 8 лет, а Виктор Волынец был 1922 года рождения. Во втором наборе еще было заметно количество переростков. В третьем же наборе число бывших школьников составляло уже большинство. Старанием командования в училище был установлен строгий уставной порядок. Между старшими и младшими не было никакого антагонизма. Отношение командования ко всем курсантам было одинаковым.
Деревянное здание корпуса № 3 простояло более сорока лет, после чего было списано как не пригодное к дальнейшей эксплуатации. На самом деле здание имело право на существование. Однако никто не хотел заниматься его ремонтом. В нем устроили склад коммунально-эксплуатационного отдела, а затем начали «раздевать», снимать обшивку, бить стекла и, совершать другие варварские действия. В конце концов, дом подожгли и он сгорел.


13 группа Судомеханического отделения.

Весной 1948 года в трех школах юнг КБФ (Выборгской, Рижской и Тильзитской) прошли выпускные экзамены и распределение на суда вспомогательного флота. 17-18 мая семнадцатилетние ребята были зачислены в штат. Школы юнг давали среднее образование и подготовку по специальностям – машинисты паровых машин, кочегары, мотористы, рулевые-сигнальщики.
Утром 17 мая уже бывшие юнги Алепко, рулевые Тихонов и Юров получили предписание прибыть на гидрографическое судно «Ижора», стоявшее в Кронштадте. Грачев – на небольшой пароходик «Инженер», который находился на берегу Ораниенбаумской гавани.
Из Выборга в Кронштадт дошли на пассажирском пароходике «Краснофлотский». Дойдя до рейда, пароходик завернул в Ораниенбаум, чтобы высадить пассажиров, не имеющих пропуск в Кронштадт. На всем протяжении пути с палубы никто не уходил. Скромный сухой паек дожевывали на корме и все смотрели, смотрели и смотрели, запоминая маршрут, по которому вскоре придется ходить в море. На Большом Кронштадтском рейде на траверзе Толбухина маяка катерный тральщик типа КМ выполнял учебные стрельбы из крупнокалиберного пулемета ДШК по буйку. Короткие очереди резали слух. Вскоре стрельба прекратилась, катер лег в дрейф. Отвалившая от борта шлюпка направилась к буйку осматривать результаты учебной стрельбы.
На пассажирской пристани матрос, вооруженный винтовкой, тщательно проверил документы и предписания. Сопровождавший молодых моряков капитан-лейтенант, решил показать город. Он провел по чугунной мостовой на Якорную площадь, показал памятник адмиралу С.О.Макарову. Гостиный двор поражал своей изящной архитектурой. Несмотря на разрушения вызванные бомбежками города, дома в центральной части выглядели вполне ухоженными. Поражало изобилие военных и полувоенных людей различного возраста. Казалось, что война недавно закончилась, но город находится на военном положении. Петровский док работал. Первыми от ворот стояли четыре бронекатера с красивым развалом носовых шпангоутов, впечатляющими 85 мм орудиями в танковых башнях и парой пулеметов ДШК по обеим сторонам боевой рубки.
На проходной Морзавода опять проверили документы. Женщина с револьвером в кобуре куда-то позвонила и всех пропустили на территорию, показав куда идти дальше. Вдоль причальной стенки стоял знаменитый линкор «Марат». Отсутствие носовой части позволяла рассмотреть всю его конструкцию вплоть до второй башни главного калибра. Кормой к стенке стоял трофейный немецкий крейсер, переименованный в «Адмирал Макаров», рядом с ним минный заградитель «Марти», весь борт которого был в сплошных заплатках. Дальше стояли эсминцы.
«Ижора» стояла у пирса для гидрографических судов. Рядом с ней – минный заградитель «Ристна» - большой колесный пароход с длинной историей.
Командир и старший механик оказались в отпуске. Молодое пополнение встретил молодой лейтенант. В этот же день поставили на довольствие и распределили по кубрикам. Так начались трудовые будни на полувоенном гидрографическом судне. Каждый вечер лейтенант приказывал спустить за борт шлюпку «четверку» и гонял на веслах по гавани по седьмого пота. После того, как было изучено устройство шлюпки, назначение предметов снабжения и отработан спуск и подъем шлюпки на ботдек, лейтенант лично организовал хождение под парусами. Таким образом, в течение месяца из вольнонаемных пацанов вполне приличных моряков.
В 20-х числах июня лейтенант собрал все новое пополнение и объявил, что они отзываются в распоряжение начальника Мореходного училища ВМС в Ораниенбаум для сдачи вступительных экзаменов.
В июне 1948 года в училище для поступления начали прибывать юнги из разных школ. Из Рижской – машинисты Грачев, Кузьменко, Моисейцев, Парфенов, Халтурин, рулевые: Ксенофонтов, Копьев, Склизков, Стариков, Степанов, Тихонов, Харахонов, Юров и будущие механики: Алепко, Козлинский, Александров. Из Тильзитской: Балашов, Вишняков, Кондрашов, Модин, Музыка, Пройдин, Швецов, Шебеко. Из Выборгской: Антипов, Буторин, Волков и др.
Школы юнг готовили младших специалистов плавсостава для судов вспомогательного флота и гидрографии по специальностям машинист паровых машин и рулевой сигнальщик. Юнги имели хорошую практическую подготовку, умели обращаться с металлом и ходить на шлюпке. Такой контингент вполне устраивал придирчивую приемную комиссию. Однако не всех из юнг зачисляли в курсанты. Первый заслон ставила медицинская комиссия, второй – экзаменационная и третий – мандатная. Юнги обеспечивались бесплатным пайком и деньгами на проезд.
Нагловатых ребят в матросских форменках с полинявшими гюйсами и брюках клеш быстро ставили на место, делая скидку на знания и возраст. Командир роты нового набора старший лейтенант Грухин дневал и ночевал в подразделении, присматриваясь к кандидатам. Ему не нравилось, когда юнги обращались к начальнику строевого отдела подполковнику Улыбину не по команде. Таким наглецам светила гауптвахта сроком на 10 суток или отчисление.
Игорю Алепко, окончившего школу юнг с отличием, сдавать экзамены не требовалось. Вкусив в Кронштадте на гидрографическом судне «Ижора» романтики флотской жизни, он не особенно стремился снова сесть за парту и постигать науки. Он решил, что не пройдет медкомиссию и без скандала вернется на свой пароход, с которого чуть-ли не за ухо его вывел и отправил в училище старший машинист Миша Шохтов, разбитной и веселый одессит.
Болтаясь по Меншиковскому парку, Игорь вспомнил, что в Ленинграде живет его отец и решил его навестить. После развода с матерью в 1935 году они не встречались. Причину разрыва отношений с отцом мать никогда не называла, и Игорю очень хотелось его навестить. Командир роты Грухин не имел права отпустить кандидата самостоятельно в город и посоветовал обратиться к начальнику строевого отдела подполковнику А.Улыбину. На просьбу Алепко Улыбин ответил резким отказом: «Вот станешь курсантом, тогда и будешь в увольнение ходить». Игорь оказался не из трусливых и потребовал вернуть документы и вернуть на свое судно. «Как ты разговариваешь с подполковником? Вот тебя сейчас посажу на 10 суток, а после возвращения поговорим», - ответил Улыбин. Во время разговора в столь резком тоне Алепко заметил, как искажается лицо подполковника. Позднее Игорь Алепко узнал, что во время войны Улыбин получил контузию, которая навсегда лишила его возможности улыбаться.
Тем не менее, через час старший лейтенант Стасевич вручил Алепко увольнительную записку и вскоре сидел в вагоне паровичка, совершавшего рейсы между Ораниенбаумом и Ленинградом.
Прошло два года. Алепко встретился с Улыбиным и напомнил ему об инциденте, на что подполковник ответил: «Курсант, за вами должок. Вы еще не отсидели обещанные мною 10 суток».
После сдачи экзаменов всех Тильзитских и Рижских юнг, зачисленных в училище, отправили в Усть-Рудицу на заготовку сена. Сено было необходимо для лошадей, которые использовались в качестве гужевого транспорта. Экспедицию возглавлял майор Брук. Курсантам выдали косы, один брусок на троих для заточки и отправили в поле. Трудились по шесть часов день. Вставали засветло. Первыми уходили косцы, за ними курсанты, которые ворошили сено. Пищу готовили на костре, а спали в деревянном сарае, чудом сохранившемся после войны. Брук предупредил курсантов, чтобы не ходили по незнакомым местам. Кое-где еще сохранились противопехотные мины, валялось брошенное оружие и военная техника.
Из абитуриентов и бывших юнг были сформированы четыре учебные группы: 10-я – судоводители (штурманы), 11 и 12-я – будущие механики дизелисты и 13-я – паросиловики. Специалисты по паросиловым энергетическим установкам были востребованы потому, что большинство новых и старых буксиров ходили на угле.
В 13-й группе оказалось 30 человек. Кроме рижан добавились Константин Кондрашов из Выборга и Станислав Паромов из Архангельска. Остальные ребята были набраны из числа бывших школьников, которые не нюхали моря.
После завершения первого полугодия курсанты получили двухнедельный отпуск. Не все разъехались по домам. Многие остались в училище – ехать было некуда. Начальник училища как обычно предложил мудрое решение. Курсантов оставить на котловом довольствии и, чтобы не болтались зря привлечь к несению дежурной службы, а тех, кто желает отправить либо в Мартышкино, либо в Усть-Рудицы на второстепенные работы. Мысли о том, что кому-то надо сбежать в голову не приходили. Воспитание и обучение строилось на доверии старших младшим. Этим положением курсанты очень гордились.
После отпуска у механиков появился новый предмет – технология металлов. Его вел бывший металлург-доменщик. Он интересно излагал не очень интересные вещи про руду, кокс, работу доменной печи, мартеновский и бессемеровский процессы производства металла. Все это как-то не вязалось с будущей профессией судового механика. Тем не менее, процессы литья, закалки и прокатки металла до получения листовой стали многие курсанты запомнили хорошо. Мужчина не был навязчив в своих размышлениях, излагал свои мысли просто и доступно. Именно это и нравилось курсантам.
Весной, после экзаменов за 1-й курс из училища бежал Костя Кондрашов, решивший, что учиться ему не под силу. Костю задержали, судили и дали год тюрьмы за кражу обмундирования, которое было на нем. Несмотря на 1949-й год в стране еще действовали законы военного времени, и Косте могли приписать дезертирство. Костя попался на вокзале. Военный патруль арестовал мальчишку во флотской форме и доставил в комендатуру. После выяснения личности, его пытались отправить обратно в Ораниенбаум, но он категорически отказался и поэтому попал в эту историю.
Л О М О Н О С О В С К О Е Мореходное училище ВМФ (Краткий исторический очерк)
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Содержание:

