Лента блогов
Блог Ровбут Михаила ОлеговичаЛ О М О Н О С О В С К О Е Мореходное училище ВМФ 8 - Глава V. Развитие Вспомогательного флота и его участие в локальных конфликтах
Глава V. Развитие Вспомогательного флота и его участие в локальных конфликтах

Начальники ЛМУ ВМФ рассматривали подготовку специалистов для вспомогательного флота в комплексе с развитием боевых кораблей Военно-морского флота СССР. После Великой Отечественной войны в Советском Союзе были заложены и построены артиллерийские крейсера проекта 68 бис, эскадренные миноносцы, сторожевые корабли и подводные лодки. Стала создаваться мощная инфраструктура средств обеспечения ВМФ.
Вспомогательный флот послевоенного времени состоял из разнородных судов полученных по репарации немецкого флота и лендлизу со стороны Америки. Это были штабные корабли, гидрографические суда, плавучие базы, госпитальные суда, транспортные средства и т.п. Особое внимание уделялось строительству доков, плавучих кранов, морских буксиров и танкеров.

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Крейсер проекта 68 бис подходит к танкеру









Боевые корабли строились на верфях в Ленинграде, Николаеве и Северодвинске. Крейсеров планировалось построить 30 единиц, но построили только 14. Корабли обладали хорошей броневой защитой, и мощным, по тем временам, артиллерийским вооружением. 4 башни строенных 152 мм орудий (МК-5 бис), 6 сдвоенных артустановок калибром 100 мм (СМ-5-1 с), плюс зенитные автоматы калибра 37 мм были способны наносить удары по береговым объектам, и отражать атаки авиации. Однако ракетное оружие не заставило себя ждать. В 1960-м году был разработан проект 58, который предусматривал наличие четырех двухракетных пусковых установок П-35 и 1x 2 ПУ ЗУР «Волна» с боекомплектом 16 ракет. Промышленностью предлагалась серия из 10 единиц, но построили только 4 корабля. Проект 1123 предусматривал постройку вертолетонесущих кораблей, способных нести боевую службу на значительном удалении от береговых баз. Эскадренные миноносцы проекта 56 сменили устаревший проект 30 бис. Вслед за ними последовали эсминцы проекты 61 и 61-м. Советский Военно-морской флот готовился к выходу в мировой океан.
Одним из важнейших факторов, влияющих на эффективность боевых операций на море, стала авиация. Опыт битвы за Атлантику и действия американцев на Тихом океане ярко показали, что нельзя сосредотачивать большое количество боевых кораблей в одном месте. Действующие соединения надводных и подводных кораблей целесообразно держать рассредоточено в мало посещаемых бухтах, принимать меры охраны, противовоздушной обороны и маскировки. Места маневренных стоянок следует периодически менять, чтобы лучше обеспечить скрытность флота. Такая система потребовала значительного увеличения числа плавбаз, плавмастерских, танкеров и других судов вспомогательного флота.
Закупка и постройка кораблей снабжения, транспортных и грузовых судов осуществлялось через Министерство Морского флота СССР. Транспорт «Десна» проекта 563 дедвейтом 12 000 тонн был передан Черноморскому флоту. Дизельная установка мощностью 4000 л.с. позволяла развивать скорость 15 узлов. Автономность плавания такого судна составляла 18 000 миль. Транспорт использовался для перевозки военных грузов из Черного моря на Дальний Восток. Экипаж состоял из 46 человек. Начиная с 1952 года вспомогательный флот начал пополняться новыми судами. Танкер класса ДОРА, зарегистрирован под именем «Истра». Его водоизмещение составляло 980/1200 тонн, построен в 1943 году в Германии, захвачен Англией и передан СССР в счет репараций. Судно предназначено для перевозки бензина. Танкера класса НЕРЧА строились в Финляндии для СССР (1952-55). Водоизмещение 1080 т., дальность плавания 2000 миль, экипаж 25 человек. Три судна такого типа «Нара», «Нерча» и «Клязьма» появились в составе Балтийского, Северного и Черноморского флотов. Класс КОНДА – серия из четырех судов: «Конда», «Россошь», «Саяны», «Яхрома». Водоизмещение 1178/1980 тонн, дальность плавания 2200 миль, экипаж 36 человек. Эти суда имели ледовое подкрепление и могли ходить в районах Крайнего севера.
В Финляндии на верфи Раума-Репола Минморфлотом были заказаны транспорты и грузовые суда. Часть этих судов передали Военно-морскому флоту для обеспечения боевых кораблей. Серия портовых буксиров проекта 714 была небольшой. Их построили 16 единиц, из которых в состав Черноморского флота вошел только один МБ-524. Буксир имел солидное водоизмещение 2240/2600 тонн, одну дизельную установку и развивал скорость 15 узлов. Экипаж состоял из 43-х человек. Следующая серия проектов 1454 и 745 (мб) строилась в Ярославле и Октябрьском. Океанские буксиры были оборудованы системой пожаротушения и аппаратурой для выполнения водолазных работ.
Основными видами работ, выполняемыми судами и базовыми плавучими средствами Вспомогательного флота являются:
-подача всех видов материальных средств кораблям ВМФ при нахождении в море, на рейде, в гавани и пунктах рассредоточения;
-транспортировка морем топлива, воды, вооружения, боеприпасов, продовольствия;
-участие в аварийно-спасательных работах по оказанию помощи кораблям, судам и самолетам, терпящим бедствие;
-буксировка кораблей и несамоходных средств;
-прокладка подводных кабелей;
-обеспечение боевой подготовки и безопасной стоянки кораблей флота в зоне полигонов.
Использование судов Вспомогательного флота складывалось традиционно и зависело от мест базирования кораблей ВМФ. Управление Тылом определило: постоянное закрепление судов ВФ за боевыми соединениями.
1. Выполнение отдельных работ по размагничиванию и техническому обслуживанию кораблей.
2. Выделение транспортных судов на время решения боевых задач.
3. Сдача судов в аренду при длительных работах в интересах организаций и предприятий, не входящих в состав ВМФ.

С момента создания военного блока НАТО и блока стран Варшавского договора в 1949 году начался период «холодной войны», участниками которой стали США и Советский Союз. Появление ядерного оружия и ракетной техники, запуск первого искусственного спутника Земли оказали существенное влияние на стратегию и тактику ведения боевых операций на море. Стоянка боевых кораблей в местах базирования становилась потенциально опасной из-за возможности его уничтожения баллистическими ракетами с ядерными зарядами. Советский Союз был вынужден выводить боевые корабли в открытый океан для обеспечения собственной безопасности. Такая стратегия потребовала нового взгляда на Вспомогательный флот. Суда обеспечения стали строиться с учетом большой автономности плавания.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

В состав ВМФ вошли большие морские танкера типа «Борис Чиликин» проекта 1559. На эти суда стали приходить судоводители, судомеханики и радисты, подготовленные в ЛМУ ВМФ. В Венгрии (г.Будапешт на заводе им. .Георгиу Деж) строились военные транспорты для ВМФ и ММФ типа «Тиса». Эти суда были переоборудованы в ВТР и ходили под наименованием «Буревестник», «Ишим», «Лот» и т.д. Две дизельные энергетические установки обеспечивали скорость до 11 узлов и дальность плавания 3000 миль. СМТ «Олекма», «Иман», «Золотой Рог» были оборудованы системой передачи топлива на ходу. Их автономность плавания составляла 8000 миль, а экипаж – 40 человек.
Существенно расширялся класс кабельных, госпитальных судов, торпедоловов и кораблей мишеней. Одновременно совершенствовались проекты измерительных судов. 16 единиц проекта 1806 были построены в Зеленодольске. Они имели газотурбинную установку и развивали скорость до 20 узлов. На палубе была оборудована вертолетная площадка, гидроакустическая аппаратура и приборы для измерения физических полей. Суда размагничивания проекта 130 были заказаны в Польше, проект 220 в Финляндии, заказ на проект 1799 в Гороховце и Сретенске. В распоряжение командования военно-морских баз и военных судоремонтных предприятий находились большие плавучие и средние транспортные доки, учебно-тренировочные суда, морские транспортные суда снабжения.

В начале 60-х годов корабли ВМФ СССР стали периодически выходить в Средиземное море. Флот нес боевую службу. 5-я Средиземноморская эскадра кораблей ВМФ, а с октября 1989 года – 5-я ОПЭСК предназначалась для решения боевых задач на Средиземноморском театре. Основным боевым противником ВМФ СССР являлся 6-й оперативный флот США.
В марте 1963 года в Средиземном море началось боевое патрулировании американских атомных подводных лодок вооруженных баллистическими ракетами. Командование ВМФ пыталось решить задачи несения боевой службы в Средиземном море путем создания смешанных бригад из кораблей Северного и Балтийского флотов. ГК ВМФ С.Г.Горшков просил руководство ускорить решение вопроса о приобретении баз и создание пунктов обеспечения советских кораблей в Средиземном море. В результате переговоров с правительством Сирии было заключено соглашение об организации в Тартусе пункта материально-технического обеспечения. Командованию ЧФ была поставлена задача организовать снабжение кораблей и подводных лодок всеми видами тылового обеспечения. Из числа судов обеспечения ЧФ С этой целью создается группа судов в составе: танкер «Золотой рог», «Водолей-19», водолей «Сура», рефрижераторное судно «Сура», МБ-16 и плавмастерской-26. В военном порту Александрия на арендованном причале размещаются плавмастерская, водоналивная самоходная баржа, морской буксир и несамоходный плавсклад, с которого корабли ВМФ получают продовольствие, ГСМ, белье разового пользования, шкиперское имущество и регенерацию.
В 1969 году формируется 16-я бригада в составе трех дивизионов, насчитывающая в своем составе 72 вымпела.
Развивающийся Вспомогательный флот требует судоводителей, судомехаников, радиотехников и электромехаников, подготовку которых осуществляет Ломоносовское мореходное училище ВМФ.
Некоторые выпускники Судоводительского отделения уже достигли капитанского мостика. Большим морским танкером «Иван Бубнов» командовал Панов Константин Николаевич, танкером «Ахтуба» - Понимаренко А.Н.

Будни Радиотехнического цикла

К началу 1968/69 учебного года на РТЦ появился новый начальник Николай Александрович Трошанов и старший преподаватель Григорий Михайлович Семенюта. Афанасий Михайлович Терещенко сдал дела и обязанности начальника РТЦ, хотя и остался на учете в партийной организации училища. Вскоре он снова вернулся на цикл, но уже в качестве старшего преподавателя. Он фактически заложил основу подготовки радистов.
Г.М.Семенюта до ухода в запас был начальником связи полка. Опыта морских походов он не имел, но в вопросах радиосвязи разбирался прекрасно. Имея богатый фронтовой опыт, Григорий Михайлович быстро завоевал авторитет на цикле и стал фактическим лидером в организации учебного процесса.

Старший лаборант Алексей Федорович Харитонов не любил вести протоколы собраний. Четкие скупые фразы фиксировали события и не выдавали военной тайны. Участник Великой Отечественной войны в то время не понимал, что он пишет не протоколы заседаний цикла, а историю, по которой можно будет восстановить, что происходило в то время.
Алексею Федоровичу природа дала долголетие, интеллигентность и сохранила хорошую память. На каждый вопрос он мог дать короткий исчерпывающий ответ. За глаза на РТЦ его прозвали «ходячей историей». Именно благодаря его хорошей памяти удалось восстановить события столь давних времен. Война застала Харитонова на Балтике, где он служил срочную службу в качестве радиста на канонерской лодке «Шексна», которая входила в состав Ладожской военной флотилии. Как связист, он принимал участие в охране Дороги жизни, участвовал в десантных операциях ив бою за остров Сухо.
Скупые строки из его биографии свидетельствуют о серьезном жизненном пути, который был «подправлен» рукой бюрократа. Алексей Федорович (1922 года рождения) в 1940 году окончил 10 классов средней школы в Москве и решил стать моряком-кораблестроителем. Такой факультет был во ВВМИУ им Дзержинского в Ленинграде. Восемнадцатилетний парень получил вызов и направился в Ленинград. Медицинская комиссия была строгой и бескомпромиссной. Его забраковали по причине – глуховат. Обидно, но на кого? В военные училища был большой конкурс, поэтому врачи придирались к чему угодно. Пришлось возвращаться в Москву и ожидать призыва в армию.
В сентябре прислали повестку. В военкомате определили на флот и направили в Кронштадт вместе с группой призывников. На это раз медицинская комиссия была благосклонной и не выявила глухоты. Возможно, на ее решение подействовал аттестат об окончании средней школы, или были какие-то другие соображения. Об этом призывникам не сообщали. Его направили в учебный отряд связи для подготовки на радиста.
Шесть месяцев пролетели незаметно. Харитонов освоил работу на телеграфном ключе, изучил радиопередающую аппаратуру и получил свидетельство с оценкой «отлично».
Ладожская военная флотилия формировалась из разнородных судов, которые базировались в бухте Морье, Новая Ладога, Осиновец. С началом войны в состав флотилии вошли мобилизованные суда речного флота. Позднее на озеро перебросили морские охотники из состава ленинградской бригады ОВР.
«В 1945-м флотилию расформировали, - рассказывал Алексей Федорович. – Меня откомандировали в учебный отряд связи и назначили старшим инструктором. Жили скромно. Дисциплина была строгая. В 1953 году меня направили на курсы офицерского состава. Я получил право преподавать электротехнику и быть командиром взвода. В 1960 году мою должность сократили и уволили в запас. Так я оказался в ЛМУ ВМФ на должности старшего лаборанта».
Радиотехнический цикл занимался не только совершенствованием учебных программ и планов, но и воспитательной работой с курсантами. Примечателен протокол заседания цикла № 12 от 3 февраля 1969 года. Приведу его полностью.
Присутствовали: Г.М.Семенюта, Н.П.Смирнов, Г.М.Суриков, В.П.Ковинев, С.А.Иванов, А.М.Карычев, А.Ф.Харитонов.
ПОВЕСТКА ДНЯ:
Разбор нарушений дисциплины курсантами Тыниником (403 группа), Грибановым (308 группа) и Казакова (214 группа).
Слушали:
1. Курсант Тыниник: « Я был в самовольной отлучке. У меня заболела жена, и я возил ее в больницу».
- У вас есть оправдательные документы?
- Нет.
-Как вы учитесь?
-Средне, плохо.
-Что вам мешает?
-Не знаю.
Преподаватель Н.Н.Смирнов: « Я предлагаю за безответственное отношение к учебе, плохую дисциплину ходатайствовать перед командованием училища об отчислении курсанта Тыниника от училища. Учится плохо, систематически нарушает воинскую дисциплину. (Н.Н.Смирнов говорил, естественно, больше, но его слова остались за рамками протокола. Дисциплина в училище начинала хромать. Курсанты были из разных групп. Все они были призывного возраста. В случае отчисления от училища по недисциплинированности или неуспеваемости, курсант сразу попадал в военкомат.)
2.Курсант Казаков: «Я ушел в самовольную отлучку потому, что захотел погулять».
-Вас разве не увольняют?
-Увольняют, конечно, но мало.
-А часто вам хочется погулять?
-Так, иногда.
Старший лаборант С.А.Иванов: «Эта самоволка у Казакова не первая. Веских причин для ухода из училища не вижу. Предлагаю сделать ему последнее предупреждение.
Капитан-лейтенант Ковинев:
« Предлагаю оставить Казакова в группе условно. Если его дисциплина не будет улучшаться, то придется ходатайствовать о его отчислении. Нам не нужны разгильдяи. Сегодня он ушел из училища, а завтра с корабля.»
3.Курсант Грибанов: «Во время самовольной отлучки выпил, учинил драку и попал в милицию»
- Вы это сделали специально?
-Нет, получилось случайно. Встретил старых приятелей. Они предложили выпить, а я согласился. Подошла знакомая девушка. Из-за нее и подрались.
-А как же милиция?
-Она оказалась рядом. Меня забрали потому, что остальные разбежались.
Капитан-лейтенант Ковинев: «Предлагаю предупредить Грибанова, что если раз подобное повторится, то он будет отчислен от училища».
Постановления педагогического коллектива РТЦ были достаточно либеральными по тому времени. Нарушителей дисциплины строго предупреждали. Люди были молодыми и, порою, не понимали, что своим поведением они позорят честь училища.
Григорий Михайлович Семенюта не стал возражать против решений коллектива цикла. Сам он проводил занятия оригинально. Как только курсант засыпал на уроке, он сразу его поднимал и заставлял повторить свою последнюю фразу. Если курсант этого не делал, то заносил его в «черный» список, откуда выбраться было сложно. Его любили за требовательность.
Блог Ровбут Михаила ОлеговичаЛ О М О Н О С О В С К О Е Мореходное училище ВМФ 7 - Глава III. Учебная база Вспомогательного флота ВМФ
Глава III. Учебная база Вспомогательного флота ВМФ


Приказом ГК ВМФ от 6.08.59 года начальником Мореходного училища назначен капитан 1 ранга Керенский Павел Александрович, 1913 года рождения. Выводы из акта по приему сдаче дел, утвержденный 29 сентября 1959 года начальником Тыла ВМФ генерал-лейтенантом Жидиловым, свидетельствуют:
1.Мореходное училище с поставленными задачами по подготовке специалистов для Вспомогательного флота ВМФ справляется.
2.Политико-моральное состояние личного состава удовлетворительное.
3.Существующая структура, организация и штат училища отвечают требованиям подготовки командным кадрам плавсостава.
4.Руководящий офицерский и преподавательский состав правильно ориентирован и понимает свои задачи по дальнейшему повышению уровня подготовки командных кадров.

Павел Александрович Керенский оставил свои воспоминания о службе, которые посвятил 300-летию Российского флота. Его рассказы просты и бесхитростны.
Свою трудовую деятельность Павел Керенский начал в 1931 году на судостроительном заводе им. Марти. Завод строил лесовозы и подводные лодки. По путевке комсомола пошел учиться в ВМУ им. М.В.Фрунзе, которое окончил в 1937 году. По распределению попал на бригаду подводных лодок Черноморского флота. Первая офицерская должность – штурман подводной лодки «Щ-209»На позицию лодка ходила к турецкому берегу у пролива Босфор. Так продолжалось два года. Зима с 1939 на 1940 год застала Павла Александровича в Ленинграде. Его откомандировали на специальные курсы офицерского состава. После окончания курсов Керенского направляют снова на Черноморский флот штурманом на новую лодку «С-34». Войну встретил в Севастополе у пирса в Южной бухте. С самого начала войны лодка регулярно выходила на позиции на 25-30 суток. Патрулирование осуществлялось у берегов Румынии, Болгарии и Турции. В 1941 году Павел Александрович был назначен флагманским штурманом 1-го дивизиона бригады ПЛ. Подводные лодки дивизиона типа «Л» кроме торпед брали еще мины. В октябре дивизион перебазировали в Поти. Оттуда подводники доставляли авиабомбы в Севастополь.
В октябре 1941 подводная лодка «Л-6», на которой находился Керенский, вернулась из Севастополя в Новороссийск. Командование ЧФ поставило задачу подготовить операцию по высадке диверсионного десанта в район бухты Коктебель. В январе 1942 года десант высадили с подводных лодок дивизиона в заданной точке. Лодка вернулась в Новороссийск, но тут же получила команду идти в Поти. При выходе из Цемесской бухты была допущена навигационная ошибка и лодка «Л-6» села на мель. Шифровка командующего ЧФ адмирала Октябрьского гласила: «Разгильдяев, посадивших подводную лодку «Л-6», судить судом военного трибунала». Суд состоялся. В мае 1942 года трибунал приговорил Керенского к 7 годам. В дело вмешался Октябрьский. Он отдал распоряжение кадрам: Керенского сохранить для флота.
Павлу Александровичу предложили должность помощника командира сторожевого корабля «Шторм». Так началась служба на надводных кораблях. СКР выполнял боевые задачи между Поти и Новороссийском. Корабль сопровождал конвои, осуществлял артобстрел побережья, прикрывал эвакуацию Керченской базы, которой командовал Цезарь Куников. Судимость с Керенского сняли 22 декабря 1942 года, а в 1943 году он был награжден первым орденом в своей жизни «Отечественной войны 2-й степени». В 1943 году его назначили командиром СКР «Шквал». Корабли ЧФ продолжали нести конвойную службу, доставлять грузы и личный состав десантов.
9 мая 1944 был освобожден Севастополь, а 12 мая весь Крым. Советские войска стремительно двигались на запад. Освобождением Румынии и Болгарии закончились боевые операции Черноморского флота. Эскадра ЧФ возвращалась в Севастополь. В районе Херсонесского маяка ее встречал СКР «Шквал», чтобы провести по фарватеру до входа в Северную бухту.
Эскадренный миноносец «Лихой» стоял в Констанце на ремонте. Это был бывший румынский миноносец, на который получил назначение капитан 3 ранга Керенский. Ремонт корабля закончился. В июле 1945 года Павел Александрович привел его в Севастополь. Командование поставило задачу отработать организацию корабля по всем расписаниям. Через месяц миноносец был зачислен в боевой состав эскадры Черноморского флота. Эскадрой кораблей командовал вице-адмирал С.Г.Горшков, начальником штаба был Пархоменко В.А., а флотом – адмирал Октябрьский Ф.С. В августе 1946 года командование организовало штурманский поход кораблей эскадры в Николаев для изучения Днепро-Бугского лимана. Горшков шел на «Лихом». До Николаева добрались благополучно. Горшков уехал на завод осматривать новые крейсера проекта «68К». Поздно вечером на эсминец прибыл С.Г.Горшков и приказал готовить корабль к переходу в Одессу. В Одессе на причале миноносец ожидал командующий флотом Октябрьский и член Военного Совета Азаров. Оба адмирала были расстроены ЧП на крейсере «Молотов». Во время артиллерийских стрельб на крейсере взорвалась носовая башня, произошел пожар в носовом артпогребе, погибло 75 матросов. Адмирал Октябрьский ожидал прибытия Морского министра Н.Г.Кузнецова. Керенский выполнил поставленную задачу и вернулся в Севастополь.
В отдел вспомогательных судов и гаваней (ОВСГ) Черноморского флота Павел Александрович прибыл 29 марта 1949 года. Организация была знакома еще по службе на миноносце, когда часто приходилось обращаться к услугам вспомогательного флота. Обладая вполне уживчивым характером, Керенский сумел завоевать доверие у рабочих и служащих вспомогательного флота. Флот был укомплектован не полностью, как командным составом, так и рядовым, поэтому суда часто простаивали. Не было дипломированных специалистов. Их стали получать на флот только в 1951 году, когда была налажена подготовка судоводителей, судомехаников и радиотехников в Мореходном училище ВМС. Вряд ли Павел Александрович думал о том, что ему придется возглавить это училище. Все решил случай, произошедший в 1958 году. Главнокомандующим ВМФ был назначен адмирал С.Г.Горшков. Павел Александрович ожидал перевода в Ленинград, а пока находился в отпуске. Начальник тыла ВМФ предупредил Керенского, что окончательное решение его перевода в Ленинград будет решать Главком ВМФ. Встреча состоялась в Москве летом 1959 года в ГШ ВМФ. Сергей Георгиевич Горшков настаивал, чтобы Павел Александрович не уходил с флота и предлагал повышение по службе. Однако Керенский остался при своем мнении и получил назначение в Ломоносовское Мореходное училище.

С прибытием в училище Павла Александровича произошли значительные изменения в командном составе и организации учебного процесса. Больше внимания стало уделяться практике и морской подготовке. Керенский считал, что от вспомогательного флота зависит успех боевой операции, поэтому выпускник училища должен быть готов к действиям в любых ситуациях. С этой целью на Военно-морской цикл была возложена обязанность организации и проведения военных сборов. Сборы проходили в Кронштадте на боевых кораблях ВМФ. Курсанты изучали материальную часть, вооружение и технику, принимали участие в учебно-боевых стрельбах. Именно здесь будущие специалисты вспомогательного флота могли понять, кого и чем они обеспечивают. Выход в море на боевом корабле оставлял неизгладимое впечатление в сердцах молодых мореходов. На сборах курсанты выпускали стенную газету «Взрыв», организовали соревнование на приз «Отличник практики». Им оказался курсант Л.А.Гафт, который на всех зачетах показал отличные результаты.
В 1959 году введен эксплуатацию второй учебный корпус (здание № 14). В июле этого года расформировали Техническое училище ВМФ. В Мореходное училище передали курсантов 2 и 3 курсов на доучивание. Под жилые помещения отвели здание казармы по улице Пионерская дом 3. Жилую казарму по улице Володарского 2 передали 135-й поликлинике ВМФ. Вместе с курсантами перешли и некоторые преподаватели Технического училища, среди которых оказался А.С.Соколов – будущий начальник Судомеханического отдела.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

1960 год проведен 15-й набор курсантов. В числе поступивших были герои 49 дневного дрейфа в Тихом океане на десантной барже Зиганшин А.Р., Поплавский Д.Г., Крючковский А.Ф. Молодые ребята изъявили желание продолжить свое образование в Мореходном училище. Заместитель начальника училища по политической части капитан 1 ранга Шильников встретил героев дрейфа. Начальник Судомеханического отдела капитан 2 ранга Тесленко ознакомил ребят с учебными классами и кабинетами. О курсантах-героях писали газеты и присылались приглашения на встречи. Людям хотелось узнать, как молодые люди сумели выжить в море, имея ограниченный запас воды и пищи. Во всех газетах мира были опубликованы фотографии трех человек, которых подобрал американский авианосец «Кирсардж». Они выглядели изможденными. Жизнь теплилась только в глазах. Американские медики оказали им первую помощь и доставили в США, откуда через три недели они прилетели в Москву.


На крейсере "Киров"
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Курсанты Зиганшин, Поплавский и Крючковский ходили на встречи с жителями Кронштадта, экипажем крейсера «Киров», моряками Учебного отряда подводного плавания. Курсанты рассказывали о службе на Курильских островах, о том, как во время шторма их самоходную баржу унесло в океан. Внешний вид молодых людей с орденом
Красной Звезды на форменках служил живой рекламой Мореходному училищу.
С отличием окончили училище в 1961 году курсанты: Башмарин В.Д., Фокин В.И., Эстеркин Б.Г., Крымский В.Ю., Шумков Л.И., Иванов А.Г.. В этом же году состоялась пионерская линейка, посвященная 90-летию со дня рождения В.И.Ленина. Курсанты вручили на память маленьким друзьям модель корабля.
Закрытое письмо ЦК КПСС о сокращении ВС обсуждалось на заседании партийного бюро. Коммунисты: Круглов, Мейер, Иванов, Кучеренко, Тихонов, Карпов, Климович, Щербаченко и др. единогласно одобрили решение партии, направленное на практическую реализацию мирных инициатив Советского Союза в области внешней политики. Страна, прошедшая страшную войну, не выдерживала прессинга «холодной» войны, навязанной США и членами военного блока НАТО. Нападение Израйля на Египет (1956), оказание помощи арабским странам Ливии, Сирии, Египту, Йемену свидетельствовали о том, что раздел мира еще не окончен. В этих условиях СССР расширял зоны деятельности флотов, выводя ВМФ за пределы обычных оперативно-тактических районов. Вслед за боевыми кораблями последовали и суда Вспомогательного флота.




3.2. Подготовка электромехаников

В связи с ликвидацией Технического училища ВМФ Судомеханический отдел пополнился курсантами электромеханической специальности. Их оказалось немного всего 13 человек. На педагогическом совете было принято решение организовать курсы переподготовки и доучивать курсантов по ранее принятым учебным программам. Одновременно начальник Судомеханического отдела получил распоряжение подбирать преподавательский персонал и готовить учебно-лабораторную базу для подготовки электромехаников.
Выпуск группы специалистов-электромехаников, которые ранее обучались в техническом училище, состоялся в 1961 году.







""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.


В 1961 году капитан 1 ранга Керенский П.А. был уволен в запас, но остался в должности начальника Мореходного училища ВМФ и депутатом Ломоносовского городского совета. Павлу Александровичу исполнилось только 48 лет.
Сокращение ВС СССР на 1200 тыс. человек серьезно ударило и по
Военно-морскому флоту. В запас вынуждены были уйти многие участники Великой Отечественной войны. Кадры резали по живому составу, который не имел достаточной выслуги лет, чтобы получить достойное пенсионное обеспечение. Таких людей в Мореходном училище ВМС оказалось немало. Кроме этого, сверхсрочнослужащим установили потолок заработной платы, что существенно подорвало их материальное благосостояние. Керенский снял погоны капитана 1 ранга и приказал личному составу перейти на форму одежды гражданского Морского флота.
В 1962 году на территории училища построено здание № 17, которое было отведено под склады, аналогичное здание № 18 сооружено в 1966 году. В 1970 году построен гараж (здание № 15), имеющий 6 сухих отапливаемых боксов. В училище появился свой автопарк. С момента завершения строительных работ территория училища выглядела пустынно. На заседании партийного бюро было высказано предложение привести территорию в порядок. Через шефов садово-паркового хозяйства получили саженцы лип, лиственниц и серебристых елей. Вдоль аллеи внутри двора посадили клены. Сейчас деревья выросли, приятно радуют ветеранов колледжа и курсантов.

В 1963 году в училище был образован партийный комитет. Секретарем парткома избрали Анненкова. В состав членов парткома вошли: Керенский, Кучеренко, Лебедев (курсант), Чернов, Карпов, Соколов, Митюков, Соя. Итоги инспекции начальника Вспомогательного флота и политического отдела спецчастей в Ленинграде обсуждались на партийн6ых собраниях всех уровней. Коллектив принял оценку деятельности училища, задачу поставленную командованием и наметил пути повышения качества подготовки специалистов.
Павел Александрович большое внимание уделял созданию хорошей библиотеки. Благодаря поддержке командования и политического отдела в училище был создан читальный зал. В художественном и техническом фондах насчитывалось более 75 тысяч книг. Читальный зал работал до позднего вечера. В его оформлении принимали участие курсанты, обладающие художественными способностями.
Библиотека любого учреждения заслуживала большого внимания. Наличие художественной литературы и учебных пособий свидетельствовала о культурном уровне учебного заведения. Библиотекой заведовала Маругина Т.Н.. Сотрудницы: Орлова З.Г. и Мохова Т.М. по крупицам собирали литературу для художественного и технического фондов. Особенно страдал технический фонд, где вечно не хватало учебников в связи с увеличением численности курсантов. Керенский распорядился ограничить выдачу учебников на руки курсантам для постоянного пользования и часть передать в читальный зал для работы на самоподготовке. Библиотеке часто приходилось переезжать с одного места на другое, а, как известно, любой переезд связан с потерей литературы.
Летом 1963 года состоялся первый набор на электромеханическую специальность. На первый курс набрали 25 человек и еще 12 на курсы переподготовки, что позволило обеспечить суда вспомогательного флота квалифицированными специалистами.
Богодушенко, Белов Алианс Иванович

12 октября 1963 года заместитель ГК ВМФ адмирал Ф.Зозуля и заместитель начальника ГШ ВМФ вице-адмирал И.Елисеев подписали приказ ГК ВМФ №300, который вводил в действие Устав Мореходного училища. Старый Устав, введенный приказом №306 в 1955 году, утрачивал силу. Новый документ разрабатывался коллективом офицеров училища под руководством П.А.Керенского.
Общими положениями устанавливалось бесплатное образование в тесной связи обучения с жизнью, производством и общественно полезным трудом. Главные задачи формулировались тремя пунктами:
А) подготовка специалистов для ВМФ со средним специальным образованием;
Б) повышение квалификации командного состава вспомогательных судов ВМФ;
В) изучение вопросов, связанных с использованием специалистов, окончивших училище и работающих по вольному найму на судах обеспечения.
Приказом были определены формы обучения в училище и специальности:
1612 – морское судовождение;
0559 – судовые силовые установки;
0702 судовая радиосвязь и электрорадионавигация;
0305 электрооборудование судов.
Курсы повышения квалификации командного состава Вспомогательного флота проводились только по специальностям «Морское судовождение» и «Судовые силовые установки». Проведение занятий на курсах осуществлялось преподавателями Судоводительского и Судомеханического отделов.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

С появлением собственных учебно-производственных мастерских Мореходному училищу предоставлялось право проводить экспериментально-конструкторскую работу по договорам силами преподавателей и лаборантов, а также изготавливать товарную продукцию силами курсантов очной формы обучения. Такой подход позволял экономить государственные средства, оборудовать учебные аудитории и лаборатории.
За хорошую успеваемость при отличном поведении курсанты награждались ценными подарками и фотографией на фоне развернутого Знамени училища. Имена отличников учебы заносились на Доску и в Книгу Почета училища.

7 октября 1965 года Мореходное училище ВМС переименовано Ломоносовское Мореходное училище ВМФ. Вскоре начальник Тыла ВМФ вручил училищу новое знамя.
Здание № 19 предназначалось для судоводительского отделения. Его постройка завершилась в 1969 году. Здание кирпичное, четырехэтажное с железобетонными перекрытиями. Теперь можно было оборудовать кабинеты.
В сентябре 1966 года был образован самостоятельный Электромеханический цикл. Его начальником был назначен Шабанов Анатолий Иванович. Энергичный офицер добился выделения учебных помещений для организации лабораторий судовых станций, электрических сетей и электромонтажных работ. На первом этапе формирования цикла было важно создать комплексную цепь, включающую элементы выработки электроэнергии на судне, ее преобразования и распределения по потребителям. Лаборатория электромонтажных работ была предназначена для выполнения практических заданий, которые способствовали приобретению практических навыков.

В 1972 году Мореходное училище отмечало двадцатипятилетний юбилей. Командир Лен ВМБ вице-адмирал В. Леоненков и начальник Политотдела ВМБ и ВМУЗ в Ленинграде контр-адмирал А.Плеханов направили в адрес начальника ЛМУ П.А.Керенского и заместителя по политической части Г.М.Выросткова поздравление со знаменательной датой. В нем говорилось, что за четверть века училище подготовило сотни моряков-специалистов, которые на всех флотах с честью и достоинством выполняют свой патриотический и интернациональный долг. Это была высокая оценка деятельности средне-специального учебного заведения. Павел Александрович зачитал поздравление на торжественном собрании коллектива училища и выразил надежду, что коллектив училища и курсанты оправдают высокое доверие партии и правительства.
Поздравления сыпались со всех флотов. Военный Совет ДКБФ отмечал: «За четверть века существования Ломоносовским мореходным училищем подготовлены достойные кадры командного состава вспомогательных судов, которые с честью выполняют сложные и ответственные задачи в любых районах Мирового океана». Черноморский флот в лице командира войсковой части 42842 выражал благодарность и признательность командованию, преподавательскому составу и всему коллективу училища за благородный труд в деле обучения и воспитания кадров для Военно-морского флота СССР.


ПРИКАЗ

Главнокомандующего Военно-Морским Флотом

№ 247
10 июля 1973 г. Г.Москва
О поощрении начальника Ломоносовского Мореходного училища ВМФ
За достигнутые успехи в деле подготовки командных кадров для Вспомогательного флота ВМФ и в связи с переходом на другую работу ПРИКАЗЫВАЮ:
ОБЪЯВИТЬ БЛАГОДАРНОСТЬ И НАГРАДИТЬ ЦЕННЫМ ПОДАРКОМ – БИНОКЛЕМ 10 X 50 начальника Ломоносовского Мореходного училища ВМФ капитана 1 ранга в запасе КЕРЕНСКОГО Павла Александровича.
Желаю Вам, Павел Александрович, дальнейших успехов в Вашей трудовой деятельности.

Главнокомандующий
ВОЕННО-МОРСКИМ ФЛОТОМ
адмирал флота СОВЕТСКОГО СОЮЗА
С.ГОРШКОВ

Ни на какую другую работу Павел Александрович переходить не собирался. Ему исполнилось 60 лет. Наступило время передать управление училищем молодым руководителям. Скромный приказ о награждении ценным подарком от имени Главкома ВМФ свидетельствовал о том, что Сергей Георгиевич не забыл своего боевого товарища.
Блог Ровбут Михаила ОлеговичаЛ О М О Н О С О В С К О Е Мореходное училище ВМФ 7 - 2.2. Руководитель практики
2.2. Руководитель практики

К руководству практикой привлекались все категории педагогического персонала. Практика организовывалась управлением Военно-морскими учебными заведениями. Заявки на число практикантов формировались заранее и оформлялись приказом ГК ВМФ. Первый курс, как правило, проходил практику на шлюпках и судах принадлежащих ЛМУ. Опыт использования баркентины «Чайка» показал, что курсанты быстрее осваивают морскую практику, приобретают навыки будущего судоводителя, начинают нести самостоятельные вахты на руле и в машинном отделении. Кроме этого работа с парусами вырабатывала у молодых людей определенное мужество и чувство ответственности. Особое внимание уделялось изучению конструкции судна, вопросам мореходности, сигнализации и судовождению.
Впоследствии в состав учебных судов входили УС «Курсант», УС «Луга» и РК-18.
Фотография капитана 1 ранга на фоне развернутого знамени ЛМУ ВМФ, найденная в архиве, показалась несколько необычной для настоящего времени. Обычно такие фотографии делались с разрешения начальника училища и свидетельствовали о больших заслугах человека, который удостаивался такой чести.