Введение

Глава I. Создание училища
Глава II. Становление учебного процесса
Глава III. Учебная база вспомогательного флота ВМФ
Глава IV. Совершенствование ЛМУ ВМФ
Глава V. Развитие Вспомогательного флота
Глава VI. Образование морского колледжа
Глава VII. Перелом
Глава VIII. Катастрофа
Глава IX. Что потеряли, и что нашли?
Глава X. Шестьдесят пять лет спустя
Приложение:
-командный состав ЛМК ВМФ
-судоводительский цикл;
-судомеханический цикл;
-радиотехнический цикл;
-электромеханический цикл




Введение

Ломоносовское Мореходное училище ВМФ (в настоящее время Ломоносовский морской колледж ВМФ) создавалось в тяжелых послевоенных условиях. Страна нуждалась в квалифицированных специалистах во всех направлениях жизни и деятельности государства. В октябре 1946 года отдел плавсредств и гаваней был выведен из состава Главвоенпорта и переименован в Управление вспомогательных судов и гаваней (УВСГ) с подчинением начальнику Тыла ВМС СССР. На флотах и флотилиях были созданы отделы, которые сокращенно назывались ОВСГ. В состав отделов на каждом флоте вошли бригады и дивизионы судов, задача которых состояла в обеспечении боевых кораблей транспортными операциями по доставке топлива, продовольствия, воды, вооружения.
Флот обеспечения состоял из разношерстных судов оставшихся после войны и полученных по репарации немецкого флота. В состав УВСГ входили как военные, так и гражданские специалисты (вольнонаемный состав). Многие судоводители и судомеханики, несмотря на огромный жизненный опыт, не имели достаточных знаний для дальнейшей работы на судах обеспечения. Именно поэтому у командования ВМФ возникло предложение создать специализированное учебное заведение, дающее хорошую специальную подготовку.
Учитывая опыт прошедшей войны, командование понимало, что будущие капитаны и судомеханики должны представлять собой резерв, который может быть призван для службы на военные корабли. С этой целью в состав учебного заведения был включен Военно-морской цикл, который имел право после стажировки на боевых кораблях представлять выпускников к воинскому званию техник-лейтенант.
В результате в Ломоносове (Ораниенбауме) было создано единственное в СССР (Российской Федерации) учебное заведение гражданского профиля, ориентированное на морские транспортные перевозки в интересах Военно-морского флота.
За 65 лет своей деятельности Ломоносовской Морской колледж подготовил тысячи специалистов для Вспомогательного флота ВМФ, который не потерял своей актуальности и в настоящее время. О том, как происходило формирование училища, и подготовка специалистов кратко изложено в данном историческом очерке.
В работе над текстом участие принимали:
Алепко Игорь Григорьевич – выпускник 1953 года;
Маина Владимировна Матузко – начальник Общетехнического цикла;
Савкина Тамара Георгиевна – бывший методист училища




ТОРЖЕСТВЕННОЕ И КЛЯТВЕННОЕ ОБЯЗАТЕЛЬСТВО

Лиц, работающих по вольному найму в частях, учреждениях и заведениях ВС СССР

Я, гражданин Союза Советских Социалистических Республик, поступая по вольному найму на службу на службу в Вооруженные Силы СССР, торжественно и клятвенно обязуюсь строго хранить военную и государственную тайну, соблюдать все установленные законом и военными властями порядки, добросовестно и честно выполнять все возложенные на меня обязанности.
Я обязуюсь все приказы и распоряжения моих прямых начальников выполнять в точности и аккуратно, наряду со всеми военнослужащими
Я обязуюсь добросовестно и неустанно изучать и совершенствовать порученное мне дело в интересах развития и укрепления Вооруженных сил Союза ССР.
Я обязуюсь всемерно беречь военное и народное имущество и до конца быть преданным своему народу, Советской родине и Советскому правительству.
За нарушение этого моего Торжественного и клятвенного обязательства я заслуживаю суровой кары советского закона и презрения трудящихся.

Утверждено Указом Президиума ВС СССР от 10 июня 1947 г.




Ломоносовский Морской колледж имеет З Н А М Я. Знамя есть символ чести, доблести и славы. Оно является напоминанием каждому военнослужащему, курсанту, вольнонаемному персоналу о его принадлежности к Военно-морскому флоту Российской Федерации.


""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.


27 апреля 1946 года заместитель Главнокомандующего ВМС адмирал флота И.С.Исаков подписал приказ о формировании Мореходного училища Военно-Морских Сил для подготовки командного состава судов вспомогательного флота. Местом дислокации был выбран город Ораниенбаум.




ПРИКАЗ

Главнокомандующего Военно-морскими силами СССР

27 апреля 1946 г. г. Москва № 23

Содержание: О формировании мореходного училища ВМС по подготовке кадров командного состава для вспомогательных судов ВМС.
1. Учитывая потребности в командных кадрах специалистов штурманов, механиков и гидротехников для вспомогательных судов и гаваней ВМС, и руководствуясь Постановлением Государственного Комитета Обороны № 9700сс от 24 августа 1945 года, сформировать к 1 сентября 1946 года Мореходное училище ВМС.
2. Установить, что Мореходное училище является средне-техническим учебным заведением ВМС закрытого типа с 4-х летним сроком обучения.
3. Подчинить Мореходное училище начальнику Управления Кадров вольнонаемного состава ВМС.
4. Утвердить следующие профили подготовки в Мореходном училище ВМС с контингентом на 1946 год:
а) судоводительская специальность – 50 человек;
б) судомеханическая специальность – 75 человек:
- судовых паросиловых установок – 50 человек;
- судовых двигателей внутреннего сгорания (дизелистов) – 25 человек.
в) гидротехническая специальность – 25 человек.
……………………………………………………………………………………………………..
12. Укомплектовать штат Мореходного училища руководящим, преподавательским и обслуживающим составом.


Заместитель ГК ВМС Адмирал флота И.Исаков



Глава I. Создание училища

1.1. Они были первыми

Здание Ломоносовского морского колледжа ВМФ вытянулось вдоль улицы Красного Флота. Улица возникла в конце XIX века и была названа в честь владельца дачных участков И.П.Илимова. В план Ораниенбаума улица вошла только в 1918 году. До этого времени на восточной части улицы были построены отдельные деревянные дома, окруженные огородами местных жителей. Узкая дорога, выходящая вдоль естественного оврага к Дворцовому проспекту, послужила прообразом будущей магистрали, в которой нуждался развивающийся город. Именно здесь на перекрестке с Александровской улицей в конце 30-х годов было построено трехэтажное каменное здание для гидротехнического отдела Балтийского флота. Здание сгорело во время войны, но именно оно послужило основой для создания военного городка, который в дальнейшем был застроен зданиями ЛМУ ВМФ.

В конце сентября 1946 года инженер-капитан 1 ранга Рагушенский Е.Ф.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.


получив предписание о назначении начальником Мореходного училища ВМС, попрощался с товарищами по службе в Москве и направился в Ленинград. Ему хотелось прибыть немного раньше срока, проставленного в предписании, чтобы познакомиться с обстановкой, представиться командованию Тыла КБФ, командиру Ленинградского Военного порта и познакомиться с руководством Морской инженерной службы (МИС). Вместе с ним приехали: майор интендантской службы Абельян Г.Б., назначенный начальником материально-технического отдела и капитан интендантской службы Гоцуляк И.К. - начальник финансовой службы. Рагушенского принял начальник Тыла КБФ генерал Москаленко Митрофан Иванович, который сообщил, что под формируемое училище передали трехэтажное каменное здание, разрушенное в период войны и ранее принадлежавшее конторе по ремонту гидротехнических сооружений КБФ. Силами УНР-82 здание начали восстанавливать под учебный корпус. Вместе с офицерами в Ленинград прибыл старший матрос Ярцев Н.А. – старший писарь еще не существующего строевого отдела и повар Е.А.Филимонова.
Приказ № 1 от 1 октября 1946 года гласил: «В исполнение обязанностей начальника Мореходного училища ВМС, формируемого в г. Ораниенбауме, вступил».
19 октября 1946 года приказом Морского министра было утверждено штатное расписание, которое предусматривало организационную структуру будущего училища: наличие управления и учебных отделений. Численность военнослужащих предусматривалась 26 человек, вольнонаемных – 142, курсантов – 325. Училище подчинялось начальнику отдела Труда и Кадров ВМС.
Приказ № 2 от 29 октября 1946 года свидетельствовал, что капитан 1 ранга Рагушенский Евгений Федорович, вступил в должность начальника училища на основании приказа ГК ВМС № 01278 от 29.10.1946 г.