Мейер Карл Генрихович, 1892 года рождения – человек-легенда. Обрусевший немец по происхождению, Карл Генрихович окончил в 1912 году Таганрогскую мореходную школу и получил специальность штурмана. Перед начало первой Мировой войны Мейер сдает экзамены на прапорщика корпуса флотских штурманов. Его военная служба начинается в 1918 году на Азовской военной флотилии. Начинается Гражданская война. На мостике допотопных канонерских лодок стоят недавние выпускники Морского кадетского корпуса. Мейера поражает выправка офицеров, высокая требовательность к личному составу, грамотное управление судном. Карл Генрихович растет в должностях не по дням, а по часам: командир катера, парохода, речного буксира оснащенного артиллерией дают возможность пройти практический курс морских наук от ревизора до старпома канлодки «Грозящий». После Гражданской войны Мейер остается на Черноморском флоте и принимает участие в его восстановлении. В 1925 году Карла Генриховича назначают командиром крейсера «Коминтерн», а в 1926 году доверяют командовать крейсером «Красный Кавказ».
Молодому командиру 34 года, он не член ВКП(б). Корабль часто посещают Наморси Р.А.Муклевич, командующий ЧФ В.М.Орлов и член Военного совета Г.С.Окунев. Незадолго до прибытия на крейсер нового старшего помощника Н.Г.Кузнецова у Мейера случился конфуз, о котором много лет спустя, напишет будущий Нарком ВМФ в книге «Накануне»: «… незадолго до нашего приезда произошло несчастье. Корабли маневрировали под командованием командира бригады Кадацкого. Крейсер «Красный Кавказ» скользящим ударом повредил другому крейсеру борт в районе кормового орудия, а себе изрядно свернул форштевень. Оба корабля на короткий срок вышли из строя. Рабочие завода открыто высказывали недовольство» Корабли вскоре были отремонтированы. «Командир «Красного Кавказа» Карл Мейер с особой осторожностью развернулся носом на выход и приказал дать машинам средний ход. Прибыли в Севастополь благополучно. Затем последовал строгий приказ. Мейера освободили от занимаемой должности». Карла Генриховича в 1927 году направили на курсы в ВМА РККФ и шесть лет не допускали к командованию крупным боевым кораблем. Только в 1932 году его назначили командиром канонерской лодки «Красное Знамя», а в 1933 году доверили учебный корабль «Комсомолец». Начиная с 1939 года, Карл Генрихович находится на преподавательской работе в ВВМУ им М.В.Фрунзе и ВВМИУ им Ф.Э.Дзержинского. С началом Великой Отечественной войны оба училища эвакуируют из Ленинграда в город Баку, где продолжается подготовка офицеров флота. К.Мейер возглавляет кафедру Морской практики, преподает мореходную астрономию.
В 1945 году К.Мейер возвращается в Ленинград и продолжает заниматься педагогической деятельностью в должности старшего преподавателя ВВМУ им М.В.Фрунзе.
В 1952 году капитан 1 ранга Мейер увольняется в запас и становится преподавателем Судоводительского цикла ЛМУ ВМФ. Свои знания и богатый практический опыт он отдает курсантам. За большой вклад в дело подготовки специалистов для Вспомогательного флота К.Г.Мейер занесен на доску почета училища и сфотографирован у развернутого знамени училища. Карл Генрихович награжден орденами Ленина и Красного Знамени, а также медалями СССР. Умер в 1961 году.



2.3. Формирование радиотехнического цикла

. Первым начальником радиотехнического отдела был назначен подполковник Головин И.К., командиром роты капитан-лейтенант Величко А.Я., преподавателями по специальным предметам Карпов Г. П. и Трофимова Н.Д. . Политико-воспитательной работой занимался капитан 2 ранга Кожемякин.
Начальник училища капитан 1 ранга И.Декалин принял решение организовать набор абитуриентов на новую специальность и начать занятия с 1 сентября 1953 года.
Ломоносовское Мореходное училище переживало не лучшие дни. Коллектив остро нуждался в квалифицированных преподавательских кадрах, которые можно было черпать из числа демобилизованных офицеров и гражданского персонала. В училище продолжалось строительство учебных и жилых корпусов. Старые здания расположенные рядом с парком едва выдерживали контингент судоводителей и судомехаников.
Радиотехнический цикл организационно ввели в состав Судоводительского отдела. 1 сентября 1953 года был произведен первый набор и организована группа в составе 28 человек. Срок обучения 4 года позволял подготовить радиоспециалистов высокого уровня. Отсутствовала учебно-материальная база. В программу обучения была включена работа на ключе в режиме радиотелеграфии, световая сигнализация (клотик), флажной семафор. Теория в виде понятий радиотехнических цепей и сигналов преподавалась на уровне того времени.
Цикл развивался быстро. Уже в июне 1953 года был введен в эксплуатацию кабинет радиосвязи и манипулирования, а в марте 1956 года открыли учебный кабинет радионавигационных приборов. В этом была несомненная заслуга преподавателей А.М.Терещенко, Г.М.Сурикова, лаборантов С.А.Иванова, А.М.Карычева.

Старший лаборант А.М.Карычев прибыл в ЛМК ВМФ после демобилизации из Кронштадта. За его спиной осталась служба на Соловецких островах в школе Юнг Северного флота. Александр Михайлович – спокойный рассудительный человек старался не выделяться среди других сотрудников цикла. Орден Красного Знамени, с которым Александр Михайлович не расставался и всегда носил на лацкане пиджака, вызывал глубокое уважение к этому человеку. О своих боевых заслугах Карычев не любил рассказывать. Война застала его на Северном флоте. Подразделение, где он служил начальником смены радиооператоров, обеспечивало связь с летчиками морской авиации и занималось радиоразведкой. Последний вылет командира истребительного авиаполка дважды Героя Советского Союза Бориса Сафонова совпал с дежурством Карычева. Он поддерживал связь с летчиком до момента гибели истребителя. Дальнейшая служба ветерана цикла проходила на Соловецких островах. «В нашей землянке, - рассказывал бывший юнга В.С.Спиридонов, - размещалось две смены. Старшина 1-й статьи Карычев жил вместе с нами. Карычев занимался с нами радиотелеграфией и флажным семафором. По характеру он был очень добрым, но послаблений не давал. Любил правду. Мы уважали его за строгость и требовательность. После войны он служил в Кронштадте и вышел в запас в звании капитана».
На цикле изучались следующие предметы:
- Эксплуатация радиосвязи и манипулирование;
- Основы радиотехники и радиоизмерений;
- Радиопередающие и радиоприемные устройства;
- Основы электротехники;
- Радиооборудование судов;
- Основы радиоэлектроники и судовой электроавтоматики;
- Основы радиотехники;
- Радионавигационные приборы и др.
Предметно-методическая комиссия под председательством начальника цикла систематически рассматривала вопросы повышения уровня знаний курсантов, совершенствования учебно-материальной базы. Особое внимание уделялось радиотелеграфии, настройке аппаратуры и работе курсантов в экстремальных условиях. Ввиду отсутствия стационарных кабинетов и учебной аппаратуры практические занятия были перенесены на суда обеспечения, где курсанты совместно с экипажами судов занимались монтажом нового оборудования, несли радиовахту наравне с судовыми радистами.
В конце 50-х годов кабинет радионавигации был оборудован РЛС «Линь», «Нептун», «Створ» и слуховым радиопеленгатором СРП-5. Эти средства позволяли определять местоположение судна на дистанции 38 миль. РЛС «Дон», АРП-50 и КИ-55 существенно увеличивали дальность определения места судна и довели ее до 60 миль.
В 1957 году первый выпуск радистов составил 24 человека:
Курочкин А.Г., Лыско Д.И., Кривов В.В., Максимов П.В., Петрушкин В.И., Улитенков А.П., Субботин А.В., Григорьев А.И., Доровский Ю.С., Савичев П.П., Леоненко П.П., Алексеев В.Г., Алексеев Г.А., Мокриевич В.И., Голубев В.П., Лобанов В.Н., Штурманов Л.Д., Шамков Н.Н., Ларюшкин Г.И., Феоянов Г.В., Посметный А.В., Шкиндер Г.С., Афанасьев И.С., Абрамов В.Д. .Курсанты П.П.Савичев и А.П.Улитенков получили дипломы с отличием.



Первый выпуск радиотехников
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.


Судьба первых выпускников сложилась по-разному. Многих уже нет в живых. Фотографию первого выпуска подарил Владимир Вячеславович Кривов, который приехал в колледж на празднование 60-летия училища. Все выпускники получили назначение радистами на суда ОВСГ. В частности, В.В.Кривов оказался по распределению на танкере «Сосьва». Плавание по Финскому заливу было скучным и однообразным. Танкер снабжал топливом корабли ВМФ. Приходилось подходить к знаменитому крейсеру «Киров», обеспечивать испытательные выходы новых эскадренных миноносцев. Военно-морской флот Советского Союза рос и развивался. Особое впечатление оставил первый советский атомный ледокол «Ленин», который готовился к выходу в Арктику. Сокращение Вооруженных сил в 1960 году заставило изменить жизненные планы. Он поступает на работу в Ленинградский НИИ «Радиотехники» и учится на вечернем отделении ЛИАП. Работа в НИИ, который американцы называли «жемчужиной советской радиоэлектроники» была интересной, но малооплачиваемой, поэтому в 1968 году он перешел в КБ «Морсвязьпроект» Минсудпрома. Расти пришлось долго. За 26 лет работы он прошел путь от инженера до начальника сектора антенно-фидерных устройств. КБ занималось разработкой и внедрением новой радионавигационной аппаратуры для Минморфлота и Министерства рыбного хозяйства. Судовые испытания радиоаппаратуры проходили на разных судах в сложных метеоусловиях. Вот тогда-то и пришлось много поплавать. Он часто вспоминал учебу в Мореходном училище и преподавателей, которые заложили веру не бояться трудностей. Руководство выполнением проектов по размещению антенно-фидерных устройств позволило познакомиться с работой судостроительных объединений в Ленинграде, Керчи, Николаеве и Херсоне. Были и зарубежные командировки в Финляндию на верфи фирм «Вяртсиля», «Валмет», «Раума-Репола», ARN (Испания) и других стран.
В феврале 1957 года состоялся выпуск первых радиотехников. Дипломы с отличием получили курсанты Савичев П.П. и Улитенков А.П.. Начальник радиотехнического цикла подполковник Головин И.К. провожал на флот первых питомцев. На выпускном вечере преподаватель Афанасий Михайлович Терещенко вспоминал о том, с каким трудом вводили в эксплуатацию кабинет радиосвязи и манипулирования. Курсанты благодарили преподавателей Г.М.Сурикова, В.М.Болгарова, лаборантов С.А.Иванова и А.М.Карычева, которые прилагали все усилия для оснащения цикла современным радиооборудованием, проводили занятия, формировали учебные планы и программы.
Афанасий Михайлович Терещенко 1903 года рождения окончил артиллерийскую школу в Одессе и начал службу в качестве техника артиллерийской батареи в Севастополе. В 1935 году его переводят на Тихоокеанский флот и назначают начальником службы наблюдения и связи (СНиС). Терещенко нравится новая работа, но не хватает образования. Он поступает в Военно-морскую академию им Ворошилова и успешно оканчивает ее в 1939 году. Первое назначение – начальник радиоцентра. К началу войны Афанасий Михайлович становится флагманским связистом учебной бригады подводных лодок. Затем связистом ледокольного отряда Беломоро-Балтийской военной флотилии, а в 1942 году – начальником службы связи Мурманского укрепрайона. Война бросала людей на разные участки огромного фронта. Это коснулось и Терещенко. Начальник связи Новоземельской ВМб (1943), флагманский связист Иоканьской ВМб (1944), флагманский связист 25-й бригады траления Краснознаменной Дунайской флотилии (1945). В связи с расформированием флотилии Терещенко назначают старшим преподавателем кафедры радиотехнического факультета формируемого Военно-морского училище связи в Ораниенбауме. Терещенко всей душой отдается учебной работе, участвует в становлении кафедры теоретической радиотехники. О его заслугах свидетельствуют награды: орден Красного Знамени (1944), орден Ленина (1946), орден Красного Знамени за выслугу лет (1951). В 1949 году Терещенко присваивают воинское звание инженер-капитан 1 ранга.
В 1953 году Терещенко увольняется в запас и устраивается вольнонаемным в Мореходное училище ВМС в Ораниенбауме.

2.4. Четвертый выпуск

Четвертый выпуск (второй офицеров запаса) состоялся в 1954 году. На флот уехало 38 судоводителей и 51 судомеханик. Впервые были выданы дипломы с отличием курсантам Бабаеву И.М., Гришину А.В., Бабшеву И.М., Никитину А.И., Голоухову Н.Д., Карееву Е.В., Капитонову Н.В.

11 июня 1954 года в должность заместителя начальника училища по политической части вступил капитан 2 ранга Сосин Павел Михайлович, 1911 года рождения. Рост численности членов ВКП(б) и комсомольцев потребовал внести изменения в партийно-политическую организацию. Вместо подразделенческих партийных организаций организовали шесть партийных групп. Руководство группами осуществляло партийное бюро училища. Секретарем партийного бюро был избран старший лейтенант Фирсанов Владимир Иванович, член ВКП(б) с 1946 года.
В октябре 1954 года начато рытье котлована под 2-й учебный корпус. Территория училища вновь превратилась в строительную площадку. Грунт использовали для выравнивания стадиона и засыпки воронок от авиабомб.
1 марта 1955 года был произведен 5-й выпуск. За учебный год отчислили 19 человек, 9 из них по неуспеваемости. Впервые в училище учредили занесение отличившихся курсантов на доску почета: Захаров В.А., Калиновский А.П., Косарев А.И..
К маю 1955 года завершили строительство фундамента учебного корпуса и силами курсантов создали спортивный городок. Стадион размером 80x60 метров включал футбольное поле, волейбольную и баскетбольную площадки. Спортивная жизнь училища набирала темпы. На каждом отделении были организованы свои команды по различным видам спорта. Летом курсанты училища выступали на соревнованиях по футболу, волейболу, морскому многоборью, плаванию, участвовали в кроссах. Зимой профилировалась игра в хоккей, бег на лыжах, плавание в бассейне и другие виды спорта. Курсант Григораш стал чемпионом Ленинградской области по боксу.
В августе в училище состоялись экзамены по курсу ВМП на звание офицеров запаса. Государственная комиссия отметила хорошую подготовку курсантов. Соответствующий доклад был направлен в Москву, но там видно не поверили, поэтому в декабре направили новую комиссию из управления ВМУЗ. Военно-морской цикл вывернули наизнанку, но грубых нарушений не нашли (акт № 23 от 14.01.1956 года).
1 сентября 1955 года Мореходное училище выведено из подчинения начальника отдела Труда и Кадров ВМС и подчинено начальнику Управления вспомогательных судов и гаваней ВМС. (Директива начальника УВСГ ВМС № 282290 от 29.09.1955 г.) Такое решение назрело давно. Фактически последняя организация была заказчиком кадров, которых готовило училище. Стало проще решать вопросы с распределением выпускников и практикой курсантов. В командование Военно-морским флотом вступил адмирал С.Г.Горшков, сменив на этом посту Н.Г.Кузнецова. В училище введен новый штат № 56/514 , согласно которому численность военнослужащих определена в 46 человек, рабочих и служащих 193, курсантов 1000, слушателей – 200. Декалин приказал произвести реорганизацию. Количество рот сократили с 12 до 7. Численность военнослужащих уменьшили на 15 человек за счет увольняемых в запас, а курсантов на 200 за счет сокращения нового набора. Из состава плавсредств училища исключили буксирный катер «БУК-36».
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

выглядел катер примерно так

Катер передали в состав плавсредств 561 школы специалистов рядового состава ВМС г. Выборг.
С 19 по 23 декабря 1955 года комиссия управления ВМУЗ под руководством контр-адмирала М.А.Крупского проверяла состояние цикла ВМП. Выводы для командования ЛМУ ВМФ были неутешительными:
1.Количество занятий, проводимых по программе подготовки офицеров запаса, не отвечает требованиям руководящих документов.
2. Учебно-лабораторная база цикла отсутствует. Обучение носит сугубо теоретический характер за исключением штурманской специальности.
3. Руководство и контроль за деятельностью преподавательского состава со стороны начальника цикла капитана 1 ранга Григорьева осуществляется недостаточно четко.
Положительным моментом в организации учебного процесса является регулярное проведение строевых занятий и изучение Уставов ВС.
. Такой вывод вызвал у Декалина возмущение. Беседуя с Крупским, он выразил мнение, что офицер запаса обязан иметь представление о боевых средствах флота, с которыми он будет взаимодействовать, а цикл ВМП не должен копировать военно-морское училище в полном объеме знаний о составе техники и вооружения ВМФ. «Мы с 1953 года проводим шестимесячную стажировку курсантов на кораблях ВМФ, - оправдывался Декалин. – При этом мы готовим только штурманов и механиков». Крупский согласился с мнением начальника училища, но акт проверки ВМП со всеми недостатками все же утвердил. Крупский еще не знал, что через месяц будет сам возглавлять Высшее военно-морское инженерное радиотехническое училище, которое будет сформировано в Гатчине.
В январе 1956 года в училище организовали МПВО. Училище отнесли к второй категории объектов, на которые не будут падать ядерные бомбы. Никто не знал, зачем это нужно. Шутники поговаривали, что скоро будут устанавливать зенитки. На самом деле начальник МТО привез большое количество комплектов противохимической защиты. Декалин распорядился найти из числа ветеранов специалиста по противоздушной обороне и назначить его нештатным начальником местной обороны.
Курсанты под руководством опытных офицеров отрабатывали приемы ведения боевых действий в условиях применения ядерного и химического оружия.
23 января 1956 года комиссия принимала утепленный гараж. Училище обзаводилось собственным автотранспортом. Декалин посмеивался, вспоминая как несколько лет тому назад, продукты в столовую доставляли на лошади. Теперь в гараже стоял новенький Газ-51. Вместо возницы в старом зипуне начальника училища встретил деловой шофер. Осмотрев гараж, Декалин попросил членов приемной комиссии пройти к нему в кабинет и подписать акт приема нового сооружения.

На цикле ВМП ввели в строй кабинет по борьбе за живучесть корабля.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Его создавали своими силами. В марте на Судоводительском отделении был оборудован и введен в эксплуатацию кабинет радионавигационных приборов. Создание новых кабинетов было приурочено к открытию XX съезда КПСС, который состоялся 14 – 25 февраля 1956 года. На съезде были озвучены директивы по шестому пятилетнему плану развития народного хозяйства, принята резолюция о культе личности Сталина и его последствиях и рассмотрены предложения по разработке новой Программы КПСС. В документе партии были подчеркнуты положительные черты И.В.Сталина на посту Генсека и его роль как главы государства. В тоже время ему приписали ошибочность формулы о том, что по мере продвижения Советского Союза к социализму классовая борьба будет все более обостряться. Старушки из числа обслуживающего персонала училища в классовой борьбе ничего не понимали и искренне жалели Иосифа Виссарионыча за то, что он спас страну от антихриста Гитлера.
В июле по директиве ГШ ВМФ от 27.07. 1956 года в училище произошло существенное сокращение штатов. Число военнослужащих уменьшалось с 49 человек до 29, а количество рабочих и служащих увеличивалось со 193 до 200. 30 августа пришла новая директива о сокращении учебных рот до 5, численности курсантов до 700 человек, а слушателей курсов до 50 человек. Жизнь напоминала меха гармони, которые сжимались и разжимались, издавая звуки в зависимости от нажатых кнопок. Больше всего досталось военнослужащим, не имеющим достаточной выслуги лет и образования.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Летом 1957 года в командование учебно-парусным судном судно «Чайка» вступил капитан Никитин А.М.. Ежегодно парусник совершал переходы из Кронштадта в порты Прибалтики с курсантами на борту. Плавание в восточной части Финского залива было небезопасным. Тральщики не успевали выбирать мины, которыми были усыпаны подходы к островам Гогланд, Лавенсаари, Соммерс и Сескар. Ходить в этих районах можно было только под двигателем, используя протраленные фарватеры. Большой и Малый Тютерсы были закрыты для мореплавания ввиду минной опасности. За время практики курсанты посетили порты Таллинн и Рига, совершили заход на острова Моонзундского архипелага. Практика показала судоводителям, насколько трудно определять место положения судна в сложных метеорологических условиях. Механики с удовольствием несли вахты у дизельной установки. Радиотехники отрабатывали флажной семафор и вели радиосвязь с постами наблюдения.
Начальником учебного отдела назначен капитан 1 ранга В.С.Кучеренко, который сменил на этой должности С.С.Савина.
10 октября 1957 года при училище организовано заочное обучение судоводителей, судомехаников и радиотехников. Такая необходимость назрела. К этому времени старшее поколение командного состава вспомогательного флота стало уходить на пенсию, а молодое поколение не знало новые технические средства судовождения. На судах устанавливались современные энергетические установки. Паровые системы заменялись более экономичными дизелями.

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

В 1957 году на территории построено здание № 13 – котельная на газовом топливе, имеющее 5 водогрейных котлов производительностью 3,65 Гкал/ час. Корпуса связали подземными коммуникациями и подали тепло в помещения.
В июле 1958 года закончено строительство учебно-механических мастерских с цехами: кузнечный, сварочный, механический и слесарный. Теперь можно было организовать практику судомехаников в стенах училища.
23 октября 1958 года в должность заместителя начальника училища по политической части вступил капитан 2 ранга Шильников Николай Фадеевич, 1915 года рождения, русский, член КПСС, образование среднее. Цикл Военно-морской подготовки возглавил капитан 1 ранга Макаров Н.М.
20 декабря в училище пришла новая директива ГК ВМФ. Количество военнослужащих определялось числом 27, в том числе: контр-адмирал – 1, офицеров – 23, старшин – 3. Рабочие и служащие составили 141 человек, курсанты – 650, слушатели – 50, заочники – 150. В личном деле И.А.Декалина сохранилась интересная справка, выданная управлением ВСГ. В ней написали, что капитан 1 ранга Декалин И.А. является начальником Мореходного училища ВМФ. Его должность приравнивается к категории контр-адмирал.
Иван Андреевич Декалин прокомандовал училищем 8 лет. Он умер в январе 1973 года. Некролог по случаю его смерти был опубликован в газете «Советский моряк». И.Декалин продолжил закладку фундамента Мореходному училищу ВМФ, которому предстояло прожить долгую и интересную жизнь.
Блог Ровбут Михаила ОлеговичаЛ О М О Н О С О В С К О Е Мореходное училище ВМФ 6 - Глава II. Становление учебного процесса
Глава II. Становление учебного процесса

2.1. Руководящий состав мореходного училища.

7 сентября 1951 года в должность начальника Мореходного училища вступил инженер-капитан 1 ранга Декалин Иван Андреевич, 1903 года рождения. Выходец из семьи моряка-лоцмана в селе Пинская Ульяновской области, Иван Андреевич двенадцатилетним мальчиком пошел работать рассыльным на пристани. Лето 1917 года Иван Декалин проплавал учеником матроса на пароходе «Василий Лапшин». Здесь на Волге в Астрахани он вступил в профсоюз водников, связав свою жизнь с морем. 1918 год застал Декалина учеником матроса на пароходе «Петр Чайковский». Шла гражданская война. Вступив в отряд революционных моряков, он воюет против белогвардейцев на реках Волге и Каме. В 1920 году поступает учиться на курсы судоводителей, плавает на пароходах матросом, рулевым, затем третьим помощником капитана.
В 1925 году Декалина призвали в Красную Армию. Он успешно окончил полковую школу младших командиров и был назначен политруком роты. В 1927 году Иван Андреевич вступает в члены ВКП(б) и демобилизовывается из рядов Красной Армии. Он стремится учиться, оканчивает Куйбышевский рабфак и едет в Москву поступать в Институт транспорта. В ноябре 1930 года по желанию его переводят в Ленинград в Институт водного транспорта, который успешно оканчивает по специальности судовые энергетические установки.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

В 1933 году Ивана Декалина по решению ЦК ВКП(б) направляют на флот. Флоту нужны квалифицированные командиры-инженеры новой закалки. Приказом начальника Морских сил РККФ во ВМИУ им. Дзержинского организуют командирские курсы.
Среди выпускников 1935 года, окончивших курсы и защитивших диплом значится и фамилия Декалина. На развернутой полосе газеты «Дзержинец» № 32 (111) опубликована фотография И.А.Декалина и слова И.Сталина: «ТОВАРИЩИ! Вы окончили высшую школу и получили там первую закалку. Но школа – это только подготовительная ступень. Настоящая закалка кадров получается на живой работе, вне школы, на борьбе с трудностями, на преодолении трудностей». Начальник кафедры Колычев напутствовал выпускников: « Будьте внимательны и особенно внимательны к «мелочам» С первых же дней своей службы вырабатывайте практические навыки, присматривайтесь к работе ваших старшин – больших мастеров в выбранной вами специальности, не стыдитесь учиться у них, чтобы стать виртуозами инженерами – лучшими в мире советскими инженерами». Военный инженер Декалин с предписанием в руках направляется на Тихоокеанский флот.
Служба инженером-механиком в бригаде торпедных катеров приносит результаты. Системы двигателей требует доработки в процессе эксплуатации и ремонта. Под эгидой Военного Совета Тихоокеанского флота в бригаде разворачивается работа, направленная на сокращение сроков ремонта двигателей. В 1939 году Декалин посылает в штаб флота 8 рационализаторских предложений. Окончательное заключение дает технический отдел. Время идет, а рецензии все нет. Возникает почти детективная история о том, как военинженер 2 ранга Калиниченко хоронил рацпредложения Декалина. О ней написал в газете «Боевая вахта» № 83 (1253) от 11.04.1940 года капитан 2 ранга Ю.Серебряков – военный инженер Кронштадтского Морского завода. Автор закончил статью цитатой из передовой газеты «Правда» за 6 марта: « … А у нас есть и такие руководители, которые не говорят с людьми иначе, как поучающим резонерским тоном. Такие руководители игнорируют опыт масс, мысль, инициативу, идущую снизу». Борьба с флотским бюрократом закончилась благополучно. Декалин получил денежную премию и зеленый свет на внедрение собственных изобретений.
Иван Андреевич прекрасно понимал, что одними рацпредложениями нельзя повысить уровень подготовки специалистов среднего звена. Пользуясь любезностью редактора краснофлотской газеты «За кадры», он начинает публикацию ряда статей технического характера: «Происхождение и свойства жидких топлив» (№15 от 24.03.1940), «Некоторые поросы о трениях и смазки двигателей» (№ 10 от 31 марта 1941 года) и т.п. Творческий порыв Декалина заметил политический отдел и направил его в Учебный отряд Тихоокеанского флота командовать Электромеханической школой.
Началась Великая Отечественная война. Тихоокеанский флот не подвергался бомбежкам и артобстрелам. В Учебном отряде ТОФ продолжались занятия по полной программе. Офицеры порою завидовали матросам, которые получали назначение на Балтику, Север и Черное море. Там шли тяжелые бои с превосходящими силами противника. Мысли преподавателей хорошо выразил флотский поэт А.Смирнов:

Они ушли. И вот теперь на фронте
С врагом сражаются в боях –
И бьют они его по-краснофлотски,
И чувствуют себя, как на морях.

Учить тому, что нужно на войне – стало основной задачей Учебного отряда. Чтобы дать флоту хороших специалистов от преподавателей и инструкторов потребовалось большое педагогическое мастерство. Трудность состояла в том, чтобы приблизить учебу к боевым условиям. Опять заработало творческое начало Декалина. Помещение, где стояли макеты действующих механизмов, задымляли, имитируя пожар. Инструктор вводил неисправность в двигатель. Матрос должен был надеть противогаз, отыскать неисправность и устранить ее. Более сложная задача состояла в отыскании и устранении неисправности с закрытыми глазами. Такие тренировки проводились регулярно.
В 1943 году Учебный отряд ТОФ отмечал свое десятилетие. Десятки тысяч бойцов вышли из его стен и сражались за свободу и независимость социалистической Родины. Враг был отброшен от стен Москвы. Матрос Елисеев писал из Сталинграда: … «Мы бились за город Сталина, за свою Родину, за свой русский народ – поэтому мы и устояли. И не только устояли, мы сумели окружить огромную армию и 2 февраля закончили ее уничтожение и пленение». … У командиров-преподавателей была огромная уверенность в победе. Они тоже внесли огромный вклад в подготовку и воспитание кадров для кораблей и частей. В приказе командира отряда объявлена благодарность тт. Айзенберг, Декалину, Краснову, Ермолаеву и др.
В апреле 1944 года в газете «За кадры» № 25 И.Декалин публикует очередную статью «Основные понятия о работе двигателей», в которой разбирает работу двигателей внешнего и внутреннего сгорания. Паровые машины еще сохранились на старых тральщиках и буксирах, а паровые турбины – на новых сторожевиках и эсминцах. Статья написана четко, ясно и доходчиво для любого специалиста. В газете «За кадры» № 28 от 27 апреля 1944 года Декалин подводит итоги своей работы в Электромеханической школе. Он пишет о том, как много нужно еще сделать по совершенствованию учебно-наглядных пособий, макетов, моделей, механизмов и агрегатов, чтобы повысить качество подготовки специалистов. Нет бахвальства и самолюбования. «То, что сделано – хорошо, но надо делать еще лучше», - таков девиз офицера. Декалина всегда бесило, когда преподаватель рассказывал об устройстве турбины, используя только тетрадь, карандаш и линейку. Под его руководством в Учебном отряде ТОФ была создана хорошая материальная база обучения. За заслуги в подготовке специалистов для ВМФ инженер капитан 2 ранга Декалин был награжден орденом Красной Звезды.
25 июня 1944 года Школы отряда вторично посетил командующий Тихоокеанским флотом адмирал Юмашев. Он осмотрел учебные кабинеты, действующие модели и механизмы для наглядного и практического обучения, изготовленные инструкторами и преподавателями. Адмирал высоко оценил старшин и офицеров отряда, напомнив, что три выпускника Учебного отряда удостоены высокого звания Герой Советского Союза.
С июля 1948 года по август 1951 года инженер капитан 1 ранга И.А.Декалин проходил службу в должности начальника Отдела Труда и Кадров вольнонаемного состава Черноморского флота. Ему пришлось заниматься подготовкой кадров вольнонаемного состава, нормированием труда, организовывать социалистическое соревнование в учреждениях и на предприятиях флота. Однако служба в отделе его не устаивала, хотелось заниматься механикой и реализацией идей связанных с подготовкой инженеров механиков. Иван Александрович пишет рапорт с просьбой перевести его на преподавательскую работу. Рапорт Декалина был удовлетворен. 25 сентября 1951 года командующий ЧФ вице-адмирал С.Горшков подписал приказ № 117 с объявлением благодарности инженер-капитану 1 ранга Декалину И.А. за безупречную службу и хорошее руководство отделом.
Принимая Мореходное училище, Декалин имел опыт управления учебным заведением, и прекрасно знал, какими должны быть специалисты вспомогательного флота. Декалин вместе с Рагушенским обошел территорию, посетил учебные кабинеты и ротные помещения. Теперь можно только предполагать, о чем говорили два капитана 1 ранга, осматривая здания учебных корпусов, столовую и помещения, где проживали курсанты единственного в СССР Мореходного училища ВМС. Опытный преподаватель и командир Декалин сразу понял, что надо заниматься методической работой и оборудованием кабинетов. Как инженер-механик, Декалин занялся Судомеханическим отделением.
Изменился и состав управления училищем. Учебный отдел принял капитан 1 ранга Савин С.С., строевой - подполковник Примазон. Обязанности секретаря партийного бюро исполнял служащий Прозоров К.Л., а комсомольской организацией руководил лейтенант В. Маковой. Капитан 1 ранга Елацков А.А. распрощался с ЛМУ ВМФ и вступил в должность начальника Технического училища ВМС.
Планом приема в училище на 1952 год, утвержденным заместителем начальника Тыла ВМС, предусматривалась новая специализация техник-радист. На судах обеспечения ВМС устанавливались радиостанции, радиолокационное и радионавигационное оборудование. Для его эксплуатации и использования требовались специалисты, владеющие знаниями в области радиотехники. С этой целью в училище предполагалось создать радиотехнический отдел, который организационно замыкался на начальника судоводительского отделения. Что значит создать? Это не просто организовать нечто эфемерное в стиле классицизма или рококо. Создать – это значит мысленно продумать проект, выделить помещения для проживания курсантов, организовать лаборатории для обучения, разработать учебные планы и создать программы. А самое главное – найти людей, способных решать поставленную задачу и обеспечить их всем необходимым.. Решением этих вопросов занимались всю осень 1952 года. Отработав предложения по формированию радиотехнического отдела, Декалин сам поехал в Москву «утрясать» оргштатные вопросы.
Директивой ГМШ ВМС от 24 июля 1952 года при Мореходном училище предусматривалась организация годичных курсов по повышению квалификации командного состава вспомогательных и гидрографических судов ВМС. Декалин, прочитав документ, поморщился. Однако совещание начальников Судоводительского и Судомеханического отделений все же назначил. На совещании после долгих споров решили курсы организовать, но проводить их во второй половине дня после того, как закончатся основные занятия с курсантами.