Евгений Федорович Рагушенский 1893 года рождения, русский, член ВКП(б) в 1917 году окончил Петроградское Мореходное училище и получил специальность судового механика. В том же году его направили в Школу унтер-офицеров, которую он успешно окончил, получив образование военного моряка. Служить в царском флоте довелось не долго. Началась Гражданская война. Молодой моряк принимал участие в подавлении Корниловского мятежа, участвовал в ледовом переходе кораблей Балтийского флота из Хельсинки в Кронштадт в 1918 году. Потом судьба закинула его на юг на Азовскую флотилию, где он исполнял обязанности инженер-механика Мариупольского военного порта. 20-е годы были полны перемен, требовались специалисты-механики. С 1921 по 1926 год он исполнял обязанности помощника начальника отдела маячной службы Черного моря. В 1927 году он заведовал мастерскими, а в 1931 уже был в должности начальника производственно-планового отдела Гаваней и портов Черного моря. Командующий Черноморским флотом Иван Кожанов и начальник Севастопольского порта Константин Душенов относились к Рагушенскому как к грамотному специалисту. В 1933 году Евгения Федоровича направили на учебу в Военно-транспортную академию РККА, которую он успешно окончил в 1937 году. Выпускников академии ценили. Воинское звание – военный инженер 1 ранга Рагушенскому было присвоено в 1938 году. Евгений Федорович окончил факультет путей сообщения и специализировался по морским гаваням, поэтому его назначили в строительное управление РККФ. В 1940-м году в связи с переаттестацией офицерского состава ему присвоили воинское звание инженер-капитан 2 ранга. Обосновавшись в Москве, Рагушенский служит в Наркомате ВМФ в должности инженера по гаваням, а с 1941 года становится главным инженером. В 1941 году образуется Управление вспомогательных судов Тыла и гаваней ВМС. Работы много. С началом войны потеряны военные порты на Балтике и Черном море. Рагушенский ездит в командировки на Север, где строится порт на Северной Двине и принимает участие в его оборудовании для приема судов прибывающих из Англии и Америки. В 1943 году его назначают Главным инженером управления ВС и Г и присваивают звание инженер-капитан 1 ранга. Евгений Федорович гордился не столько орденами «Красной Звезды» (1943), «Отечественной войны» (1946), сколько медалью «XX лет РККА», которую он получил в 1938 году. Орденами «Боевого Красного Знамени» (1944) и «Ленина» его наградили за выслугу лет.
9 декабря 1946 года прибыл заместитель начальника училища по политической части капитан 2 ранга Козлов Марк Федорович, 1901 года рождения, член ВКП(б), образование высшее. Училище создавалось как среднетехническое учебное заведение закрытого типа с четырехлетним сроком обучения. В истории военных учебных заведений нечто похожее уже было. Морское училище, которое до революции готовило офицеров флота России, тоже было средним и закрытого типа.
С самого начала деятельности ЛМУ Рагушенский установил строгий уставной порядок. На всех курсантов в полной степени распространялись требования общевоинских Уставов, вплоть до наказания с содержанием на гарнизонной гауптвахте. Особенно нетерпимо Рагушенский относился к различным утратам и разбазариванию социалистической собственности.
В ноябре 1946 года училищу передали деревянный дом, который стоял на Ленинской улице под № 16. С домом решили не спешить, потому что требовалось заниматься набором курсантов, поиском преподавательского состава и искать место для проведения учебных занятий. Такой дом нашли на Александровской улице. Он не сохранился и сгорел в 2008 году.

1.2. Формирование управления

В конце января 1947 года в училище для прохождения службы прибыли: майор медицинской службы Симанков Василий Афанасьевич, инженер-капитан 2 ранга Елацков Алексей Алексеевич, инженер-майор Фридлянский Залман Гелимович, подполковник Г.В.Панго, подполковник Н.К.Алексеев, капитан И.П.Коробко. Прибывших офицеров и преподавателей размещал комендант Федоров М.Ф., который вел домовую книгу в доме 16/1 по улице Ленинская.
Инженер-капитан 2 ранга А. Елацков, назначенный начальником учебного отдела, немедленно приступает к организации учебной части, хотя еще нет учебного корпуса. С этого момента Алексей Алексеевич становится правой рукой Е. Рагушенского. В училище образуются три самостоятельных отдела: Судоводительский, Судомеханический и Гидротехнический. Самым многочисленным по числу планируемого набора курсантов должен стать Судомеханический отдел, который обязан готовить специалистов по паросиловым установкам и двигателям внутреннего сгорания. Первым начальником Судомеханического отдела становится инженер-майор З.Г.Фридлянский.
Заведующим электромеханическим циклом вольнонаемный инженер-механик Е.Н.Никифоров. В командование Гидротехническим отделом вступает подполковник Николай Кириллович Алексеев. Преподаватель цикла ВМП подполковник Г.В Панго., временно назначается на должность начальника строевого отдела.
Начальник учебного отдела инженер- капитан 2 ранга Елацков Алексей Алексеевич, 1912 года рождения, окончил ВВМИУ им Дзержинского в 1937 году, начал службу на ТОФ в должности командира БЧ-5 подводной лодки «М-16». В 1938 году его назначили преподавателем Учебного отряда подводного плавания ТОФ. Во время войны командовал ремесленным училищем плавсостава Тыла ТОФ. Награжден медалью За боевые заслуги, двумя орденами Красной Звезды и орденом Красного Знамени за выслугу лет (1953). Инженер-капитан 1 ранга с 15 июля 1950 года, уволен в запас по болезни в 1959 году. (фото)
Начальники отделов под руководством А.Елацкова приступают к разработке учебных программ. Особое внимание уделяется учебной практике. Опыт работы, полученный Елацковым в учебном отряде во время службы на ТОФе, позволяет создать примерную структуру управления учебным процессом.
В середине марта в училище прибыло очередное пополнение офицеров: капитан 2 ранга С.С.Савин, капитан-лейтенант Д.Ф. Муленко, подполковник и/с Д.С.Петухов– начальник продовольственной службы и старший лейтенант Н.А Грухин. 9 апреля прибывает подполковник Улыбин Андриан Степанович и вступает в должность начальника строевого отдела.
Капитан 2 ранга С.Савин возглавил цикл Военно-морской подготовки. Первыми преподавателями в состав цикла вошли подполковник Г.Панго и капитан-лейтенант Д.Муленко. Рагушенский распорядился найти и подготовить базу для размещения плавсредств училища. Савин направился в Ленинград на прием к командиру Ленинградского военного порта. Мореходному училищу выделили место в Шлюпочном канале порта Ораниенбаум, которая не была занята военными кораблями. Оставалось найти плавсредства.

Савин Сергей Степанович 1909 года рождения, русский, член ВКП(б). Окончил ВВМУ им М.В.Фрунзе в 1931 году штурманский факультет, назначен на Тихоокеанский флот. Занимал должности командира торпедного катера, звена, начальника штаба дивизиона. Находясь на учениях в заливе Де-Кастри, один из торпедных катеров дивизиона налетел на риф и получил пробоину. Савина отдали под суд и уволили из РККФ. В 1939 году судимость сняли, призвали на флот и направили на Черное море. С 1940 года начальник штаба, а затем командир дивизиона ТК. В 1944 году он был назначен в состав союзной комиссии по разделу Румынского флота. Награжден орденами Красной Звезды, Красного Знамени, Отечественной Войны I степени и орденом Ленина (1953). Капитан 1 ранга с февраля 1948 года. С 1952 года – начальник Учебного отдела и заместитель начальника ЛМУ ВМС. Умер 29 мая 1957 года.

16 апреля 1947 года приказом начальника училища № 121 в состав Мореходного училища был зачислен бывший эстонский пароход (военный транспорт ВТ-557) «Тиина», который стоял в гавани Ораниенбаумского военного порта. Транспорт был построен в 1898 году в немецком городе Киль, прошел две войны, чудом избежал гибели и впоследствии был переоборудован в танкер. Капитаном транспорта назначили капитана дальнего плавания Каврайского Михаила Анатольевича из УВСГ Балтийского флота. Капитан и экипаж транспорта были подчинены начальнику цикла ВМП капитану 2 ранга С.Савину. Экипаж состоял в основном из кочегаров. Старый пароход для плавания не годился. На нем работал только один вспомогательный котел, поэтому часть помещений приспособили под общежитие вольнонаемного состава, назначили кока и уборщицу. Для проведения летней практики командование Лен. ВМБ выделило несколько шлюпок, которые переправили в Шлюпочный канал, и паровой катер «К-85». Начальником плавсредств назначили мичмана С.В. Рябова.
К началу апреля 1947 года на довольствии в училище стояло 14 офицеров. Начальника МТО майора и/с Г.Абельяна сменил подполковник В.Д. Грустан. Абельян имел квартиру в Москве и не хотел оставаться в Ораниенбауме.

Прибыл новый начальник продовольственной службы капитан и/с И.Н.Шпак, заменивший подполковника и/с Д.Петухова, который убыл для дальнейшего прохождения службы в Петергоф для прохождения службы во ВВМУС им. А.С.Попова. Таким образом, костяк управления училищем сложился, и можно было приступать к набору курсантов.

1.3 Первый и второй наборы курсантов

С 12 февраля по 6 марта 1947 года был произведен первый набор курсантов на Судоводительское, Судомеханическое и Гидротехническое отделения. Приемную комиссию возглавил Рагушенский, назначив заместителем А.Елацкова. В состав приемной комиссии вошли: капитан 2 ранга М.Козлов, майор медицинской службы В.Симанков, преподаватель математики Куликов, преподаватель русского языка и литературы Бочарова, представитель Городского отдела народного образования по проверке знаний Конституции СССР - Красавина и представитель Управления Кадров вольнонаемного состава инженер-майор Васильев. Приказом № 131 от 11 февраля 1947 года комиссия должна была закончить работу к 28 февраля. По завершению работы предусматривалось произвести строевой расчет, распределить курсантов по взводам и отделениям и поставить на котловое довольствие.
Кандидатов в курсанты прибыло много. Это были молодые люди из Ленинграда, Кронштадта, Московской области, Севастополя. Из Ораниенбаума заявления подали: Масягин Ю.А., Вачунин В.И., Петров Е.П., Иванов П.С., Мазепа И.Е. Среди курсантов первого набора преобладали демобилизованные участники Великой Отечественной войны (Андреев, Бибиков, Вицко, Волынец, Кособрюхов, Кукушкин, Сальников, Рагушенский и др.) Многие абитуриенты имели по нескольку боевых орденов. По результатам работы мандатной комиссии сформировали две учебные роты. Первая рота Судоводительского отдела состояла из двух взводов (групп) в количестве 46 человек. Вторая рота Судомеханического отделения состояла из взвода курсантов паросиловиков и взвода будущих специалистов по двигателям внутреннего сгорания. Подготовительная группа стала пятой по счету. Общее число судомехаников составило 47 человек. Командиром первой роты временно назначили начальника плавсредств мичмана Рябова, а второй роты - начальника Судомеханического отдела инженер-майора З. Фридлянского. Помощников командиров взводов нашли из числа курсантов, прошедших военную службу. Курсанты того времени не были похожи на нынешнее поколение. Это были взрослые люди, которые знали войну не понаслышке. В Мореходку пришли юноши, которые прошли артобстрел, бомбежку и голод. Виктор Волынец 1922 года рождения был самым старшим по возрасту в группе. Старшина роты Андреев имел звание младшего лейтенанта. Во время войны он командовал самоходным орудием и был награжден тремя орденами Красной Звезды. Рассматривая старые фотографии, можно увидеть лица Авербуха, Базияна, Бродского, Гомана, Гмызова, Гусакова, Гулюкина, Дараган, Деревянко, Дробышевского и других молодых людей, которые решили связать свою судьбу с морем.
Образовавшийся недобор в количестве 21 кандидата решили прикрыть подготовительной группой, которая предусматривалась приказом ГК ВМС № 23 от 7 апреля 1946 года. Кандидаты в курсанты имели образование 7, 8 и 9 классов. За время войны молодые люди забыли то, чему их учили в школе. Начальник учебного отдела А.Елацков считал, что с такими знаниями нельзя допускать кандидатов к изучению специальных дисциплин. Подготовительная группа была сформирована 18 апреля 1947 года. По учебному плану курсанты группы изучали математику, русский язык и литературу, Конституцию СССР, физику, химию и английский язык. К занятиям были привлечены учителя средней школы, которых нашли в Ораниенбауме: В.А Бренев. – физика; М.К. Дьяконов и В.П Карпова – история СССР; Пекарская – математика.
Кроме общеобразовательных дисциплин, будущим курсантам следовало пройти общевойсковую подготовку, изучить Уставы, привить навыки морской практики. После завершения учебы в подготовительной группе предполагалось провести экзамены и зачислить кандидатов курсантами училища. Задачи морской практики решал цикл ВМП. Подполковник Г.Панго и капитан-лейтенант Д.Муленко занимались с курсантами навигацией, изучением устройства шлюпки, учили вязать морские узлы и т.п.. Строевые занятия проводили командиры рот. Они же преподавали общевоинские Уставы и оружие.
Муленко Дмитрий Федорович зачислен на должность преподавателя военно-морского дела 15 марта 1947 года на основании приказа ГК ВМС № 01553 от 31.12.1946 г. Он поступил на службу в РКККФ в 1933 году. Окончив Военно-морское артиллерийское училище имени ЛКСМУ, Дмитрий Федорович направился на Дальний Восток, где был назначен на должность командира береговой батареи. В 1938 году ему присвоили звание лейтенант и направили на монитор «Свердлов». Войну Дмитрий Федорович встретил на канонерской лодке Амурской флотилии. Рисовать он начал с детства. Сначала были простые зарисовки природы, людей, животных. Потом в альбоме появились люди, артиллерийские батареи и фрагменты эпизодов с Корейской войны, о которой мы ничего не знали. В ЛМУ Муленко прибыл с должности начальника отдела боевой подготовки «Главамуррыбпрома. Дмитрий Федорович служил преподавателем цикла ВМП, начальником учебно-лабораторного отдела, старшим офицером строевого отдела. Награжден медалью «За боевые заслуги», орден «Красной Звезды» и «Боевого Красного Знамени После ухода в запас, Дмитрий Федорович длительное время остался в училище и работал в должности лаборанта Судоводительского отдела. фото


25 апреля 1947 года приказом начальника училища № 137 впервые был объявлен суточный наряд внутренней службы. Дежурным по училищу назначался офицер. В состав наряда входили: рассыльный, рабочие по камбузу, дежурные и дневальные по ротам. На разводе дежурный по училищу проверял знания обязанностей согласно инструкции. Назначение суточного наряда позволило повысить уровень организации управления учебным заведением. В конце Еленинской улицы рядом с парком был построен деревянный дом, в котором поселился офицерский состав училища вместе с семьями. В настоящее время этот дом снесен как непригодный для проживания.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Подходящего помещения для размещения курсантов еще не было. Рагушенский распорядился временно поселить часть курсантов Судоводительского отдела на транспорте «Тиина». Другим курсантам отвели подвальное помещении арендованного дома в Ораниенбауме и на втором этаже полуразрушенного здания в поселке Мартышкино. Этот дом передали училищу для капитального восстановления под жилые квартиры офицерскому и преподавательскому составу. В июле месяце начальник Училища связи ВМС генерал-майор Зернов М.А. передал капитану 1 ранга Рагушенскому Е.Ф. двухэтажное здание по проспекту Володарского (ул. Еленинская дом 1) под казарму. Училище связи перебазировалось в Петергоф и больше в нем не нуждалось. Евгений Федорович распорядился срочно начать ремонт, планируя к осени переместить всех курсантов в нормальное помещение.
Здание хорошо сохранилось, хотя требовало ремонта. Печное отопление никого не смущало, хотя и требовало заготовки дров, что накладывало дополнительные обязанности на дежурную службу.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Марк Федорович Козлов скучал по политической работе. Партийная организация, состояла из числа 29 членов ВКП(б) и трех кандидатов. Собрания проводились ежемесячно. Повестка дня определялась решениями ЦК ВКП(б). Однако, судя по протоколам, партийные собрания больше напоминали производственные совещания, на которых обсуждались вопросы строительства учебных корпусов училища и сбережения государственной собственности. Козлов часто повторял слова И.В.Сталина: «… Чтобы привести технику в движение и использовать ее до дна, нужны люди, овладевшие техникой, нужны кадры, способные осваивать эту технику по всем правилам искусства …». Должность секретаря партийной организации считалась выборной. Политический отдел Тыла КБФ решил прислать на эту должность своего человека. Им оказался гвардии капитан Н.С.Яковлев. Фактически он стал заместителем Козлова.
После завершения набора курсантов комсомольцы заявили о своем праве образовать свою организацию. На первом собрании комсомольцы выбрали бюро. На учете стояло 143 члена ВЛКСМ. Наличие партийной и комсомольской организаций позволило, насколько было возможно, укрепить дисциплину, обратить внимание на успеваемость и направить энергию молодежи на решение задач, которые ставила партия, правительство и командование училищем.
В мае 1947 года курсантский состав училища был переведен с транспорта «Тиина» и из подвального помещения в летний лагерь в поселке Мартышкино. В летнем лагере жили в палатках. Для курсантов была установлена жесткая воинская дисциплина. Подъем в 7.00, физзарядка, завтрак и 6 часов занятий. После обеда и короткого отдыха курсанты направлялись на хозяйственные работы и восстановление учебного корпуса №1.
Трехэтажное здание было построено в 1939 году. Оно пострадало во время войны и требовало капитального ремонта. Помощь, которую оказывали курсанты военным строителям, давала положительные результаты. К сентябрю 1947 года были восстановлены перекрытия, сделан потолок и возведена крыша. На третьем этаже приступили к отделочным работам, которые были завершены к началу следующего учебного года. В здании предполагалось оборудовать классные помещения и библиотеку. Отделочные работы на первых двух этажах еще продолжались.
27 мая состоялся прием торжественно-клятвенного обязательства 1-й и 2-й рот курсантов. Мероприятие прошло в торжественной обстановке. Инженер-капитан 1 ранга Рагушенский, прозванный курсантами «Батя», поздравил курсантов с вступлением в ряды вспомогательного флота ВМС, пожелал успехов в учебе, отметил успевающих и по-отечески пожурил отстающих.
В июне и июле продолжались учебные занятия на первом курсе. Одновременно проходила шлюпочная практика. Подготовительная группа занималась заготовкой дров на зиму и покосом травы. За отличную заготовку дров 10 курсантов были премированы по 20 рублей каждый. Курсанты первого курса после занятий направлялись на строительные работы. В августе 1947 года в Мореходном училище была проведена первая экзаменационная сессия. Одновременно со сдачей экзаменов прошел второй набор курсантов. Несмотря на требование начальника Управления Труда и Кадров довести численность обучаемых до 300 человек, во втором наборе зачислили только 125 курсантов. При этом общее количество обучаемых составила 229 человек.
К сентябрю 1947 года ремонт казармы был закончен. В нее вселили курсантов.
К этому времени был введен в строй третий этаж учебного корпуса № 1. Курсанты первого набора проживали в части здания прилегающего к Базовому клубу, обращенного окнами к берегу Нижнего пруда. На первом этаже размещался клуб с кинобудкой и радиоузлом, медсанчасть. На втором этаже оборудовали кубрики с двухъярусными железными кроватями и склад вещевого имущества. Жилое помещение курсанты прозвали «Балтийским вокзалом». Сравнение вызывали воспоминания о зале ожидания, где негде было сесть.
31 октября 1947 года Военно-морской министр и министр Высшего и среднего специального образования утвердили Устав Мореходного училища ВМС. Появление Устава позволило узаконить статус Мореходного училища, как полноправного учебного заведения. Училищу был отведен участок земли вдоль улицы Красного Флота. На территории площадью 4,1 гектара предполагалось построить здания и сооружения для обеспечения работы закрытого учебного заведения. Юридически территория была закреплена за училищем решением Ломоносовского горсовета № 25 от 30 января 1975 года. В дальнейшем право на площадь было узаконено много позже приказом командира Лен.ВМБ № 28 только в ноябре 1988 года.
Блог Ровбут Михаила Олеговича - от юнги к судоводителю - продолжение
Это искусство в будущем еще спасет жизнь его семье. Но в те дни результат стал таким удручающим, что пострадавшие курсы и студенты стали устраивать на Олега засады на танцплощадках, в парках и в самом Ленинграде. В Ленинграде жил двоюродный брат, блокадник и фронтовой разведчик, и Олег его часто навещал. Жаль, что он не знал тогда о проживании его близких родственников не только в Ленинграде, но и в … самом Ораниенбауме! Не раз Дик уходил по крышам из города. Мореходка любила Олега и, понимая, что однажды это плохо кончится, большая группа курсантов устроила в Верхнем парке засаду на, жаждущих вендетты, ленинградцев. Все хорошо спланировали, а желанной приманкой стал сам Дикуша. Заманили несчастных в какое-то заброшенное здание в парке и, когда те зашли внутрь, ломоносовцы закрыли двери снаружи. В здании скрывалось до сотни курсантов – на долгую память ленинградцев жестоко выдрали ремнями с бляхами, а Олег дал слово прекратить свою подработку.
Многие годы исторических и социо-психологических исследований рода Олега объяснили все странности его поведения - он оказался генетическим «Отпорщиком», и участие в драках не могло быть и не было характерной, доминантной, чертой его поведения. Может быть, его привлекали такая специфическая «Слава» и «Уважение»? Именно участие исключительно в массовых потасовках дает ключ к пониманию парадокса - Олег был далеким , но очень близким психофизически, потомком Бутадов и как и его предки «нобили», являлся Лидером по ВРОЖДЕННОМУ ПРАВУ и был ОБЯЗАН за предоставленный ему собратьями «высокий общественный статус», за Первенство, ИДТИ ПЕРВЫМ и ПЕРВЫМ ПРОЛИВАТЬ СВОЮ КРОВЬЮ ЗА ВСЕХ, таково ПРАВО и ОБЯЗАННОСТЬ настоящего НОБИЛЯ-ЛИДЕРА.
Изумительные конспекты Дикуши по такелажу, парусному делу, по парусникам получили объяснение не так давно. В ЛМУ долгое время была своя баркентина, на которой курсанты ходили по Балтике со стоянками в Таллинне. У ЛМУ не было сухих доков на зиму и через годы баркентина неизбежно вышла из строя.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Шхуна «ЧАЙКА», учебное судно ЛМУ ВМФ
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Курсанты ЛМУ ВМФ в Кадриорге Таллин, Певческое поле, курсанты- судоводы. ЛМУ ВМФ, 1964