Общетехнический цикл с 1949 по 1962 год возглавлял Богомольный А.Е.. Несмотря на трудности послевоенного времени, ему удалось подобрать хороший педагогический коллектив. На младших курсах обучение шло по программам средней школы: русский язык, физика, химия, математика, черчение, история, география и другие предметы. На этом же цикле преподавали техническую механику, сопротивление материалов и т.д. Преподаватели Пейсихис Н.Л., Рудакова Е.Н., Ковалев В.Н., Кашунин Р.А., Максимов И. и другие уделяли много внимания курсантам, обеспечивали самоподготовку, как обязательный элемент профессионального обучения.
На Судомеханический цикл пришли новые преподаватели. Курс паровых машин вел Николай Александрович Маренков. Он прошел все ступени иерархии судового механика от кочегара до старшего механика, сумел защитить кандидатскую диссертацию. Он оказался не только хорошим педагогом, но и воспитателем. Имея богатый жизненный опыт, Маренков прививал любовь к профессии, разъяснял правила отношений между людьми в экипаже и многое другое, что не написано ни в каких учебниках. Вспомогательные судовые механизмы очень доходчиво преподносил Богомольный А.Е. Учебников было мало, курсанты вели подробные конспекты, которые пригодились во время работы на вспомогательном флоте. Дисциплину «Электрооборудование судов» вел Газе, а паровые турбины талантливый преподаватель Арнольд Григорьевич Верете. «Теорию и устройство корабля» - Катин.
Цикл Военно-морской подготовки постепенно пополнялся новыми преподавателями. В училище прибыл для дальнейшего прохождения службы капитан 2 ранга Михаил Павлович Рупышев. Во время войны он командовал 6-м дивизионом тральщиков Ладожской военной флотилии. Он окончил мореходное училище, ходил в море на транспортных судах. С началом войны отправился в военкомат. При составлении документов на новобранцев бестолковый писарь вместо специальности «штурман» записал «штукатур». Не долго думая, военкомат направил Михаила Павловича в инженерные войска, где определили сапером. Оправдываться за ошибку писаря пришлось долго. В конце концов разобрались и назначили на флот, где присвоили офицерское звание. Командуя тральщиком УК-4 («ижорец»), Рупышев в августе 1941 года доблестно под огнем финских батарей вывозил из окружения бойцов 23-й армии.
Завершив третий год обучения, 13-ю группу в июне 1951 года отправили сначала в отпуск, а затем для прохождения практики в Севастополь. Курсанты Алепко, Аристов, Баранов, Козлинский и Малофеев были распределены на буксир МБ-33. При водоизмещении 1200 т и мощности 1200 сил буксир имел автономность 35 суток и при полном запасе топлива был способен пересечь океан. Паровая машина работала на жидком топливе, запас которого составлял 450 тонн, что сравнимо с небольшим танкером.
Буксир стоял под парами, ожидая распоряжения с берега следовать в Балаклаву. Курсанты едва успели забежать на судно, как сыграли «Аврал» и стали выбирать якорь.
Севастопольская бухта неповторима. На рейде стояли на бочках линкоры «Севастополь» и «Новороссийск», крейсеры «Ворошилов», «Красный Крым» и «Красный Кавказ». У стенки судоремонтного завода – крейсеры «Молотов» и «Керчь», введенные, как и «Новороссийск», в состав ВМФ СССР после раздела итальянского флота.
Капитаном МБ-33 был известный на вспомогательном флоте герой войны и орденоносец Георгий Елизарович Фалько. Спокойный и рассудительный человек никогда не кричал на подчиненных. Экипаж буксира был хорошо отработан. Это вызывало чувство глубокого уважения к труженикам моря. Курсантов поставили на довольствие и определили кубрики для проживания. В отличие от «Ямала» буксир был новым и американским. Восемь таких буксиров СССР приобрел у США в 1949 году. Суда благополучно пересекли океан и оказались в Севастополе.
Первое, что бросилось в глаза – наличие в провизионной кладовой морозильной камеры, на камбузе – расходный холодильник, а в столовой команды наличие колонки с охлажденной питьевой водой. Кубрики были оборудованы трехярусными койками, здесь же находилась и машина брашпиля. Электрический колокол громкого боя грохотал так, что был способен мертвого поднять и поставить в строй по авралу.
В Балаклаве находился дивизион трофейных тральщиков, которым согласно приказ-заданию следовало мазут. Увидев МБ-33, флагманский механик дивизиона криком свое крайнее возмущение: «Вы бы еще на волах и в бурдюках мазут возили!» Капитан Фалько не отреагировал на крики с берега, а запросил место стоянки в бухте. Тральщики подходили по одному, становились лагом к буксиру, который передавал топливо. Передачей руководили старший помощник и старший механик. Слышались только команды: «Открыть горловины!», «Подать шланги и закрепить!», «Включить насосы!». Через полтора часа все тральщики были заправлены мазутом.
Второй механик МБ-33 – Федор Примак тоже был героем войны. Вот только образования у него было маловато – всего четыре класса. Опыт работы на угольных судах не соответствовал требуемому уровню квалификации. Это не могло не сказаться на качестве эксплуатации силовой установки буксира. Машина буксира фирмы Скиннер, как и все новые машины того времени, работала на перегретом паре, поэтому в ее паровые цилиндры постоянно малыми дозами подавалась смазка – цилиндровое масло. Для машины хорошо, а для котлов – смертельно. Попадая на поверхность нагрева котла, масло прилипало к ней и препятствовало охлаждению, поскольку теплопроводность масла в 500 раз хуже, чем у стали. Детали котла теряли прочность и разрушались. Чтобы масло на котел не попадало вместе с конденсатом перегретого пара, ставились фильтры из кокса, активированного угля или махровой ткани. Американцы решили эту проблему проще. Согласно инструкции по эксплуатации в конденсат вводился раствор алюминиевых квасцов, что вызывало сворачивание масла в хлопья и осаждение хлопьев на слое кварцевого песка в фильтре. Поскольку 2-й механик этого не знал, то решили отмыть песок от масла. Содержимое фильтра выгрузили в большие поддоны, рядом поставили корыто с бензином и отмывали песок, перемешивая его лопатой. Отмытый песок снова загружали в фильтр.
Закончив работу по совету стармеха стали осматривать котлы системы Бабкок-Вилькокс. Когда открыли лючки и получили доступ к трубкам, то просто ахнули. Трубки были покрыты не какой-нибудь пленкой, а хорошим слоем масла. Сделав пыжи из пакли, за два дня бензином отмыли внутреннюю полость обоих котлов.
Ходовые испытания показали надежную работу паровой машины. Суда обеспечения флота выходили в море почти ежедневно. Корабли Черноморского флота были рассредоточены на большой территории побережья. За время практики удалось побывать в портах Феодосия, Новороссийск, Батуми. Из Казачьей бухты Севастополя в Поти тащили на буксире артиллерийский щит для общефлотских учений.
В Новороссийском порту курсанты молча с обнаженными головами, отдали честь полузатопленным обломкам легендарного лидера «Ташкент». На мостике МБ-33 без фуражки стоял капитан Георгий Фалько.
После Поти буксир снова вернулся в Севастополь, забрал щит для тренировки бомбардировщиков и отвел его в Черноморское. Бывшее татарское поселение Ак-Мечеть или по-русски Белая Церковь, а теперь Черноморское славилось дешевым рынком и прекрасным песчаным пляжем. Абрикосов было навалом. Ведро фруктов стоило 3 рубля. При стипендии 70 рублей и казенном питании можно было позволить себе съесть и ведро фруктов.
На учение авиации было отведено три дня. Рано утром буксир выходил из порта, имея за кормой огромный деревянный щит на понтонах. В заданном районе буксирный трос травили до 900 метров и делали галсы, сохраняя курс и скорость. Огромные четырехмоторные бомбардировщики Ту-4 заходили над целью и сбрасывали учебные бомбы на щит. Экипажи работали с большой высоты, сбрасывая свой груз сериями. Бросив бомбы, бомбардировщик уходил на второй заход. В это время над целью заходил второй самолет, а за ним третий. Так повторялось в течение дня несколько раз. Сначала было страшно, но потом привыкли. За воздухом наблюдал сам Фалько, давая редкие команды рулевому. Как-то раз, он выразился: «Мазилы, «Юнкерсы» в 1941 работали точнее».
После учений МБ-33 получил приказ следовать в Николаев и вывести крейсер после ремонта через лиман Южного Буга. Простояв неделю без дела, буксир, наконец, подвели к высокому борту корабля. С носовой части какой-то молодой матрос пытался подать бросательный конец, а боцман его принять. Старпом матерился по громкой связи, выражая свое возмущение по поводу подготовки швартовой команды. Воодушевленный матом матрос бросил легость и попал на корму. В это время с мостика прозвучала команда: «Буксирный конец не подавать, следуем в Одессу!»
Согласно полученной радиограммы, в Одессе необходимо взять буксир шхуну и отвести ее в Севастополь. В Одессу пришли в полночь. Город еще сиял огнями. С берега доносились звуки музыки, которые заглушал шум работающего порта. Шхуну нашли в затоне. Буксир ошвартовался рядом, буксирный конец завели, а утром в 5 часов уже прощались с Воронцовским маяком.
Практика на МБ-33 заканчивалась, с буксиром расставаться не хотелось. В разгар сборов в кубрик неожиданно зашел Георгий Елизарович Фалько. Высокий, худой человек говорил медленно, как бы взвешивая каждое слово. К такой манере поведения капитана курсанты уже привыкли. Присев на койку, он расспросил каждого курсанта о том, что понравилось на буксире. Речь зашла об эксплуатации паросиловой установки. Фалько спросил:
- Откуда вы знаете особенности нашей энергетической установки? Ведь благодаря вашей бдительности и работе мы остались с рабочей машиной. Мне докладывал старший механик о том, что вы сделали во время стоянки в Севастополе. Похвально.
- Нас этому научил преподаватель Маренков, - ответил курсант Козлинский. – Еще на вахте при возвращении из Балаклавы стало ясно, что машина не выходит на полную мощность. Давление пара в норме, а скорости нет. Об этом мы и доложили старшему механику.
- Спасибо, не ожидал, - ответил Фалько. – Во время войны мне пришлось командовать буксиром СП-7. Война застала нас 21 июня вечером, когда наш буксир обеспечивал постановку кораблей на рейде после прошедших учений. В три часа ночи мы услышали гул самолетов. Приморский бульвар был ярко освещен, и мы увидели кресты на бортах. Корабли открыли зенитный огонь и один самолет сбили. Так началась для нас война.
Георгий Фалько попрощался с каждым курсантом за руку, пожелал удачи и успехов учебе. Старший помощник снабдил всех кефалью холодного копчения.

Стажировка

Начальником Судоводительского отдела в 1951 году назначен капитан 3 ранга Макаров Николай Максимович, 1919 года рождения. Он не успел окончить ВВМУ им. М..В.Фрунзе и с началом войны прошел ускоренные курсы по артиллерийской подготовке и отбыл в распоряжение Военного совета Сибирского ВО. Командовал противотанковой батареей на Ленинградском фронте. В 1944 году был откомандирован на Балтийский флот, где получил назначение на должность командира сторожевого катера. Принимал участие в освобождении Прибалтики командиром «СК-171». Флагманский штурман дивизиона морских охотников. Окончил Высшие офицерские курсы и получил назначение флагманским штурманом Рижской ВМБ (1947-50). Капитан 2 ранга (1952), капитан 1 ранга (1957). Награжден орденом Красной Звезды (1943), медалью За оборону Ленинграда (1943), медалью За Боевые заслуги (1950). Уволен а запас по болезни в 1961 году.
Опытный офицер хорошо знал акваторию восточной части Финского залива. Теперь ему предстояло осваивать управление учебно-парусным судном, организовывать учебный процесс и руководить практикой.
Практика курсантов проводилась с 15 мая по 15 ноября 1952 года. Судоводители получали практические навыки на учебной шхуне «Чайка», механики 1 курса учились обработке металла в мастерских ВВМИУ им Дзержинского, знакомились с производством дизелей на заводе «Русский дизель». Радистов направили на суда УВСГ на Северный и Черноморский флоты. Всего практику прошли 555 курсантов. Сборная команда училища завоевала 1-е место по плаванию на 200 и 500 метров. На первенстве ДОСААФ шлюпочная команда вышла только на 4-е место. Соревнования по гребле на ялах проводились и в Мурманске. Курсанты выступали за Отдел вспомогательных судов и гаваней, завоевали переходящий приз и заслужили благодарность от командования.
В 1952 году курсанты выпускного курса ЛМУ ВМФ впервые проходили шестимесячную стажировку на военных кораблях Балтийского флота. Стажировкой руководили офицеры Военно-морского цикла, который после Н.Макарова возглавил капитан 1 ранга Григорьев. Обширная программа предусматривала изучение конструкции корабля, использования оружия, энергетической установки, корабельного расписания и других элементов, необходимых офицеру запаса.
Группе механиков-паросиловиков предстояло пройти военный сбор на боевых кораблях. 1 сентября весь курс механиков прибыл ночным поездом в Таллинн. Курсанты были в военной форме с погонами курсантов-выпускников ВВМУ. Воинское звание мичман котировалось в то время высоко, поэтому все ребята очень гордились, пришивая погоны к своим форменкам. Группу распределили по тральщикам 23 дивизиона. Это были трофейные немецкие тральщики типа М-40. И.Алепко и Д.Аристова назначили на флагманский тральщик Т-701. Кораблем командовал капитан-лейтенант И.Ф.Белых, должность замполита исполнял Коваленко, а БЧ-5 возглавлял Лохов. Стажеров поселили в каюту доктора Плиткина. По штату у немцев экипаж тральщика составлял 80 человек. На флагманском корабле вместе с практикантами экипаж увеличился до 110 человек. Возникла проблема с размещением людей, но ее быстро решили, раздобыв подвесные койки.
Команда и корабль оказались отличными во всех отношениях. Тральщик Т-701 для траления мин не использовали. Боевые задачи сводились к доставке военного снаряжения и сопровождения судов в восточной части Финского залива. В конце декабря корабль сопровождал ледокол «Волынец», отремонтированный финнами в счет репарации.
Ледокол ожидали на рейде у острова Ханко. Тральщик изрядно болтало на волне. С головы одно из матросов ветром сорвало и унесло за борт шапку-ушанку. Командир приказал спустить шлюпку, шапку найти и подобрать. Несмотря на приличную волну и сильный ветер приказание было исполнено. Такое поведение командира способствовало росту его авторитета и морской выучки личного состава.
Некоторые курсанты группы во время стажировки исполняли обязанности не только старшин команд, но и командиров боевых частей. Такое положение свидетельствовало о высокой оценке уровня подготовки курсантов Мореходного училища ВМС.

24 июля 1952 года Военно-морской министр вице-адмирал Н.Кузнецов приказал увеличить численность обучаемого контингента с 600 до 1200 человек за период до 1954 года. Ежегодный набор курсантов на первый курс должен составлять 350 человек. Приказом предусматривалось завершение строительства зданий Мореходного училища к 1954 году.
Чрезвычайные происшествие случилось 24 сентября 1952 года. Во время драки в поселке Вырица был убит курсант Соболь Г.Г и ранен Кудрявцев Е.А. Этот случай разбирался на комсомольских собраниях подразделений, где было принято решение укреплять воинскую дисциплину.
За чрезвычайным происшествием последовала строгая комиссия по проверке политико-морального состояния, воинской и трудовой дисциплины, организации службы. По результатам проверки был написан серьезный акт. В акте предлагалось разработать положение «О Мореходном училище ВМС» и уточнить правила внутреннего распорядка. Далее следовал длинный перечень замечаний с указанием конкретных сроков их устранения.

В начале марта 1953 года умер великий вождь «всех времен и народов» Иосиф Виссарионович Сталин. По всей стране был объявлен траур. На период траура в Мореходном училище отменили занятия, предоставив политработникам, время для изучения Истории КПСС, в которой прослеживалась мудрость вождя со времени революции. Люди замерли в ожидании новых свершений, к которым не были готовы. Наконец страсти улеглись, вождя похоронили 9 марта 1953 года со всеми почестями. Новым секретарем ЦК ВКП(б) был избран Никита Сергеевич Хрущев. Из Москвы доносились сообщения о вводе танков на Красную площадь. Лаврентий Павлович Берия был арестован, признан шпионом и врагом народа. О его расстреле ходили таинственные слухи. Положение в стране было напряженным, никто не знал, что будет завтра.
Политические события не мешали работе учебного заведения. Провинциальный Ораниенбаум (Рамбов), как продолжали называть город местные жители по привычке, находился далеко от олимпа власти. Единственно, что стало заметным, люди перестали шушукаться по углам, и открыто выражали свои мысли.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

11 марта 1953 года состоялся 3-й выпуск специалистов для вспомогательного флота. 14 курсантов окончили с отличием. Всего было выпущено 99 человек, из них 28 штурманов, 45 судомехаников и 26 паросиловиков. Лучшими по успеваемости были признаны курсанты: Леонтьев А.И., Алепко И.Г., Голиков М.А., Музыка М.Я.. В торжественной обстановке выпускникам вручили дипломы, отличникам карманные часы с гравировкой. Банкет был устроен, но праздника не получилось, поскольку страна переживала траурные дни. За 1952-53 учебный год было отчислено 38 человек, в том числе 10 по неуспеваемости. Курсантам этого выпуска впервые в истории ЛМУ было присвоено воинское звание младший техник-лейтенант запаса.



1 мая 1953 года пришло новое штатное расписание, которое включало должности преподавателей радиотехнического цикла, который должен был готовить специалистов по радиотехнике. Кроме этого были введены должности заместителей начальников отделений по политической части, а в ротах – старшины рот. Нововведения были направлены на повышение уровня воинской дисциплины и усиления партийного влияния на личный состав.
6 августа случилось ЧП. Курсанты 4-го курса Судоводительского отделения Петров В.В. и Смирнов В.Н. ушли в самовольную отлучку. Считая себя «опытными» моряками, они вышли на лодке в Невскую губу. Лодка перевернулась. Тела курсантов были обнаружены в районе Сестрорецка. Декалин тяжело переживал гибель молодых ребят. Командир роты получил взыскание.
В 1953 году состоялась самая крупная по численности курсантов практика. В ней принимало участи 670 человек. По-прежнему Судоводительское отделение выручало учебное судно «Чайка». На парусник направляли курсантов окончивших первый курс, которых следовало «оморячить». После второго курса шла производственная практика на военном заводе №180 и заводе «Русский дизель». Третий курс направляли на суда УВСГ. Выпускники стажировались на боевых кораблях. Практика завершилась успешно.
14 марта 1953 года введен новый штат. Численность военнослужащих в училище составила 61 человек, вольнонаемных 337, а курсантов 1200. Курсанты были сведены в 12 рот. Управлять таким коллективом становилось трудно. Ежедневно Декалину приносили на стол десятки рапортов, половина из которых состояла из докладов о нарушении дисциплины. Начальники отделений жаловались на пропуски курсантами занятий и снижение успеваемости. Требовалось срочно принимать меры. В состав Судоводительского и Судомеханического отделений ввели должности заместителей по политической части, освобожденных секретарей комсомольских организаций и старшин рот из числа сверхсрочнослужащих. Командованию училища казалось, что такой подход позволит повысить уровень управления коллективом курсантов. Однако по непонятным причинам 20 октября этого же года из штата исключили должности командиров и старшин учебных рот Судомеханического и Судоводительского отделений. Сократили должность заместителя начальника Курсов переподготовки по политической части. Декалин позвонил в Москву. Начальник управления ВСГ ответил, что идет реорганизация структуры управления ВМС и следует ожидать очередного изменения штатного расписания.
1954 год училище преследовал какой-то рок. Погиб при неизвестных обстоятельствах курсант Романовский В.Г.. Он ехал на поезде в отпуск. Его тело нашли на перегоне Путятино-Пантелеево Северной железной дороги. 24 июля 1954 года в проливе Бьерке-Зунд во время парусных учений на вельботах утонул курсант Павлов А.П.. Москва посылала телеграммы со словами: «усилить, укрепить, наказать». Политический отдел проводил бесконечные собрания, мешая учебному процессу. Декалин стал нервничать и жаловаться врачам на боли в сердце. Постепенно страсти улеглись, и жизнь в училище стала приходить в норму.
Блог Ровбут Михаила ОлеговичаЛ О М О Н О С О В С К О Е Мореходное училище ВМФ 5 - 1.9. Учебная практика
1.9. Учебная практика

В течение лета курсанты, оставшиеся в училище, занимались заготовкой лесе, косили траву в Усть-Рудице и работали на строительстве в качестве подсобных рабочих. Работами по заготовке в Копорье руководил боцман Москалев. В его распоряжение была выделена автомашина ЗИС-5 и 12 курсантов.
Комиссия по новому набору работала постоянно. В июне 1949 года в училище прибыла группа юнг из Рижской школы ОВСГ для зачисления курсантами и прохождения практики. Из шести юнг оставили только Федорова, Соколова, Игнатьева и Максимова. Остальных отправили обратно, как не принятых приемной комиссией.
В сентябре 1949 года на территории училища организовали посадку фруктовых деревьев. Начальник финансового отдела выделил на покупку саженцев 600 рублей из резерва командира части. К посадочным работам привлекли вольнонаемный персонал и курсантов.
В ноябре 1949 года транспорт «Тиина» был передан отряду судов ВМФ, а штат упразднен. Капитана Каврайского назначили на должность начальника плавсредств училища. Боцмана Киреева перевели на должность матроса II класса «БУК-36».
Летом 1950 года в училище нагрянула комиссия из Управления Труда и кадров ВМС. Комиссия признала, что училище является организационно законченным учебным заведением, способным решать свои задачи. Это была высокая оценка для всего коллектива училища.
Практика 1950 года проходила на учебном судне «Чайка», мастерских ВВМИУ им Дзержинского и на судах УВСГ Балтийского, Северного и Черноморского флотов. Доклады руководителей практики поступали в училище регулярно. Огорчило ЧП. Во время купания в реке Нева утонул курсант 1 курса Медов Г.А.. Последовала инспекторская проверка управления ВМУЗ. Придраться было не к чему. Начали копать на цикле Военно-морской подготовки. Вывод был неприятным. Комиссия признала низкий уровень подготовки курсантов, а планирование учебного процесса на цикле неудовлетворительным. Начальник цикла ВМП капитан 1 ранга Савин Сергей Степанович, как опытный офицер и хороший моряк понимал, что теоретически можно учить чему угодно. Не хватало стажировки курсантов на боевых кораблях для того, чтобы выпускникам присваивать воинское звание офицера запаса. Рагушенский посоветовал Савину не расстраиваться, а включить стажировку курсантов в учебный план.