Стажировался Дикуша как круглый отличник всегда в Одессе и Севастополе, в портах Кавказа Поти, Батуми.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Практика на знаменитом буксировочном ледоколе «Волынце» в Кронштадте
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

3-й курс Отъезд на практику – где-то на полустанке
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Коля Андреев стажируется в Мурманске на танкере «Стрельна»
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Практика на «Тюлене» в Таллинне, УВСГ. Флаг закрыл корпус Олега
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Да! Восемь неплохих молодых мужчин стоит на пляже Одессы, и лишь один соответствует «золотому сечению». Хоть сейчас, одевай доспехи и в строй декурионом, рыцарем.
Хранившиеся когда-то фотографии Олега на практике демонстрировали крепких и веселых, дочерна загорелых молодых мужчин на буксирах и на берегу. На одной из не уцелевших фотографий выпускного курса четверо курсантов стояли цепочкой, широко расставив ноги, в закатанных наподобие плавок просторных «штатных труселях , взявшись за руки - в центре Дик. Поверьте, это было достойное зрелище. Мощные ноги Дика, могучий торс с клином широких мышц спины – сегодня так выглядят культуристы, но - то был совершенно натуральный молодой мужчина.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Дик в порту с курсантами разных училищ – выпускной курс
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Одесса пятидесятых

С бандитской Одессой у Дика была связана последняя батальная история. На танцплощадке у моря Дик безбоязненно флиртовал с лучшей барышней, не замечая, как вокруг него стягиваются странные и мутные личности – девочка то «принадлежала» какому-то авторитетному блатному. Дика тихо оттеснили и вывели к обрыву у моря. Друзья-курсанты на тот момент еще ничего не поняли и не заметили. «Урка», играя перышком перед товарищами, не оставлял Дику другой альтернативы как прыгнуть вниз с приличной высоты на камни, что последнего как-то не устраивало . Улучшив момент, Дик прилично врезал урке по физиономии и тот, уронив нож, схватил огромный камень и в ярости кинулся на Дика…, еще незная, что имеет дело с профи. Старый как жизнь борцовский прием привел к тому, что отморозок, перелетев свою жертву, серьезно разбил лицо о свой же камень. Остальные бандючата опешили, и тут подоспели курсанты. Особенно отличились лихие кочегары - у кочегаров, пардон – специалистов по паросиловым установкам, слабаки редко встречались. У некоторых даже были на ремнях ненормативные небольшие молоточки с цепочкой, как палаши у курсантов высших мореходок …
Через некоторое время курсанты и Дик посетили еще раз ту танцплощадку и были удивлены с каким подобострастием те местные хулиганы и их лидер-урка, со свежим шрамом через лицо, к ним отнеслись – «неодолимую силу», Рабуту или Ровбуть, они особенно уважают.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Ботанический сад в Батуми

В Поти у курсантов была популярной шутка над эмоциональными местными обывателями - их легко доводили до каления одним и тем же вопросом …: « Как проехать в ботанический сад Очамчира?» Абхазы тряслись от злости и орали: « В Очамчира нет! Ботанического сада! Сад в Батуми!!!!» Видно их доставали этим вопросом постоянно русские ребята. Все курсанты ржали и убегали.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Два друга с погонялами «Дикуша» и «Пашка»
Его породистый нос был неудобным подарком родителей в драках и на ринге. Дикуша, подсмотрев у друга-йога индийский метод, чайничком с соленой водой и специальным жгутом долго тренировал сосуды носа не кровить.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Жалко, но я не знаю, кто был этот импозантный «Паша». «Пашка» его прозвище.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Шутливое пожелание Саши «наивному другу» за «ангельское поведение» вызовет улыбку, а зря. Дик никогда «не крутил» с девчонками амуры – он либо любил людей либо нет. Все было по-серьезному. Но «наивность» в интимных-амурных делах родовая особенность Ровбутов. Еще в 19 веке один этнолог отмечал, что характерной особенностью жителей района Лиды-Гродно, как минимум, является редкое для тех времен очень уважительное и щепетильное отношение к женщинам. У тех людей почиталось дурным тоном обижать женщин и жен и, «упаси бог», бить жен. Дикуша женился и прожил всю жизнь с одной женщиной.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Ромбик - примерно 1955 год 197-е?
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Примерно так выглядел диплом ЛМУ ВМС у Дика, как у его, похожего пристрастием к боксу, коллеги - Романова Бориса Степановича окончившего училище на 2 года позднее. Странно, что в 1955 г. Романов получил в ЛМУ ВМФ специальность «техник-судоводитель». ЛМУ ВМС в 1953 году не было уже равноценно ЛМУ ВМФ в 1955?
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Дик, судя по нашивке на рукаве и нештатному свитеру под форменкой, старшина
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Дикуша-«здоровый малыш» рядом с Темирбулатовым-«малышом» справа внизу – 4-й курс
На всех групповых фотографиях Олега кто-нибудь обнимает, к нему жмутся поближе ребята подвое и потрое – вы заметили? Дика не просто любили и уважали – было за что – с ним себя чувствовали «надежнее и защищеннее», с ним было светлее и радостнее.

В 1956 давали дипломы всего лишь «техников-судоводителей». Хотя Олег в 1953 году получил в ЛМУ ВМС подтвержденное звание «штурмана дальнего плавания», а непосредственно в Клайпеде ему выдали на основании экзаменационного аттестата диплом ШТД.

Знак штурман-девиатор первое время выдавали штурманам дальнего плавания

Приказ НКПС СССР № 6619 от 18.02.1925 года.
..................................................................
"пункт3: капитану дальнего плавания морского торгового флота присваивается нагрудный знак с золотым секстаном
"пунтк 4: судовому механику 1 разряда морского торгового флота присваивается нагрудный знак с золотым трехлопастным винтом"
"пункт5: Штурману дальнего плавания морского торгового флота присваивается нагрудный знак с картушкой компаса"

И им еще предстояло позднее получить полноценный диплом «капитана дальнего плавания» с вот таким значком, после подтверждения наплаванного ценза КПД.

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Но предварительно еще получали диплом «штурмана дальнего плавания». У Олега был такой Клайпедский с № 3246 от 03 05 1960 г..
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Кокарда выпускного курса Ломоносовского мореходного училища
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Кокарда командного состава Вспомогательного Флота и рядового состава

Из ЛМУ ВМФ Олег как лучший попал в Таллинн, в Управление ВСГ. Но об этом вы можете узнать из блога на сайте ООкеан-Эстрыбпром http://ookean-estrybprom.7v8.ru/blogs/primer-bloga-admina/vse-vozvraschaetsja-na-krugi-svoja.html
Блог Ровбут Михаила Олеговича - от юнги к судоводителю
Памяти Олега Михайловича Ровбут
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.
«…а Буты, кажуть, то есть Адам и род его весь.
А вер въ Индеи всех 80 и 4 веры, а все верують в Бута.»

А. Никитин, Тверь
В начале 50-х годов прошлого уже века 11 курсантов-штурманов, воспитанников Ломоносовского мореходного училища ВМС, в разное время попали по направлению в город Таллинн. Среди них был и начинающий техник-судоводитель - так раньше называли эту специальность - Ровбут Олег Михайлович, родом из города Калинина-Твери, рожденный почти в день Ярилы, Солнцестояния, 1930 года. Интересно что его будущий сын родится почти в день Равноденствия.