В конце мая 1950 года 13 группу судомехаников направили в Архангельск. Руководитель практики преподаватель СМЦ Н.Г.Чернявская распределила курсантов на суда Вспомогательного флота. Д.Аристова, В.Козлинского, Г.Горева и И.Алепко назначили на пассажирский пароход «Ямал», который находился в Соломбале и заканчивал подготовку к навигации. Он бы построен в 1912 году на английской судоверфи в Ньюкастле вместе с двумя систершипами «Умбой» и «Юшар», которые прибыли в Архангельск, где так и застряли, пережив революцию и войну. Пароходы имели водоизмещение 1200 т, два двухтопочных паровых цилиндрических котла обеспечивали паровую машину тройного расширения, мощности которой вполне хватало, чтобы пароход мог развивать скорость 12 узлов. На это старое «корыто», как его сразу прозвали местные остряки, были направлены будущие паросиловики.
Суровый стармех огромной мозолистой рукой сгреб курсантов в кучу и тут же опустил в кубрик.
-Ребята! Вы мне нужны позарез. Сами понимаете, скоро навигация, а людей не хватает, особенно, молодежи. Думаю, мы сговорился.
-Конечно, сговоримся, - ответил кто-то из курсантов за всех. Одежонку бы нам приличную, да ботиночки для работы.
-Все достанем и организуем, - радостно засуетился стармех.
Шуточку Н.Г.Чернявской, пославшей практиковаться отличников учебы на это «корыто», курсанты оценили позже. «Чудо техники» позволяло освоить навыки кочегара и пройти хорошую физическую подготовку. В Архангельске «Ямал» считали легендарным. За годы службы на флоте он сумел трижды побывать на дне морском. Еще до войны на пароходе развозили грузы по побережью Северного Ледовитого океана. В проливе Вилькицкого, проходя ледяное поле, «Ямал» получил пробоину в первом трюме и затонул вблизи берега. Второй раз он тонул от пробоины, сделанной неразорвавшейся бомбой ухитрившейся проскочить аккурат между котлами. Пароход сел на дно при отливе на небольшой глубине. Вскоре его подняли, пробоину залатали и пустили в рейсы развозить людей и грузы до очередного налета авиации. Третий раз «Ямал» поразила авиаторпеда. Она пронзила оба борта через кочегарку насквозь и не взорвалась. Дыры в обшивке заделали, и снова старый пароход стал бороздить северные моря.
На судне было три класса пассажирских помещений: 1-й класс четырехместные каюты на главной палубе, 2-й класс – матросский кубрик на 32 человека с железными койками над носовым трюмом, 3-й класс – кормовой твиндек (мрачное помещение с проржавевшей насквозь главной палубой, деревянными диванами вдоль бортов и ужасным гальюном). Именно это помещение и досталось для проживания курсантам. Козлинский раздобыл у боцмана краски, остальные курсанты, вооружившись карщетками, быстро очистили помещение от паутины и грязи.
После ходовых испытаний и уничтожения девиации «Ямал» отправился в круиз вдоль побережья Белого моря к маякам и островам. Пассажиров было немного, каюты третьего класса не пользовались спросом. Курсанты побывали на островах Сосновец и Моржовец, посетили Соловецкий архипелаг. Заходы в гавани Йоканьга, Поноя и Беломорск позволили ближе ознакомиться с красотами Севера и условиями плавания.
В начале августа «Ямал» принимал участие в маневрах Северного флота в качестве десантного судна. Проболтавшись в море с батальоном морской пехоты на борту, курсанты вспомогательного флота обеспечивали высадку десанта в районе Северодвинска.
В конце августа пришло распоряжение снять всех курсантов-механиков с «Ямала» и направить в Мурманск для продолжения практики. Экипаж «Ямала» попрощался с курсантами и ушел в море. Три дня пришлось жить на пароходе «Красногвардейский». Капитан рассказывал, что этот пароход когда-то назывался «СЛОН» (Соловецкий лагерь особого назначения). Во время войны лагерь расформировали, а пароход переименовали.
Пользуясь свободным временем, курсанты знакомились с Архангельском и его известной слободой под названием Соломбала. Соломбала упоминается в списке Двинских земель, составленном в 1514 году. Название произошло от сочетания двух саамских слов: суоло – остров и ломпь – болото, что означает болотный остров. Окончание «ла» означает поселение. В 1693 году Петр I основал на этом месте Адмиралтейство для строительства военных кораблей. Позднее в 1702 году появился город Архангельск, который вскоре стал губернским. В XIX веке Архангельск связали железной дорогой с Вологдой и сделали базой освоения Арктики. Именно отсюда стартовал ледокольный пароход «А.Сибиряков» в 1932 году, который преодолел Северный морской путь в течение одной навигации.
Вскоре прибыл морской буксир МБ-8, который за двое суток доставил курсантов в Мурманск прямо к причалу ОВСГ. Рядом стоял МБ-10 аналогичной постройки. Оба судна были паровыми, где требовались кочегары. Нина Георгиевна Чернявская не стала нарушать дружеских отношений, сложившихся между курсантами. Алепко, Горев, Баранов, Егоров и Козлинский отправлялись на МБ-10, который стоял под парами, ожидая команды на выход.
Кольский залив красив, но скучен однообразными пейзажами. Погода менялась на глазах. Вроде недавно светило солнце и было тепло, как вдруг небо затягивалось тучами, и задувал холодный ветер. Вдоль берегов на мели торчали останки американских транспортов типа «Либерти». После перехода Атлантики на длинной волне транспорта часто ломались в районе средней надстройки. Кто и как их затащил сюда неизвестно.
Вскоре прошли поселок Полярный. Сигнальщик фонарем запросил «Добро» на проход мимо базы подводных лодок. Впереди был мыс, а за ним бухта Оленья – конечная цель плавания буксира.
МБ-10 чадил ужасно. Длинная шапка дыма тянулась далеко за кормой и таяла за горизонтом. Уголь был печорский. При горении он давал длинное белое пламя с выделением большого количества тепла. Машина не могла поглотить больше пара, его излишки выпускал предохранительный клапан. Содержавшаяся в угле «порода» расплавлялась и превращалась в шлак, который закупоривал колосниковые решетки и сокращал горение. Поэтому второй задачей кочегара являлась очистка решеток. Все это нужно было понять на практике. Для удаления шлака использовалась специальная кочерга, которую почему-то прозвали «понедельником». Ею подламывали шлак и удаляли из топки. Работа была не из приятных. Один кочегар открывал топку, второй орудовал «понедельником». Наготове стояли ведра с водой, которыми тушили шлак и обливали кочегара. Важно было не «простудить» котел. Свежая порция угля весело разгоралась, и машина продолжала работать.
Питание на буксире было неважное. На «Ямале» буфетчица готовила лучше и вкуснее. Здесь привыкли к белому хлебу с маслом и чаю. Обед состоял из сушеных овощей и мяса с сильным душком. Команда буксира привыкла к такому ассортименту и ела с аппетитом. Возмущались курсанты, которые работали в полную силу за кочегаров. Протест дошел до капитана – старого «морского волка». Выслушав старпома, он буркнул: «Дойдем до Мурманска, а там решим».
Ошвартовались как обычно у седьмого причала рядом с МБ-8. Оставалось заглушить котел и сделать приборку. Практика заканчивалась, подошло время возвращаться в училище. Соседи с МБ-8 сообщили, что приходила Чернявская и сказала, где и когда собираться.
Капитан МБ-10 ходил по мостику хмурый. На вопрос: «Где старпом? - не отвечал. Аристов, Горев и Алепко собирали вещи. Баранов и Егоров сдавали боцману казенное имущество. Вениамин Козлинский прикидывал расходы на дорогу домой.
Вскоре на пирсе появился старпом и матрос. Матрос тащил два ведра, старпом нес кису. Теперь можно было идти подписывать документы и ставить печати.
Через час объявили: «Команде обедать!» Курсантов предупредили обязательно быть в кают-компании. Кушать сушеный картофель с тухлым мясом или старой селедкой не хотелось. Но нельзя не выполнить распоряжение капитана.
С камбуза пахло чем-то вкусненьким. Стол в кают-компании был покрыт белой скатертью. На столе стояла большая сковорода жареной картошки. Отдельно в большом лагуне таилась свежая рыба. Капитан поблагодарил всех курсантов за работу и выдал справки о прохождении практики.
После возвращения из Мурманска из 13-й группы был отчислен курсант Николай Долгов за сокрытии факта пребывания на оккупированной территории. Был предан суду курсант первого набора Петр Краснобай, который утверждал, что принимал участие в партизанском движении в Крыму. Проверка компетентными органами показала, что действительно принимал, но на стороне немцев, которым показывал, где прячутся партизаны.
В конце 1950 года политический отдел Тыла Лен.ВМБ проверил состояние партийно-политической работы в училище. Выводы были серьезные. В заключительном акте отмечался низкий уровень партийно-политической работы, слабая борьба за отличную учебу и дисциплину. Комиссия отметила большое число неудовлетворительных оценок и факты грубого нарушения воинской дисциплины. Скрывать от комиссии было нечего. Все нарушения были документально отражены в приказах начальника училища.
Рагушенский, как мог, успокаивал подполковника Свирина, считая, что все комиссии направлены против здравого смысла и беспокоиться не о чем. Повторная проверка в январе 1951 года показала правоту его взглядов. Комиссия политического отдела базы отметила более устремленную партийно-политическую работу, активность партийных собраний. Критика и самокритика стали более конкретны и действенны.


1.10. Первые выпуски специалистов Вспомогательного флота
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

За 1950-51 учебный год из училища было отчислено 22 курсанта, в том числе 7 по неуспеваемости. 15 апреля 1951 в училище был произведен первый выпуск специалистов для вспомогательного флота в количестве 103 человек (38 судоводителей и 65 судомехаников). Диплом с отличием получили курсанты: Гуричев Н.Н., Мазепа И.Е., Хватов В.П., Селиверстов А.А., Камчатов Г.К. Молодые специалисты получили распределение на суда Балтийского, Северного, Тихоокеанского и Черноморского флотов. 15 апреля 1951 года состоялся большой праздничный вечер, на котором с речью выступил Евгений Федорович Рагушенский. Он отметил огромный вклад коллектива училища в организацию и становление учебного заведения. Выпускников, окончивших училище с отличием, наградили ценными подарками и предоставили возможность самостоятельного выбора места службы.
Иван Мазепа получил назначение на танкер «Койда» Северного флота третьим помощником капитана. За десять лет работы на вспомогательном флоте он вырос до капитана этого танкера
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.
, окончил высшее Мореходное училище в Мурманске. Позднее командовал танкерами «Волхов», «Вязьма», «Кола». По стопам отца пошел и сын. Мазепа младший окончил ЛМУ и стал старпомом танкера «Капитан Осипов», названного в честь Сергея Осипова – выпускника Ломоносовской «Мореходки». Так складывались династии моряков вспомогательного флота.


Старшие офицерв ЛМУ ВМФ: Грустан В.Д. , Улыбин А.С., Елацков А.А., Рагушенский Е.Ф., Свирин П.Н., 1949 г.



5 августа 1951 года училище произвело 2-й выпуск специалистов: 37 штурманов, 22 дизелиста и 43 механика по паросиловым установкам. С отличием училище окончили курсанты: Лаков А.Е., Рысаков А.И., Васильев Г.И., Павлов В.М., Соловьев В.И., Конев В.И., Бурцев В.А., Евсеенков В.С., Камусикин В.С., Ивановский И.Ф., Антонов В.М., Зуйков В.М.. Не сдал государственные экзамены судомеханик Кузнецов В.А..
Читателю этой истории может показаться странным, почему в один и тот же год училище произвело сразу два выпуска молодых специалистов. Данное положение объясняется разным уровнем подготовки курсантов первых наборов. Одни молодые люди имели неполное среднее образование, другие окончили школу юнг или уже имели опыт плавания на судах Вспомогательного флота. С каждым абитуриентом проводилось индивидуальное собеседование, проверялись знания основного учебного материала. Приемная комиссия рекомендовала командованию, какого курсанта, на какой курс зачислить. В результате такого отбора в училище образовалась группа досрочного выпуска.
На спортивных соревнованиях команды ЛМУ ВМС заняли 1-е место по флажному семафору, 2-е по гребно-парусным гонкам и 2-е по волейболу. Спортивно-массовая работа в училище была организована на высоком уровне.
В конце 1951 года Евгений Федорович Рагушенский был направлен в Москву в Управление Вспомогательных судов и гаваней (УВСГ). Его здоровье нуждалось в лечении. Служить ему пришлось недолго. В 1952 году он был уволен в отставку по болезни. Рагушенский исполнял обязанности начальника училища 5 лет. Ему досталось самое трудное время в становлении учебного заведения.
Капитан 1 ранга Елацков А.А. в 1952 году был назначен начальником Технического училища ВМФ в Ломоносове. Учебный отдел в ЛМУ ВМФ возглавил капитан 1 ранга С.С. Савин.
Блог Ровбут Михаила ОлеговичаЛ О М О Н О С О В С К О Е Мореходное училище ВМФ 4 - ФИЗИЧЕСКОЕ ВОСПИТАНИЕ
ФИЗИЧЕСКОЕ ВОСПИТАНИЕ

С момента основания Мореходного училища ВМС задачи общего физического воспитания курсантов были возложены на цикл Военно-морской подготовки. Первый набор курсантов в 1947 году показал, что молодые люди могут хорошо бегать, прыгать, метать гранату и выполнять несложный комплекс физических упражнений на турнике, кольцах и брусьях.

Лыжная команда ЛМУ на фоне Катальной Горки
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Основным увлечением молодежи, естественно, были спортивные игры в футбол, волейбол, баскетбол. В зимний период профилировались гонки на лыжах и игра в хоккей.
В основу физического воспитания молодежи в то время был положен комплекс ГТО (Готов к Труду и Обороне), который имел три ступени, определяющие уровень подготовки спортсмена. Кроме этого существовали разрядные нормы и требования по отдельным видам спорта. Спортивные разряды присваивались не только в зависимости от выполнения норматива, но от участия в соревнованиях, где присутствовал дух состязательности.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

До момента ввода в эксплуатацию учебного корпуса № 1 в училище отсутствовал спортивный зал, поэтому вся физическая подготовка проводилась на аллеях парка и стадионе города Ораниенбаум. В павильоне «Катальная горка» зимой существовала лыжная база, расчищались от снега пруды, где организовывались катки с музыкальным сопровождением.
Организация физической подготовки курсантов ограничивалась проведением утренней физзарядки. Курсанты лениво вставали с постелей и прятались по углам «Балтийского вокзала». Дежурный по училищу с помощью сонных младших командиров подсчитывал присутствующих. Результаты проверки ложились утром на стол начальника училища. Штатные преподаватели физической подготовки отсутствовали, хотя имелись по штату. О наличии своего спортзала и стадиона приходилось только мечтать. Короткая пробежка по аллеям парка и вялые физические упражнения не способствовали пробуждению тех курсантов, которые на рассвете возвращались в казарму. На основании ежедневных рапортов Рагушенский пишет приказ «Об улучшении организации физической подготовки в училище». Планирование физической подготовки возлагалось на начальника учебного отдела, организация – на начальника строевого отдела, обеспечение – на начальника цикла ВМП. Первым на листе с приказом расписался А.Елацков, вторым А.Улыбин и третьим В.Савин.
Обеспечение курсантов спортивным оборудованием было возложено на начальника клуба капитана И.И.Коробко. В училище из Риги доставили
лыжи, коньки, брусья, сетки для волейбола и другое спортивное оборудование.
Инициаторами проведения спортивных мероприятий стали комсомольцы судоводительского и судомеханического отделений. На комсомольском собрании было решено создать волейбольную, баскетбольную и футбольные команды. Комсомольцев поддержало командование и партийная организация училища. Сдачу норм ГТО было решено провести весной. С 7 по 14 мая 1949 года была проведена первая спартакиада училища на городском стадионе.

В состав судейской коллегии входили:
-главный судья – начальник строевого отдела подполковник А.Улыбин;
-судья – начальник Судоводительского отдела капитан 2 ранга Ф.Иванцов;
-судья – начальник Судомеханического отдела З.Фридлянский;
-судья – секретарь партийного бюро гвардии майор Яковлев;
-судья – преподаватель цикла ВМП капитан 2 ранга Климович;
-судья – капитан и/с Осколков.


""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Программа спартакиады включала бег на 100 и 3000, прыжки в длину и высоту, метание гранаты, спортивные игры в волейбол, футбол и баскетбол. Спортивные игры проводились командами отделов. Особое внимание судейская коллегия обращала на форму одежды и оформление спартакиады. Призерами первой спартакиады оказались курсанты Судомеханического отдела. Победители в личном зачете были награждены ценными подарками.