Александра Ивановна и Михаил Теодорович Ровбут 1941 г.
Этому локальному событию предшествовала череда других, выстроившихся в индивидуальную судьбу Олега, заслуженно получившего в мореходном училище странно ласковое прозвище для «Ярилиного человека», «Дикуша». Ласковое звучание оно приобретало от именит капитана Дика Сенда, любимого литературного персонажа Олега, а элемент урожденной «ярости» привносил сам Олег – очень жестко разбиравшийся с наглецами и агрессивными людьми, что не мешало ему, быть всю жизнь заботливым и верным другом, ярым рыболовом и грибником – ярым без остатка он был и в труде, как его далекий предок Бус, «Ярый вояка». «Ярым» был и его более близкий предок Рамбольт Валимунтович, «маршалок земельный» - премьер министр Великого княжества Литовского, дядька князя Витовта. Олег в жизни ничего не делал на 50% или 99% - только на 110% и отличного качества, получая удовольствие от своих возможностей.
Да и что изысканного было можно требовать от «детей войны». Честно говоря, и мирная то жизнь в 30-40 годах у жителей Твери была «спартанской». Семья из четырех человек Ровбут Михаила Теодоровича жила в скромной комнатке флигеля на втором этаже дома на Ново-Бежецкой улице, напротив многострадальной церкви Никитиы Мученика. Убогий туалет как памятник красовался посреди внутреннего двора дома, имелась одна общая крошечная кухонка на всех жильцов, персональные керосинки располагались за дверью комнат в коридоре. Из имущества имелся старинны шкаф, классический кожаный диван с высоченной спинкой-полочкой и обязательными слониками на ней, обеденный стол с четырьмя стульями, тумбочка и письменный стол – по тем временам достаточно не плохо. Места для перемещения детей по квартире оставалось немного.

Олег со старшей сестрой Леной
Родители уходили на работу в 5 часов утра, экономя на трамвайных билетах, как делали многие в рабочих семьях. В эту рань масса народа в любое время года дружно шла от Пожарки через Затверецкий мост под вой заводских сирен, будивших редких сонь и строго предупреждавших всех о наступлении рабочего дня. Позднее Михаил Тодорович удачно устроился работать главбухом во 2-й роддом, который располагался рядом с его домом метрах в ста у реки Тверцы.
Жесткая жизнь создавала и «жестких» людей. Родная сестренка в 3 года чуть не зарезала маленького братика Алю портняжными ножницами в колыбели из ревности – мать перехватила занесенную над сыном руку дочки с орудием убийства в последний миг.
Олег вспоминал как дядьки Егоровы – молодые тогда ребята – научили его, малыша 4-5 лет, за 5 копеек (это были большие деньги!) плавать. Просто дядя Женя или Женька под смех и прибаутки взял ребенка за уши, а они стояли на мостике над рекой, и, переместив дитя за парапет мостика, бросил вниз. Надо думать, Женя контролировал ситуацию, но помощь не понадобилась – ошалевший от неожиданности малыш, забарабанил руками и ногами по воде и … поплыл! Удивительно, но малыш не оказался напуган – именно тогда выяснилось далеко идущее отсутствие у него «трусливой моргалки». С тех пор Олег плавал любым стилем отлично – от кроля, браса до «дельфина».
Жесткость может и должна иногда переходить в жестокость, чтобы народу не говорили лживые либерал-демократы о нормах общественного общежития, стоящие сегодня у Власти. Сами они не часто выполняют собственные «гуманистические» рекомендации, когда это касается отношений к нам, простолюдинам. У меня большие сомнения, что СССР могло вообще состояться как государство рабочих и крестьян или победить в Великой Отечественной войне без жесткости и жестокости. Отец Олега в 15 лет столкнулся с ужасами Первой Мировой войны и бежал из Литвы в Россию, по горьким обстоятельствам оставив родителей; участвовал с друзьями-соотечественниками в революционных событиях 1917-1918 годов, прошел Гражданскую войну до Дальнего Востока как и многие его друзья в Твери. У выживших мужчин-воинов излишняя сентиментальность не наблюдалась, как ее не встретишь и у наших современников – бойцов, прошедших Афганистан, Чечню и другие кровавые события прошлого века. Какие у них могли вырасти дети, и какие дети были нужны Государству рабочих и крестьян, когда и «если завтра война» звучало повсюду?
Так, оба дяди Егоровы – Женя и Яков - являлись в молодости «королями города». Вряд ли кто знает в наше время такое социальное «молодежное» понятие. Оно ушло в прошлое, тогда как уголовное «вор в законе» или «пахан» твердо сидит в памяти людей. «Королей» негласно короновала «улица» за необъяснимое обаяние в коллективах молодежи, за способность правильно и справедливо разруливать конфликты среди ребят, за непревзойденную лихость в уличных драках с «чужими» – нередко, одновременно это были действительно физически красивые люди, на которых засматривались лучшие девушки, лишь подтверждая таким образом их исключительность среди сверстников.
В уже более мягкой форме взрослые мужчины на улицах и районах также имели своих лидеров, вокруг которых группировались и которым следовали. Таким был и отец Олега - в 1941 году в первые дни войны многие его друзья ушли незадумываясь за ним добровольцами на фронт, хотя возраст у них и военный статус был на тот момент непризывной.
«Короли» являлись чрезвычайно интересным и незаслуженно неизученным психологами и социологами пережитком древности в социуме – так формировались в древности духовно и поведенчески реальные прообразы Ясона и Тесея, Геракла и Ери-Бута, на этом глобальном архетипе самовоспитались Степан Разин и Емельян Пугачев. Большинство Запорожских атаманов, например, Бут-Павлюк. Реально же предыстория «королей» начинается еще со времен формирования общественного института древнейших родовых «нобилей». Не надо путать только «королей» с «уголовниками» - это как путать «нобилей» с «дворянами».
Не случайно оба брата Егоровы пережили Вторую мировую войну и победили. Женя Егоров к 1941 году стал пограничником, инструктором по рукопашному бою ( асс по применению в рукопашке … саперной лопатки), и не раз это искусство в 40-х годах ему спасало жизнь, воевал и был ранен. Умер Евгений на стадионе во время футбольного матча – говорили, что из-за последствий ранения.
Яков Егоров воевал танкистом на Курской дуге и горел в танке, раненый, спасая товарищей, попал в плен, дважды бежал неудачно из концлагеря и на третий удачно добрался до югославских партизан. После разгрома Тито Яков совершил переход через пол Европы домой и…застрял в Польше на мызе у молодой немки, которая нашла его спящим на сеновале. Яков был красавец, а муж немки, офицер-эсесовец, погиб в России. Яша сколотил группу и творил диверсии в Польше до конца войны, прикрываясь немецким происхождением своей подруги.
Он настолько хорошо овладел немецким языком, что Олег описывал такой случай. После войны пленные немцы восстанавливали в Твери разрушенные дома. Однажды летом Олег с дядьками отдыхал на реке Тверце, купались, и тут привели группу пленных освежиться. Немцы уже освоились в городе, вели себя непринужденно и, как оказалось, что-то нелицеприятное говорили о русских, полагая, что никто не понимает их беглую речь. Это услышал Яков. Он подошел к ним и командным, свирепым голосом что-то произнес, поднял их во фрунт и на глазах опешившей охраны заставлял ползать, ходить гуськом – в общем, устроил им экзекуцию!
Его подтвержденные очевидцами заслуги не позволили, осудить Якова по возвращении домой, как сдавшегося в плен, но на всякий случай его лишили на несколько лет права работать на большинстве государственных предприятий и избирательского права. И на этом спасибо – человек, о котором можно было великолепный боевик написать, работал в Калининском морге. Он особенно удачно собирал по частям разбившихся летчиков еще только создававшейся реактивной авиации СССР и как «новеньких» предоставлял благодарным родственникам. До восстановления в правах Яков не дожил – молодым он погиб под колесами машины т.к. однажды, уходя из морга, сильно злоупотребил спиртным после очередной сложной «восстановительной операции», да и без этого Яков тяжело переживал несправедливость в отношении себя, которую нередко глушил водочкой.
Вот такие люди воспитывали, оставшегося рано без отца, который пропал на войне без вести в 1943 году, Дикушу. К сожалению, остались только смутные обрывки воспоминаний» о временах жизни самого Олега до 1955 года, когда-то услышанных от него самого, от его родственников и друзей, по большей части, ушедших на сегодня в «мир иной.
В отсутствии отца, как и во многих других семьях, снабжение дома дровами лежало на единственном мужчине – на Олеге. 12-13 летние мальчики после первого ледохода начинали сезон ловли «топляка». Это было серьезное действо! На берегу Тверцы выстраивались мальчишки с веревками и крючьями, завидев топляк, они наперегонки плыли к бревнам. Здесь в холодной воде было не до сантиментов – школа выживания! Еще жестче происходила добыча … соли.
О-о-о, это достойно воспоминания! Соль привезли в вагонах военные, но сгрузили ее на открытой площадке, образовав гору. Первый же, как всегда нежданный, дождь превратил крупную соль в камень. Военные не придумали ничего лучше как до принятия решения огородить соль забором с вышками и вооруженной охраной в лице малообразованных казахов. Но такое общественное богатство не могло остаться без внимания остро нуждающегося народа. Ребята повзрослей после нескольких неудачных и кровавых попыток кражи соли, сопровождавшихся стрельбой и отпусками для караульных, приладили было к этому … пацанов. Но казахам было все равно в кого стрелять – отпуск домой и в Африке «отпуск домой», а кяфиры все на одно лицо. Олег в то время уже плавил тротил из снарядов - я еще об этом расскажу – и решил вопрос координально!
В один из пасмурных и дождливых дней, когда охрана была не очень внимательна, он пробрался внутрь охраняемого периметра, заложил приличное количество тротила и рванул ту гору! Эффект был непередаваемый. Соль разлетелась на сотни метров. Пока перепуганная казахская охрана, забыв о винтовках, в ужасе металась, не зная куда спрятаться и что делать, «детвора» набрала соли на годы вперед.
В училище Олег попал из школы юнг, куда, в свою очередь, был направлен по рекомендации некоего заинтересованного и высокопоставленного военного, пожелавшего побыстрее сплавить опасного свидетеля и соучастника совсем не детских проказ своего отпрыска с наворованным его папой трофейным имуществом. Эта история стоит подробного упоминания т.к. позволяет понять многое из того, что и после происходило в жизни Олега.
Город Калинин был в оккупации только три месяца, но не избежал разрушений и упадка военных лет. Отцы детей, в основном, были на фронтах, с работой и продуктами были очень плохо, дрова и соль были страшно дороги. Женщины, которые не вывозили зимой телегами горы замерзших трупов, заменяли мужчин на предприятиях и фабриках, а пацаны были предоставлены сами себе и некоторые, как могли, поддерживали семьи. Олег – ему было почти 12 лет - с первых же недель освобождения Калинина занялся по окраинам и пригородам, по лесам, сбором оружия и боеприпасов, которые сдавал трофейным командам за жалкие пайки хлеба, за водку для взрослых, за мыло. Риск нарваться на мину, бандитов или дезертиров был очень велик, поэтому он собрал «бригаду» и вооружил ее. Оружие прятали в лесу, завернув в промасленные тряпки – благо машинного масла из подбитых танков и бронемашин, откатчиков пушек, хватало. В телогрейках не по росту, со «шмайсерами» на груди и «вальтерами» в карманах, с кинжалами SS в сапогах – след на икре ноги от которого остался у Олега на всю жизнь – странные фигурки шастали по заброшенным окопам, блиндажам и подбитой технике. Даже трофейные команды не рискнули бы «наехать» на опасных юнцов.
В школах на переменах, на заднем дворе, шли торги ручным оружием и обмен редкими находками. Олега в школе уважали как «отличника», правильного пацана, и не обижали даже словом старшеклассники – один как-то попробовал и получил молниеносный удар первым, что подвернулось Олегу под руку – карандашом. Бедолага потерял глазной зуб и заработал сквозные дырки в обеих щеках.
В летнее время ребята собирали дары леса и охотились – как помните, оружия было вдосталь. Взрослые стали практиковать глушение рыбы динамитом, который оказался дефицитным товаром, и Олег со старшими парнями успешно плавил тротил из снарядов, пока однажды его взрослый компаньон по технической необразованности не подорвался на лиддите – слава богу, Олега не было рядом в тот день. В отличии от тола, который плавится при нагревании, лиддит взрывается. Несчастный пиротехник просто паял соседке кастрюлю и не надолго положил паяльник на какую-то большую банку, добытую в заброшенном блиндаже – надпись прочитать он не сумел. Безусловно, все рассказанное лишь малая часть двусмысленных историй об Олеге, которые вызывают одновременно и сочувствие и недовольство, улыбку и оторопь.
К чему это я?! Постоянный голод, недоедание, в купе с бесконтрольностью толкали ребят на самые рискованные шаги. В классе Олега появился робкий, интеллигентный мальчик с фальшивой фамилией, которого Олег взял под свое покровительство. Мальчик поселился в Калинине в большом частном доме с адъютантом папы и домработницей. Скоро комнаты этого дома стали заполняться антикварной мебелью, коврами, посудой, картинами и книгами, а пристройки странными контейнерами. Там Олег прочитал немало интересных книг.
К ак-то, Олег убедил друга, открыть один из контейнеров … Он оказалось заполнен … «фильдеперсовыми» дамскими чулками! Это же был клад! В городе не было молодки и женщины, которая не отдала бы за пару чулок на черном рынке большие деньги … да и не только деньги отдали бы они.
Скоро у мальчишек в руках были пухлые пачки невиданных в военное время простыми гражданами денег. Ребята растут, матереют, а есть то по-прежнему хочется и уже чего-то вкусненького бы! Так в закрытом кафе, где бывали лишь большие персоны «при деньгах», по наводке друга Олега, как-то появились двое мальчиков с надменным видом потребовавших у официантки «горку» с десятком шариков мороженого, пирожных и газировки в стеклянных графинах, затянутых в латунную сетку, с сиропом несколько сортов. В очередной раз, когда эта парочка реально сорила деньгами, их забрал, вызванный кем-то, комендантский патруль. В комендатуре один из ребят назвал свою настоящую фамилию и, быстро примчавшийся, офицер НКВД положительно разрешил ситуацию. Приехал папа интеллигентного мальчика и, о чем-то подумав, сделал Олегу неплохое, по-сути, предложение, от которого все же было сложно отказаться. Так Олег попал в школу "юнгов", а затем в Ломоносовское мореходное училище. Олег попал в Выборгскую школу юнг – в ЛМУ первыми попали юнги Рижской, Тильзитской и Выборгской школ юнгов.
По данным книги "Выборг. Архитектурный путеводитель" (Петри Неувонен, Туула Пеюхья, Тапани Мустонен, "СН", 2008), четырехэтажное здание бывшей школы было построено в 1913 - 1914 г. военным инженером, полковником Глушковым для выборгской русской учительской семинарии, основанной в рамках программы русификации Финляндии, которая бы обеспечивала кадрами русскоязычные образовательные учреждения Великого княжества Финляндского. За процесс строительства отвечал мастер Каарло Массинен.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Здание военного госпиталя на Светогорском шоссе
В 1918 г. здесь разместилась учебная часть финских вооруженных сил, известная как военная школа Марковилла. Название школы пошло от строителя ближайшей виллы - Маркуса Вригта. В 1850-1870-х годах на этой не сохранившейся вилле жил художник Фёдор Толстой. После войны здесь открыли 561-й мореходную школу специалистов рядового плавсостава ВМФ (в народе - "школа юнг"). Начальником школы в 1951 году был морской подполковник Заболотский.
Учились в школе только юноши, приезжавшие из разных концов Советского Союза. Выпускников направляли на военный флот. Позже три школы юнг, образованные сразу после войны, объединили и перевели в Кронштадт. 30 апреля 1960 г. состоялся последний выпуск 561-й мореходной школы специалистов рядового плавсостава ВМФ.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Форма ученика школы юнг
Юнга 1953 года выпуска, Е. Алексеев, очень тепло вспоминает о школе: "Благо школа наша была в красивой лесной местности, за несколько верст от города. А место было изумительной красоты даже по понятиям Карельского перешейка. А здание школы до сих пор, когда смотрю на фото, вызывает восхищение и удивление. Великолепной архитектуры, красоты и целесообразности здание. На пригорке у подножия поросших сосновым лесом холмов. Отступив от заданной темы, скажу: по своему опыту, по запоздалому прозрению утверждаю - все лучшее в еще голодной и разоренной стране отдавалось детям! <...> В школе была довольно большая флотилия шлюпок и свой приличный катер. <...> И шлюпочные походы! Выборгский залив был создан Господом для этого: множество уютных островков с еще сохранившимися финскими садами и домиками, причалами и бухточками; они отлично создавали атмосферу дальних походов и удивительных приключений. Зимой нашим увлечением, нашей страстью были буера <...> Был у нас и свой духовой оркестр. Кстати, занимавший призовые места на городских конкурсах. Актовый зал был великолепен. Отменный паркет, высокие стрельчатые окна с воланами занавесей. Большая, хорошо оборудованная сцена, где блистали наши самодеятельные артисты (кстати, довольно неплохо игравшие). <...> Дедовщины у нас не было! И этот порядок был сохранён нами и в дальнейшем!".
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Школа юнг в Выборге – Ровбут Олег справа от нас. В центре парень из ЛМУ ВМФ.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Школа юнг в Выборге - 1948-49 годы (предоставлены Андреевым Николаем)