Выполняя требования МО СССР о развитии прикладных видов спорта в Вооруженных Силах, командование училища обратилось к руководству Ломоносовского стадиона с просьбой организовать специальные секции для занятия борьбой, боксом, гимнастикой и т.д. Пожелания были удовлетворены, и секции начали набор желающих.
Упорные тренировки принесли первые плоды только в 1951 году. Команда ЛМУ ВМС заняла 1-е место по плаванию на 200 и 500 метров, 2-е место по гребно-парусным гонкам, 2-е место по волейболу среди спортивных команд Лен.ВМБ. На первенстве ДОСААФ шлюпочная команда училища заняла 4-е место, а в Мурманске сборная команда практикантов завоевала переходящий приз по гребле на ялах среди команд Северного флота.
В мае 1955 года на территории училища, освобожденной от старых деревянных домов и огородов, силами курсантов был создан спортивный городок. Фактически городок представлял собой небольшую спортивную площадку, где можно было летом заниматься спортивными играми, а зимой играть в хоккей. Хоккей профилировался русский, а не канадский. Ворота сварили в местной мастерской, клюшки делали сами, подбирая в парке осенью подходящие дубовые сучья с характерным изгибом.
Спортивные мероприятия проводились по инициативе комсомольцев училища, которую поддерживала партийная организация. С развитием спорта в училище стало меньше самовольных отлучек и антиобщественных явлений. Спорт стал визитной карточкой ЛМУ ВМФ.
В 1955 году курсант Григораш стал чемпионом Ленинградской области по боксу. Это событие существенно укрепили положение курсантов среди местных «авторитетов». Стало меньше драк на почве неразделенной любви. Девушки приходили посмотреть соревнования и активно «болели» за своих поклонников.
Ежедневная физическая зарядка на свежем воздухе, учебные занятия в аудиториях и спортивном зале, выступления на соревнованиях делали курсантов сильными, хорошо организованными и закаленными людьми.
Директива ГК ВМФ № 1/70 от 22 марта 1956 года «Об улучшении состояния массовой спортивной работы среди личного состава ВМФ» отмечала, что спорт в СА и ВМФ является неотъемлемой частью боевой подготовки войск, одним из важных средств воинского воспитания и обучения. Одним из недостатков спортивно-массовой работы стало формальное отношение к сдаче норм ГТО. Главнокомандующий ВМФ предлагал:
1. Основной задачей в массовой спортивной работе считать вовлечение всего личного состава кораблей и частей в регулярные занятия спортом.
2. При проведении массовой спортивной работы развивать плавание, прыжки в воду, гребной и парусный спорт.
3. Шире проявлять инициативу в создании и оборудовании на местах своими силами плавательных бассейнов, спортивных залов, площадок и ….
Инженер-капитан 1 ранга Декалин адресовал Директиву начальнику СМО Н.Т.Пинчук и командирам рот А.А.Семину, Н.И.Поликарпову, А.И.Мушенкову, С.С.Стасевичу, П.С.Логинову и заместителю по политической части СВО И.Г.Кожемякину.
Выполняя требования МО СССР о развитии прикладных видов спорта в Вооруженных Силах, командование училища обратилось к руководству Ломоносовского стадиона с просьбой организовать специальные секции для занятия борьбой, боксом, гимнастикой и т.д. Пожелания были удовлетворены, и секции начали набор желающих.
Упорные тренировки принесли первые плоды только в 1951 году. Команда ЛМУ ВМС заняла 1-е место по плаванию на 200 и 500 метров, 2-е место по гребно-парусным гонкам, 2-е место по волейболу среди спортивных команд Лен.ВМБ. На первенстве ДОСААФ шлюпочная команда училища заняла 4-е место, а в Мурманске сборная команда практикантов завоевала переходящий приз по гребле на ялах среди команд Северного флота.
В мае 1955 года на территории училища, освобожденной от старых деревянных домов и огородов, силами курсантов был создан спортивный городок. Фактически городок представлял собой небольшую спортивную площадку, где можно было летом заниматься спортивными играми, а зимой
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

В марте 1958 года в Кавголово была проведена Зимняя юбилейная спартакиада ВС СССР. В программу спартакиады входили состязания по различным видам лыжного спорта, в которых принимали участие 29 мужских и 16 женских команд военных округов и флотов. Конкурировать с именитыми лыжниками представители ЛМУ ВМФ не имели возможности, но посмотреть на зрелище могли. Кавголово впечатляло уровнем подготовки к соревнованиям, экипировкой спортсменов и результатами предварительных забегов. 410 спортсменов собрали более 1500 зрителей. Это была маленькая зимняя олимпиада в масштабах СССР, которая показала отличные результаты подготовки армейских и флотских спортсменов. Ленинградский военный округ занял второе место. Мужчин выручили женщины, которые получили юбилейный приз спартакиады. В результате спортсмены Ленинградского военного округа занял первое место, а команда Ленинградской военно-морской базы – второе.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

В училище за длительный период была создана хорошая лыжная база, которая позволяла проводить занятия по лыжной подготовке одновременно в двух группах. Трассы гонок традиционно формировались в Ломоносовском парке. Здесь же проводились соревнования по лыжным гонкам, в которых принимало участие до 600 человек, не считая зрителей. Курсантам выдавали лыжную форму – спортивный костюм с вязаной шапочной. Сборную команду снабжали лыжами якобы финской фирмы «Ярвинен», которые выпускались в городе Сортавала. Тонкие и прочные бамбуковые палки вызывали зависть у местных мальчишек и гордость у их обладателей. Болельщики стояли вдоль трассы и подбадривали гонщиков.
Соревнования по хоккею с мячом проводились на городском стадионе и тоже собирали массу болельщиков. Порою казалось, что за сборную ЛМУ ВМФ болеет добрая половина Ломоносова. Почетные грамоты о хорошей физической подготовке курсантов регулярно получали: начальник училища П.Керенский и его заместитель по политической части Выростков. Начальники отделов ограничивались благодарностями, а курсанты – призами.
В 1974 году в связи с увеличением численности курсантов возникла необходимость выделения физической подготовки в самостоятельное подразделение, что позволяло придать большее значение физкультуре и спорту в Мореходном училище. Ввод в строй спортивного зала на территории училища позволил курсантам чаще заниматься в секциях. Под руководством преподавателей Г.А.Зайцев (1966-1974), А.М.Чернякова (1975-1994), И.Козлова (1974-88, 1991-2004), Т.К.Харченко (1989-2007) занятия с курсантами проводились на высоком уровне по программе высших военных учебных заведений. Курсанты выполняли сложные упражнения на гимнастических снарядах, осваивали технику и тактику спортивных игр.




Соревнования в бассейне

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

В 1976 году на территории училища было построено здание № 21. Это был клуб, совмещенный со спортивным залом. Здание строилось наспех с архитектурными излишествами. За зданием образовался небольшой стадион, где проводились занятия до наступления холодов. Обширный спортивный зал служил для проведения гимнастических занятий и спортивных игр. Впервые в истории училища в состав спортивного комплекса вошли душевые и сауна. Клуб позволял размещать до 600 человек и имел отдельный вход со стороны улицы Красного флота. На втором этаже размещался биллиардный зал. Наличие двух хозяев в лице начальника цикла ФП и начальника клуба не привело к рациональному распределению площадей. Помещение клуба занимало обширную часть здания, которая не была завершена к моменту приема в эксплуатацию. Нештукатуреные стены, задрапированные материалом, выглядели убого. Однако, на голый кирпич внимания не обращали. Клуб кое-как довели до потребного состояния, хотя его вид заслуживал большего внимания. Недоработки строителей стали проявляться через год, но предъявлять претензии было уже не к кому.
В училище не было бассейна. В конце 80-х годов начальник цикла ФП Н.Г.Кошкаров (1980-1990) приложил немало усилий, чтобы получить «воду» в КВОКУ им.С.М.Кирова в Петродворце. В отличие от командования ВВМУРЭ им. А.С.Попова, армейцы пошли навстречу мореходам. Вечерами преподаватель, мастер спорта по плаванию Т.Харченко проводила занятия с курсантами, обучая тех, кто не научился плавать до поступления в училище. В этом же бассейне проводились соревнования. Первенство училища показало, что в Мореходном училище достаточно скрытых резервов. Победители и призеры соревнований по плаванию вольным стилем были награждены медалями и ценными подарками.

Капитан 3 ранга О.Ю.Морозов вступил в должность начальника цикла ФП в 1994 году. Офицер окончил Военный институт физической культуры и спорта, прошел специальную подготовку по программе боевых пловцов. Большой спортивный зал был признан не пригодным для проведения занятий, поэтому цикл перебрался в маленький зальчик деревянного корпуса № 3, где продолжалась спортивно-массовая работа с курсантами. Несмотря на сложные условия, учебная программа выполнялась на высоком методическом уровне, что подтвердила проверка цикла. Строгая дисциплина, мастерство преподавателей, использование любого свободного пространства, вплоть до коридоров, заставляли курсантов серьезно относиться к физической подготовке.
События в колледже развивались далеко не в нужном направлении. Учебное заведение лишилось цикла Военно-морской подготовки. Началось растаскивание и разбазаривание государственной собственности. В это время О.Морозов все же добился начала ремонтных работ по восстановлению спортивного зала. Начальнику цикла ФП пришлось контролировать качество замены водопроводных труб, решать вопросы доставки строительных материалов. Олег Юрьевич не стеснялся брать в руки мастерок и самостоятельно штукатурить стены. Рабочие вели себя нагло, постоянно требовали денег. А откуда их можно было взять, если денежное довольствие офицерам выплачивалось не регулярно, а цены росли. Многие товарищи по службе в колледже демобилизовались и занялись собственным бизнесом. Скептики заявляли: «Олег! Ради кого ты стараешься? Колледж, в конце концов, разгонят, а спортивный комплекс купит какой-нибудь новый русский с деньгами. Тебе-то, что достанется?». Оптимисты помогали деньгами и материалами. Морозов не сдавался и продолжал восстановительные работы. Вскоре была полностью заменена отопительная система, переделана сауна, обустроено место для отдыха офицеров. Олегу Юрьевичу не верилось, когда рабочие закончили настил нового пола в спортивном зале. Поздними вечерами, вмести с В.И.Козловым, начальник цикла ФП размечал игровую площадку.
Открытие восстановленного спортивного зала состоялось в скромной обстановке. Впереди были грандиозные планы по созданию детской спортивной школы, хотелось задействовать шлюпочную базу колледжа для подготовки юных моряков. О своих планах на будущее Олег Юрьевич говорил открыто. Вопрос состоял в том, кто будет финансировать задуманные предприятия? Начальник колледжа капитан 1 ранга Д.Мехряков выслушивал всех, кто имел мысли по развитию колледжа, но ничего не делал для их поддержки и реализации.
Никто не думал, что жизнь О.Ю.Морозова оборвется так рано. Он скоропостижно скончался на 48 году жизни 16 июня 2006 года. В памяти людей остались воспоминания о красочных соревнованиях по легкой атлетике, рукопашному бою и каратэ, игровым видам спорта. Спортивные мероприятия всегда привлекали жителей Ломоносова. День Победы, День Города и другие праздники отмечались выступлением спортсменов подготовленных Олегом Юрьевичем и коллективом цикла ФП ЛМК ВМФ. Вложив душу и силы в цикл ФП, Олег Морозов оказался незащищенным от наглости, откровенного хамства и предательства.



1.8. Самодеятельность

Быт курсантов в 1949 году оставлял желать лучшего. Мест в общежитии для курсантов едва хватало. «Балтийский вокзал» продолжал существовать. Здание имело печное отопление, поэтому приходилось серьезно заниматься заготовкой дров. Эта обязанность ложилась на плечи дежурной службы. За чистотой и порядком в жилых помещениях следили командиры учебных рот и младшие командиры, назначенные из курсантов. Забота о вещевом и шкиперском снабжении возлагалась на капитана интендантской службы Осколкова. Интендант капитан Шпак обеспечивал продовольственное снабжение, занимался камбузом. В ротах имели место случаи воровства. Тащили простыни, элементы формы одежды, приторговывали дровами. Воришек ловили. Чаще с ними расправлялись самостоятельно, реже выносили на суд начальства. Командиры рот старшие лейтенанты Грухин и Коньков писали бесконечные объяснительные записки и вели расследования происшествий. Со злом надо было как-то бороться. Замполит Свирин собрал комсоргов и строго предупредил о возможных последствиях.
Незадолго до экзаменов исчез курсант 13 группы Константин Кондрашов. Он вбил себе в голову, что не сможет одолеть учебу, поэтому и решил бежать. Отец Кости служил в Смоленском НКВД. Незадолго до войны он застрелился, не выдержав несправедливых расстрелов. Костю поймали. Полковник Грустан добился того, чтобы Кондрашова осудили «за кражу казенного имущества», т.е. форменной одежды, в которой он бежал. Константина отчислили и дали год тюрьмы.
Рагушенский не был сторонником принятия жестких мер. Он старательно внушал, что мореходное училище не является исправительно-трудовой колонией для трудных подростков. «Искоренять зло нужно добром, - говорил он. – В этом состоит вся суть воспитательной работы». Полковник Свирин был несколько иного мнения. Он рассматривал все негативные явления с позиций классовой борьбы. Свирина не поддержал капитан 2 ранга Иванцов, который длительное время пробыл в прочном корпусе подводной лодки и знал, как ведут себя матросы в замкнутом пространстве. C мнением Иванцова согласились С.Савин и З. Фридлянский. Итог дискуссии подвел Рагушенский. Он сказал: «Меня назначили командовать мореходным училищем. Я не хочу, чтобы училище превращалось в мужской монастырь. Наша задача состоит в том, чтобы подготовить грамотных специалистов для вспомогательного флота. Но этого, видимо, не достаточно. Молодой человек должен иметь возможность знакомиться с девушками и строить свою будущую жизнь». Выводы сделал полковник Свирин: «Курсант должен быть занят с утра до вечера. Остальное время можно отвести ему на личную жизнь».
.

Капитан И.И. Коробко руководил клубом. Во время войны И.Коробко окончил курсы партполитпросветработы. Молодого лейтенанта направили на фронт политруком. Имея опыт работы с личным составом на уровне роты и батальона, капитан выявил курсантов играющих на музыкальных инструментах. При его непосредственном участии в училище была создана художественная самодеятельность. Хор исполнял патриотические песни, драматический кружок, которым руководил курсант Щукин, ставил пьесы. На концерты самодеятельности приходили курсанты, служащие и офицеры. Рагушенский выразил уверенность, что и в будущем офицерский, преподавательский, курсантский и вольнонаемный состав, еще активнее будет участвовать в развитии художественной самодеятельности. Начальнику Судомеханического отделения Фридляндскому З.Г. и командиру 2-й роты старшему лейтенанту Грухину Н.А. были объявлены благодарности за хорошую организацию досуга курсантов.
В июле 1949 года в должность начальника клуба вступил капитан Иван Дмитриевич Григорьев. Ему предстояла большая работа по подготовке праздничного концерта посвященного 32-й годовщине Великой Октябрьской Социалистической революции. Специальным приказом определялось время репетиций: вторник, четверг с 20.00 до 22.30 и воскресенье с 10.00 до 12.30. На репетиции курсанты ходили с большим удовольствием. Здесь можно было отдохнуть, пообщаться с гражданским населением и проявить свои творческие таланты. Участие в репетициях освобождало курсантов от ненавистной вечерней прогулки по разбитым мостовым Ораниенбаума.
Блог Ровбут Михаила ОлеговичаЛ О М О Н О С О В С К О Е Мореходное училище ВМФ 3 - 1.6. Четвертый набор курсантов
1.6. Четвертый набор курсантов

Четвертый наборы в училище провели в августе 1949 года. Численность курсантов заметно возросла. Опять возникли трудности с размещением курсантов, питанием, а главное – с управлением. Структура управления больше напоминала схему управления армейским батальоном, чем учебным заведением. Существовал штаб (он же отдел кадров) во главе с начальником строевого отдела подполковником Улыбиным, который осуществлял планирование деятельности подразделений.
А.А.Елацков заимствовал учебные планы в других подобных учебных заведениях. От этого страдал учебный процесс и, следовательно, качество подготовки специалистов. Офицеры выполняли двойную функцию: с одной стороны, они являлись руководителями воинских подразделений, а с другой – преподавателями. Изучив этот вопрос, Евгений Федорович Рагушенский обратился в Москву с просьбой изменить штатное расписание. Ответ пришел в июле 1950 года. Приказом Военно-морского министра в Мореходном училище вводилось новое штатное расписание № 4/3. Численность военнослужащих составляла 31 человек, вольнонаемного состава – 220 человек. Штатное количество курсантов – 600 человек. В структуру управления ввели должности: заместитель начальника училища по учебной части, помощников начальника училища по строевой части и материально-техническому обеспечению. Гидротехнический отдел был упразднен за ненадобностью. Начальник Гидротехнического отделения инженер-подполковник Алексеев Николай Кириллович был откомандирован в г. Балтийск для дальнейшего прохождения службы.
По инициативе Алексея Алексеевича Елацкова был установлен дополнительный день увольнения по средам с 17.00 до 23.00 для курсантов, которые имели успеваемость по предметам не ниже 4-5 баллов и отличную дисциплину. По примеру средней школы в учебные группы были назначены классные руководители, которые контролировали самоподготовку.
В июне – августе 1948 года была организована первая практика курсантов. Судомехаников первого и второго наборов набралось 113 человек. Курсантов разместили в Ленинграде на острове Вольный в летнем лагере. Учебные мастерские ВВМИУ им. Ф.Э.Дзержинского находились в центре города в здании Адмиралтейства, куда с острова ежедневно ездили на трамваях. Практика в мастерских занимала пять недель. Две недели курсанты осваивали работу на токарных станках, неделю постигали медницкое дело, неделю парились в кузнечном цеху, а остальное время учились слесарничать.

Вечерами с командиром роты Грухиным курсанты учились ходить на шлюпке на веслах и под парусами. Повороты оверштаг и через фордевинд сначала давались с трудом из-за отсутствия чувства ветра. Старший лейтенант Грухин подробно рассказывал курсы шлюпки относительно ветра, после чего действия курсантов становились увереннее.
В это же время курсанты-судоводители были направлены в г. Таллинн на транспорты «Нарев», «Кола» и «Вишера». Практикой курсантов руководили военные и гражданские преподаватели циклов: Фридлянский, Муленко, Иванцов, Чернявская и др.
После практики полагался отпуск. В училище полным ходом кипела работа по перевозке из парка остатков каменного фундамента. Группам курсантов были поставлены аккордные задания с условием: пока не сделаете, в отпуск не поедете. Естественно, что курсанты очень старались.
Училище продолжало пополняться офицерами – преподавателями, которые вносили свежий ветер перемен в несколько однообразную жизнь курсантов. Многим молодым людям не нравились бытовые условия и жизнь от подъема до отбоя.
Капитан 2 ранга Михаил Павлович Рупышев 1913 года рождения прибыл на должность преподавателя цикла ВМП. Судьба этого человека складывалась не совсем обычно. В 1935 году он окончил Ленинградский судостроительный техникум (судостроительное отделение) и получил специальность штурмана. В 1936 году во время призыва на военную службу писарь военкомата вместо слова «штурман» записал «штукатур». Рупышева отправили в строительную роту учебного отряда КБФ. В 1940 он служил рулевым на ЭМ «Калинин», а затем командиром группы рулевых на крейсере «Киров». Имея среднее специальное образование и навык службы на боевых кораблях, Рупышев назначается штурманом 6-го дивизиона ОВРа, а затем командиром учебного судна «Ладога» Ладожской военной флотилии. За участие в обеспечении Дороги Жизни он награждается орденом Красного Знамени В 1942 году капитан-лейтенант Рупышев назначается командиром дивизиона тральщиков на Ладоге и получает очередную боевую награду – орден Красной Звезды. После прорыва блокады Ленинграда Михаил Павлович командует отрядом опытовых кораблей НИИ связи и телемеханики ВМФ. Работа интересная. На кораблях постоянно появляются новые люди, которые монтируют аппаратуру и проводят ее испытания. В 1946 году он получает очередное воинское звание капитан 3 ранга, ему вручают второй орден Красной Звезды за выслугу лет и назначают начальником отдела в НИИ ВМС. С 1951 года капитан 2 ранга Рупышев – преподаватель цикла ВМП в Мореходном училище ВМС. Служить приходится не долго, в 1955 году он уходит в запас по болезни.