Если Соловецкие юнги имели право только на «бантик», то выборгским ленточки на бескозырки выдавались, но только после принятия присяги, таким образом, указывая на ответственности, которую брал на себя обучающийся. «Школа юнг ВМС» - было написано на ленточках золотом и без ошибок, как это случилось у соловецких юнг. Второкурсники переставали называть вновь прибывших ребят «албанцами» из-за бескозырок без ленточек, похожих на албанские шапки. С этого момента курсант считался полноправным слушателем, имел право ходить в город на увольнение!
В Выборгской школе проходили обучение на первом и втором курсах до двухсот курсантов. Здесь готовили в разное время машинистов, радистов, электриков, мотористов и кочегаров. Учились в школе только юноши.
Режим дня был напряженным: в 7.00 подъем, зарядка, в 8.00 завтрак, до обеда - теоретические занятия. После обеда - практика, с 16.00 самоподготовка, после ужина свободное время. В обиходе курсанта Ровбут впервые появились флотские словечки «окно-иллюминатор», «пол-палуба», «лестница-трап», «стена-переборка» и, конечно же, «гальюн» и «камбуз». В коридоре на первом этаже располагась «боевая» торпеда, в классах стояли макеты парусников и современных военных кораблей. На настоящей корабельной мачте развевались флаги флажного семафора ВМС и международного свода сигналов.
Среди предметов обучения были: политзанятия, военно-морская подготовка, электротехника, устройство корабля, черчение, основы судовождения, судовая гигиена. Корабельную практику юнги проходили даже в ЭПРОНЕ. Весьма неожиданным оказалось, что Выборгская школа юнг была в свое время засекреченным объектом и, похоже, что гриф секретности до сих пор не снят. По международной Женевской конвенции в рядах армии и флота могли служить с оружием в руках только с восемнадцати лет. В школу же набирали мальчишек в возрасте от 15 до 16 лет, поэтому она была строго засекречена. Лучшие юнги имели право продолжить обучение в средних и высших мореходных училищах. Без экзаменов их принимали в первые наборы ЛМУ ВМС.Олег поступил в ЛМУ ВМФ в 1949 году. Алепко Игорь Григорьевич, набора 1948 года в ЛМУ, помнит Олега
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Ровбут юнга со значком ГТО на груди перед поступлением в ЛМУ ВМФ
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Знак ГТО - «Готов к Труду и Обороне» - выдавали школьникам старше 16 лет и трудящимся, для младшего возраста существовал БГТО – «Будь Готов к Труду и Обороне». В 1948 году в СССР насчитывалось 139 коллективов физкультуры и 7,7 миллиона физкультурников. С 1931 по 1941 год количество человек, сдавших нормы комплекса ГТО II ступени, которая насчитывала в 1946 году 9 нормативов, составляло всего 100 000.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

В 1940 году в комплекс ГТО были введены такие виды испытаний, как переползание, скоростной пеший переход, метание связки гранат, лазание по канату, шесту и деревьям, переноска патронного ящика, преодоление полосы препятствий, а также различные виды единоборств. Позднее «Отличник ГТО» должен был иметь не менее двух разрядов в официальных видах спорта.
Отличник 2 ступени приравнивался к 3 ступени и не случайно Олег получил этот знак. Очевидно, не было в наличии знаков 3 ступени – 2 ступень предназначалась для юношей 13-15 лет, а 3 ступень для юношей 16-18 лет, каковым Олег и являлся.
ГТО 2-й ступени постановили изготовлять из томпака с посеребрением и позолотой. Расход драгоценных металлов в этом случае устанавливался из расчета не более 35 мг золота и 93 мг серебра на один значок. Эти изменения можно объяснить внешней угрозой государству.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

ЛМУ 1965 год 2013 год, наше время - маленькие деревца на переднем плане 1965 года стали солидными деревьями

Бескозырка курсанта Ломоносовского мореходного училища ВМФ
Уже потом курсантов перевели в общежитие, прозванное "Балтийский вокзал". Это дом №1 по Еленинской улице возле парка. Сегодня внутренняя планировка изменена. После постройки жилых корпусов на улице Красного флота "Балтийский вокзал" был оставлен курсантами.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

У меня не так много разнообразных фотографий тех лет с Диком, поэтому я покажу и 196-х годов.

Экзамены и сбор в актовом зале ЛМУ ВМФ 1964
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Занятия в ЛМУ ВМФ 1965-1968
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Знаменитая «самоподготовка» в ЛМУ ВМФ Вечером в кубрике
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

2-й курс. Пат и Паташён – «здоровый малыш» и «малыш» Леша Темирбулатов. Отец его опекал.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

3-й курс. Дикуша сверкает на фоне друзей улыбкой и иконостасом значков ГТО, а Леша избрал себе хоть и железного, но не удачного покровителя.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

2-й курс 3-й курс. Язва желудка измождила, высосала Олега
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

«Здоровый малыш» стал старшиной, поэтому в нестроевых шароварах и свитере – 4-й курс
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

4-й курс Ровбут справа в середине Темирбулатов Леша. Ломоносово
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

4-й курс. Олег никогда не курил
В ЛМУ Олег учился только «на отлично» как и Игорь Алепко. Им было легко учиться «на отлично». Не было в распоряжении курсантов телевизоров, компьютеров и других притягательных забав. До имевшихся в те стародавние времена праздных развлечений не позволяли дотянуться товарищи - старшины, мудрые педагоги и строгие командиры. После занятий на «сампо - самоподготовке» проводили почти все вечернее время. Учебников для курсантов не было в училище и на сампо, все сказанное и показанное на занятиях, переписывалось набело каллиграфическим подчерком без единой помарки, все рисунки напоминали профессиональную цветную картинку, а чертежи были идеально срисованы через кальку. За этим бдительно следили старшие и мягко стимулировали «нарядами вне очереди».
Жизнь курсантов была не сахар, голодноватая. И, как рассказывал Олег, кто-то даже у них за еду голый и, нарочно в тяжелых не по размеру ботинках-«гадах», чтобы медленнее бежал, прыгал со второго этажа во двор на доски и перебегал его днем …
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Это те самые "доски"

Учебный корпус № 3 был собран из деревянной казармы постройки 1939 года, перевезенной с территории дворца Меншикова. Корпус разобрали и перевезли на территорию училища, сделали фундамент и вновь собрали. В нем поместили управление училищем, службы обеспечения и классные помещения на оставшихся площадях. Корпус просуществовал более 50 лет. В 1991 году на основании акта технической комиссии здание было признано негодным к эксплуатации и списано с баланса училища.

У отличников хватало времени и сил на здоровый отдых. Олег успешно занимался в училище боксом и борьбой, футболом летом и «хоккеем с мячом» зимой (года до 64-го «хоккей команда» существовала в ЛМУ). Он был невысокого роста – 170-72 см – среднего по тем временам, но через пару лет стал атлетически сложен и развит из тощего задрипыша с язвой желудка и больной 12-перстной кишкой, благодаря училищу и его педагогам.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

«Здоровый малыш» при весе килограмм 60 легко поднимает около 80. Даже «труселя» не могут испортить атлетический вид Дика – крайний слева от нас
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Как в песне – «Это дело я люблю … это дело я могу ….» Но предпочитал уличные драки - там шире ассортимент приемов. Боролся он отлично и жестко – здоровых мужиков брал на болевые приемы одним моментом. Сам наблюдал.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Судя по позе противника, дела у парня плохи – идет «расстрел». Левая рука оппонента уже опущена, поза неустойчивая, и сейчас полетит «заключительный» жесткий удар справа в голову. Интересно, что Дик «убивал» в противнике сопротивление загодя только одним взглядом – взгляд был у него в таких случаях очень «нехороший». Лицо Олега превращалось в неподвижную маску, на которой живыми были только глаза, смотревшие, не моргая, пристально и цепко в глаза противнику точь в точь, как это делает лев, перед тем как разорвать жертву. И ты понимал, что перед тобой стоит «зверь», управляемый теперь лишь инстинктами, а я добавлю, что и до автоматизма заученными приемами боя. Большинство «людей», попавших под этот взгляд «хищника», сразу отводили глаза.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

ЛМУ ВМФ, курсанты 1964 года все еще любили хоккей с мячом
Но его прежняя жизнь «зубастого волчонка», где сила решала больше слова, а природные возможности подсказывали стандартные решения проблем и обретения авторитета, не сразу перестала напоминать о себе.
Безобидная и смешливая историйка о солидном старшине группы, который угрюмо просил курсантов – Кто-нибудь вытрет доску - или – Кто-нибудь помоет пол в классе – а затем получал от Дика в ответ – Вот ты и вымоешь и вытрешь – и тот, молча вытирал и мыл, достаточно демонстрирует какие «волчьи зубы» были у тех «мальчиков с бантиками». Многое решалось , в то числе и «мелочи», у курсантов силовыми методами. Не знаю байка ли … Был курсант – азиат, кажется - , который сливал в одну тарелку все три блюда за обедом ( компот на третье) и ел эту «мешанину». На вопросы отвечал, что в животе еда всеравно перемешается. Курсанты долго это терпели, но потом ему «объяснили» как себя вести в столовой более доходчиво … Другой курсант ел странно масло с хлебом – кусочек масла клал на край хлеба и, откусывая по чуть-чуть хлеб, сдвигал масло к краю. Остальные с голоду сжирали все сразу и со злостью следили за садистом … Неосторожный парень в конце-концов наказан за это …Правда, называть «маслом» тот кусочек можно условно – чаще это был «мургусалин», что-то среднее между «гуталином и солидолом».
Случались и печальные истории. Один курсант, который привлек внимание отца, стал отличным гимнастом, был прекрасно сложен, умница. Но купил в Питере на развале старинную книгу по –раджа йоге, увлекся, у него получалось … Но раджа-ойга больше психологический трактат, и парень … сошел с ума, пытаясь достичь описанных практик …
За Диком тянулись многие курсанты, не говоря уже о его друзьях-земляках, ушедших за ним в ЛМУ. Он был объектом подражания. Так, Леша Темирбулатов, чье тощенькое тело из-за голода военных лет так никогда и не налилось силой и мышцами, настырно через бесчисленные «фингалы» и разбитый нос пробивался на «профессиональный» ринг, стремясь доказать право, быть другом Дикуши. До 30 с лишним лет он забирал при встрече у Дикуши из рук сетки и сумки, тяжести, с безразличным тоном поясняя – Ноги качаю… Мощные ноги Дика, ноги гоплита с «пушечными ядрами» вместо икр, были предметом белой зависти Леши. Так и несумев, дотянуться до Дика в спорте и работе, взвалив на себя тяжесть не по силам, он однажды оставил Таллинн и уехал работать на суше.
Искусство «уличного бойца» и руководителя «бригады» в нем было неожиданно оценено в Ленинграде студентами враждующих ВУЗов и Профтехов. Не знаю, как о нем вообще узнали, но Олега стали нанимать за плату «ключевым бойцом» в плановых групповых драках. Его генетическая память и архетип даже в наше время, пусть и в урезанном виде, пригодились Дику. Для сравнения посмотрим, как историки интересно описывают бой в фаланге с «ключевым бойцом».
« Кто-то назвал имя ПОДЗЕМНОГО БОГА. А Тейя плюнул вниз и отвернулся. На рассвете все италийцы, кроме тяжелораненых, построили фалангу у выхода из ущелья. Эти никогда не ломали строя, не бежали с полей, бросив оружие. В дни неудач они умели отступить, отвечая ударом на удар. Они не подставляли победителю спину, поэтому уцелели до конца. Они не боялись обхода, их, как руки, прикрывали крутые скаты. Самоубийственно коннице нападать на фалангу настоящего войска. Ромеи тоже спешились. Будто зубья пилы, из обеих фаланг высовывались копья - сариссы. Еще можно было уловить, как в глубине фаланг задирались темные и светлые жала. Мгновение - и тяжелые дротики, подобно брошенным ветром острым перьям, взлетели над рядами. Кто бывает убит первым же ударом, кого напрасно уносит последний удар. Нет до них дела живым. Двадцать шагов между фалангами. С тяжелой сариссой, которая по его силе легка, как кинжал, Индульф выходит из строя. Шаг. Еще шаг. И еще. В щит втыкается дротик. Рука привычно ощущает толчок затупившегося острия в толстую кожу, которая проложена под щитом между петлями. Еще один дротик. И еще один шаг. Теперь! Индульф прыгает. Вместе с ним прыгают Голуб и Алфен, прикрывающие товарища с боков. Вместе с ним прыгают другие товарищи, которые закрывают Голуба и Алфена. Италийская фаланга выплескивает клин с быстротой языка хамелеона. Клин касается ромеев. Из-под щита Индульф выбрасывает сариссу быстрее, чем хамелеон мечет свой меткий язык. Отдергивает. Бьет еще. Бьет. Бье
ЛМУ ВМФ +1 4 комментария
Страницы: Первая Предыдущая 1 2 3