Инженер-капитан 2 ранга Юзеф Злотник по национальности был поляк. Он плавал старшим механиком на ледоколе «А.Микоян». Ледокол имел паровую машину, которую обслуживали кочегары. Осенью 1941 года ледокол «А.Микоян» и танкер «Москва» перегнали из Севастополя на Дальний Восток. Переход совершался в условиях полной секретности. Шла война. Командование опасалось нападения немецких боевых кораблей. Углем бункеровались в портах нейтральных стран. Проход через Суэцкий канал прошел благополучно. Когда дошли до Владивостока, напряжение команды спало. Дальше были рейсы в Берингово море, плавание во льдах Арктики, проводка судов по Северному морскому пути. В 1942 году ледокол «А.Микоян» оказался в море Лаптевых. На всех кораблях соблюдалась светомаскировка. Ледокол «А.Микоян» был последним ледоколов, построенных перед войной. Он обладал одним недостатком. Корабль не ломал, а толкал перед собой льдину. При этом скорость ледокола снижалась даже в разряженном льду. Как преподаватель Злотник был интересен своими рассказами. Слушая бывалого моряка, курсанты образно представляли условия плавания в высоких широтах и понимали ответственность механика за работу энергетической установки.
Инженер-капитан 2 ранга Комаров оказался подводником с сильно расшатанными нервами. Он ничего не рассказывал курсантам о службе на подводных лодках. Из его уст вываливались слова полные страха: «Ввволосы выпадают, ззз-у-бы вываливаются и в-ввобще человек скоро ззза-а-гибается!». Так комментировал педагог свои впечатления о службе на подводных лодках. Атмосфера педагогического мастерства, создаваемого Комаровым, достигала апогея к концу занятия и многие курсанты на следующем уроке отвечали с заиканием, подражая преподавателю, который держал курсантов в гипнозе погружения и всплытия подводной лодки.
А. Елацков, как инженер-механик, понимал, что в школе юнг изучают различные судовые механизмы и их элементы. Он стремился построить учебный процесс таким образом, чтобы курсантам было бы понятно, чем отличаются их знания от тех, что им предлагают. Учебная программа строилась вариабельно. Преподаватели основное внимание уделяли практике: запустить двигатель, остановить, устранить неисправность. Эти знания приобретались в море. Начальник Судомеханического отдела З. Фридлянский считал, что курсант может стать настоящим моряком, если в нем есть романтика – любовь к морю и желание преодолевать трудности.
Преподаватель цикла ВМП Дмитрий Федорович Муленко не проводил жесткой грани между судоводителями и механиками. Он говорил, что в море лишними знания не бывают. Поэтому он учил механиков навигации, методам определения места корабля по береговым ориентирам, давал понятия о магнитном склонении и девиации компаса.
Предмет «Судовые паровые котлы» вел Суходрев. Среднего роста сухощавый мужчина начал с занятия с идеи показывающей важность паросиловой энергетической установки. «Вы знаете, - говорил он. – Неграмотная эксплуатация парового котла может привести и приводила к большим катастрофам. Так взрыв котла может разнести судно в клочья, а тяжелые обломки разлететься на расстоянии до двух километров». Далее шли многочисленные примеры, позволяющие внушить чувство глубокой ответственности за эксплуатацию котельного оборудования. Такой подход не предвещал преподавателю ничего хорошего. Многие юнги уже имели представление о паровых котлах. Рассказывать им о том, что котлы могут работать на жидком и твердом топливе не имело смысла. Важен был принцип действия паротрубного котла и его эксплуатация. Вопрос состоял в том, как преобразовать паровую энергию в механическую, и как заставить крутить винт судна. Суходрев правильно рассчитал интерес курсантов и заставил их думать.


1.7. Беспокойное хозяйство

С целью поддержания питания курсантов на хорошем уровне в училище в 1947 году было организовано подсобное хозяйство, которым заведовала Сагайдаченко Л.С.. Ей же подчинялась конюшня, которую по старинке называли обозом. Лошадей зачислили на фуражное довольствие и временно разместили в сарае дома пос. Мартышкино.
Лошади использовались как транспортное средство для доставки различных грузов. За работой возничих строго следили. Так за невыполнение распоряжения по уборке скотного двора и плохой уход за лошадью Орлик повозочному Рагушенский объявил выговор. В другом приказе № 543 от 14 декабря 1948 года говорилось: « На время работы по трелевке деловой древесины в Копорском лесничестве училищем была выделена обозная лошадь Беляк под ответственность повозочного т. Куркулюк. В результате бесхозяйственного отношения к уходу за лошадью, несмотря на полную выдачу нормы овса и сена, лошадь «Беляк» возвращена в обоз исхудалой и зараженной чесоткой, чем была выведена из строя на долгое время». За недобросовестное отношение к исполнению обязанностей тов. Куркулюк был объявлен строгий выговор.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Присматриваясь к работе заведующей подсобным хозяйством Сагайдаченко, Рагушенский убеждался в том, что эта женщина сама себе на уме. С откормом свиней она еще как-то справлялась, а вот с лошадями была беда. Конюх, он же возничий, получал оклад 410 рублей в месяц. На сто рублей больше возничего получал шофер автопарка. Хотелось сохранить обоз. Для этого требовалось принять решение, которое никого бы не обидело. На начальника продовольственной службы капитана и/с И.И. Шпак, кроме основных обязанностей, было возложено руководство подсобным хозяйством, конным обозом и боепитанием. Бравый интендант решил, что ему все дозволено и распоряжался обозом не только в своих интересах. В рубке дежурного по училищу часто можно было услышать громкий голос капитана: «Подать мне лошадь или двух курсантов!». Сагайдаченко такой подход не понравился. Ей не хотелось ходить на поклон к Шпаку и просить у него лошадей для доставки сена лошадям и корма для свиней.
. После убытия в Москву майора Абельяна в должность начальника ОМО вступил подполковник Грустан В.Д., который только входил в курс дела и не знал взаимоотношений между начальниками продовольственной и вещевой служб. Грустана стала донимать Сагайдаченко, которая требовала, чтобы при ней ежедневно был возничий и лошадь. Вызвав капитана Шпак на беседу, подполковник стал выяснять, почему Сагайдаченко обращается непосредственно к начальнику ОМО, а не к капитану. Шпак ничего вразумительного ответить не мог, поэтому Грустан сделал вывод, что в данном случае замешаны личные отношения между Шпаком и Сагайдаченко.
На совещаниях начальник строевого отдела подполковник А.С.Улыбин докладывал, что лошади иногда используются не по назначению. Такие доклады Рагушенскому не нравились.
-Тов. Улыбин, мне нужны факты, а не ваши домыслы. Напишите официальный рапорт на мое имя. Я разберусь и накажу виновных.
-Есть, - коротко отвечал Улыбин, ехидно посматривая на начальника ОМО подполковника Грустан.
Грустан понимал намеки Улыбина и предложил передать конный обоз под ответственность начальника гаража тов. Попова. Этим решением Сагайдаченко освобождалась от ответственности за гужевой транспорт, Улыбин от пространных разговоров, а Шпак от личных интересов. Рагушенский согласился с предложением начальника ОМО и приказал передать гужевой транспорт тов. Попову. На совещании решили выпускать лошадей на работы только с путевкой, где должен быть указан груз, место работы и сроки. Рагушенский знал, что гужевой транспорт не всегда используют по назначению, но принимал решения только, когда получал официальное уведомление.
Подполковник Грустан был осторожным человеком. Проверка деятельности вещевой и продовольственной служб проводилась ежемесячно, что своевременно позволяло вскрывать недостатки. Так было обнаружено, что капитан и/с И.Шпак незаконно выдал материал положенный старшему комсоставу для пошива формы одежды. Рагушенский быстро разобрался, в чем дело, и написал приказ о вычете разницы стоимости материала из денежного оклада виновных. В другой раз на камбузе пропала посуда. Как выяснилось, посуду разбили при транспортировке. Виновных нашли, стоимость посуды возместили.
Гужевой транспорт пользовался большим спросом не только у продовольственной службы. Офицерам и служащим требовалось подвести дрова или перевезти личное имущество. Обычно договаривались с повозочным. Рагушенский, узнав об этом, строго запретил использование лошадей для перевозки грузов в личных целях. Заявку на использование лошади следовало подавать за сутки и оплачивать работу возничего через финансовую часть.
Приказом командира Ленинградского военного порта подсобное хозяйство было ликвидировано в июне 1949 года. По этому поводу была назначена комиссия в составе: капитана и/с Шпак, капитан-лейтенанта Муленко и служащих: Сагайдаченко и Смирновой. Комиссия произвела переоценку животного поголовья, проверила деятельность подсобного хозяйства и передала скот по живому весу и балансной стоимости. Обоз с лошадьми Орлик, Миган, Налетка и Беляк оставили в составе транспортных средств училища. Специальным приказом Рагушенский потребовал от всех повозочных проявлять заботу о конском составе, не допускать ни единого случая, чтобы лошадь вышла на линию нечищеная, некормленая, а телега не смазанная. С повозочного Куркулюк А.Т. была удержана стоимость невозвращенного имущества: хомут с кожаными гужами и супонь – 210 рублей, уздечка кожаная – 35 рублей.
Автопарк училища постепенно пополнялся автомашинами. ЗИС-8 – 1, ЗИС-5 – 3 и две трофейные легковушки «Опель-Олимпия». Начальник гаража Попов с шоферами собрали разбитый ГАЗ-АА, который тоже стал ездить. Все машины были заняты перевозкой строительных материалов. Использование автотранспорта находилось под строгим контролем со стороны завгара и командования училища. После организационных преобразований тов. Попов стал именоваться заведующим автогужтранспортом.


1.7. Все наверх, паруса ставить!
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Баркентина «Чайка» водоизмещением 566 тонн была зачислена на баланс училища как учебное судно. Первым капитаном шхуны был назначен Макасюк Иван Леонидович. Он прибыл в училище из Минморфлота. Капитан судна подчинялся начальнику цикла ВМП. Обязанности старшего помощника исполнял Тюрин Николай Иванович. Старший механик - Майорчик Федор Евстафиевич, а его заместитель - Горбунов А.М.. В состав экипажа входили: старший боцман Сальников В.И., боцман Лобанцев В.П., старший моторист Прошков В.И., начальник радиостанции Кудряшов Ю.И., матросы 1-го и 2-го классов, мотористы и повар Т.Н.Никифорова. В течение года под руководством преподавателей Судоводительского цикла (СВЦ) и цикла Военно-морской подготовки (ВМП) на баркентине оборудовали штурманский класс и кабинет радионавигационного оборудования. Теперь подготовку судоводителей можно было выполнять в полном объеме. С момента начала навигации Рагушенский и начальник цикла ВМП капитан 1 ранга Савин лично занимались проверкой готовности судна к плаванию. Проверялось все от киля до клотика. Для начала составили расписание и распределили курсантов по мачтам. Фок мачта была вооружена прямыми парусами, грот и бизань мачты – косыми. Первым требованием к курсантам стала отработка навыков в постановке и уборке парусов. От вида высоких мачт у замполита Свирина кружилась голова, поэтому основное время он проводил в кают-компании, изучая протоколы собраний партийной ячейки судна.
Первая практика планировалась с началом навигации 1949 года. Пробный рейс шхуна должна была совершить от Кронштадта до Таллинна. Капитан Тюрин доложил Рагушенскому о готовности шхуны к проведению практики. Евгений Федорович дал «Добро». Практикой руководили: начальник цикла ВМП капитан 1 ранга С.С. Савин и начальник Судоводительского отделения капитан 2 ранга Ф.И. Иванцов. Рагушенский отдал распоряжение подготовить курсантов к жизни на судне. В состав экипажа включили повара, а из санитарной части выделили врача.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Для начала курсантам следовало изучить мачты, запомнить названия бегучего и стоячего такелажа. Боцмана Сальников В.И. и Любанцев В.П. стали нештатными преподавателями. Они собрал на палубе курсантов и стал подробно объяснять парусное вооружение марсельной шхуны. Через час курсанты знали, что такое бушприт, утлегарь, бом-утлегарь и мартин-гик. Любознательные курсанты могли пройти по сетке к ноку бушприта и осмотреть места крепления кливеров. Во второй половине дня Сальников рассказал конструкцию фок-мачты со стеньгами, после чего устроил практические занятия. Каждый курсант должен был забраться по вантам на марсовую площадку. Рагушенский наблюдал за действиями курсантов со стороны. Ему нравилось старание ребят.
Через три дня Тюрин, Савин и Сальников принимали зачеты. В состав комиссии пригласили капитана 2 ранга Ф. Иванцова. Вопросы были просты и лаконичны. Особое внимание уделялось технике безопасности. Каждый курсант снабжался специальным страховочным поясом. Поднявшись на мачту, курсант должен был сразу пристегнуть себя карабином к надежным деталям рангоута и стоячего такелажа. Группа курсантов, работающая с косыми прусами, осваивала шкоты и нирал – специальную снасть, с помощью которой парус осаживался к палубе.
После зачетов Савин планировал провести комплексное учение. Рано утром на судне прозвучал сигнал «Аврал». Курсанты выбежали на палубу и построились у мачт. «На фалах и шкотах верхних марселей!» - прозвучала предварительная команда с мостика. Затем последовала другая команда: «Верхние марсели ставить!» Курсанты полезли на ванты и распределились по реям. У подполковника Свирина закружилась голова. Ему казалось, что сейчас кто-нибудь рухнет в воду и его карьере, как политического работника, наступит конец. Однако никто не падал и не кричал. Фор-стеньга, фор-брам стеньга и бом-брам стеньга медленно опускались, разворачивая огромные паруса.
Рагушенский стоял на мостике и не вмешивался в дела капитана. Ему хотелось стать мальчишкой и лазить по этим высоким мачтам. Не позволяли возраст и положение. Свирин подошел к Рагушенскому и сказал:
-Вы знаете, Евгений Федорович, за всю свою жизнь я ничего подобного не видел. Самое страшное, что я не понимаю слов, которые произносит Тюрин. Матом он не ругается, но все его понимают. Это меня и удивляет. Я даже не могу привлечь его к партийной ответственности.
- Батенька, Петр Николаевич, эти слов, которые произносит Тюрин появились задолго до рождения РСДРП. Поэтому привлекать его к ответственности не надо. Мне докладывали, что он совместно с преподавателем Шнейдером пишет справочник боцмана. Советую вам войти в редакционную коллегию, тогда и его слова вам будут понятны, - ответил Рагушенский и пригласил Свирина пройти на камбуз для снятия пробы.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

10 июня 1949 года «Чайка» вышла в свое первое плавание. Сначала все было трудно. Высокие мачты и широкие реи шхуны вызывали у молодых людей естественный страх. Побеждало любопытство и стремление быть не хуже тех ребят, которые высоты не боятся. Бегать по вантам совсем не просто, нужно иметь соответствующие навыки. Первая практика на бригантине прошла успешно. Курсанты сходили в Таллинн и Ригу, посетили острова Моонзундского архипелага.

На учебном судне «Чайка» проходили практику курсанты 1 курса. Старшие курсы стажировались на транспорте «Ковша» в Таллинне, в Балтийске на транспортах «Иркут», «Кура» и «Еруслан», танкере «Шахтер». Часть судоводителей и механиков разместили на «МБ-18», «МБ-43» и «МБ-44».
В течение лета 1949 года шхуна «Чайка» совершила три похода с курсантами Судоводительского отдела. Для медицинского обслуживания на шхуну была командирована врач Севастьянова М.Г.. Преподаватель английского языка Гинсбург Э.И. помогала курсантам разбираться в чтении Международного свода сигналов.

В ноябре 1949 года транспорт «Тиина» передали отряду судов ВМФ, а штат ликвидировали. Капитана Каврайского назначили на должность начальника плавсредств ЛМУ.
В «Морском сборнике» капитан 2 ранга П.С.Митрофанов опубликовал статью: «О практике курсантов на учебно-парусных» судах. Эта статья послужила поводом для обсуждения программы практики на учебном судне «Чайка». Рагушенский собрал совещание, на котором присутствовали: начальники Судоводительского отдела Иванцов, цикла Военно-морской подготовки Савин и замполит Свирин. Рагушенский читал выдержки из статьи: «Плавание на парусниках целесообразно для молодого пополнения наших учебных заведений и для курсантов младших курсов, т.е. юношей, которые избрали себе морскую профессию, но еще недостаточно знакомы с морем или даже впервые его увидели. … Плавание на учебно-парусном судне помогает правильно выбрать профессию и одновременно избавить государство от лишних расходов на обучение непригодных к морской службе юношей. Парусное судно развивает подвижность, внимательность, сообразительность, так как при управлении судном создается огромное количество препятствий, в преодолении которых и развиваются в человеке необходимые морские качества …».
-Правильно пишет тов. Митрофанов, - резюмировал Рагушенский. – А вы как думаете?
-Согласен, - сказал капитан 2 ранга Иванцов. – Мы убедились в том, что парусник великолепен именно для первокурсников. После такой школы нам не стыдно посылать курсантов на суда вспомогательного флота.
-Мне кажется, что парусник всем хорош, кроме военно-морской подготовки. На нем нет оружия, а, следовательно, он не решает боевых задач, - заметил капитан 1 ранга Савин.
-Нам не нужен оружейник на первом курсе. Палить из пушек мы научим его потом, - ответил Евгений Федорович. – Главная наша задача сделать из мальчишки моряка, а дальше он сам найдет, что ему нужно. Поэтому позаботьтесь, чтобы морская практика проходила на должном уровне. Мы ошиблись, приняв капитаном Макасюка, но нашелся Тюрин – настоящий моряк.
-Хочу добавить, - вмешался Свирин. – После первого посещения шхуны у меня сложилось странное впечатление. Дело в том, что я с детства боюсь высоты, поэтому, увидев курсантов на вантах, немного струхнул. Как-то я прочитал статью С.О.Макарова о воспитательном значении парусной школы и запомнил его слова: «Для того, чтобы дать морякам хотя часть той практики, которые давали парусные плавания, нужно дольше держать корабли в море».
-Я думаю, - подвел итог Рагушенский, - что мы пришли к единому мнению. К практике нужно относиться серьезно. Шхуну оставим для первокурсников. Пусть осваивают паруса и прививают любовь к морю. Будем придерживаться линии: шлюпка – бригантина – судно вспомогательного флота.
Парусно-моторных шхун и баркентин было построено в Финляндии более 100 единиц. Финские корабелы были знатоками деревянного судостроения. Шхуны предназначались для использования в качестве грузовых судов малого каботажа. Большинство из них стали учебно-парусными судами мореходных учебных заведений СССР.
К сожалению, эксплуатация деревянного парусного судна требовала больших затрат. Корпус баркентины на зиму не вытаскивали на берег, поэтому он стал постепенно гнить и пропускать воду. Проводить практику и совершать дальние плавания стало опасно для жизни курсантов. Баркентину списали с лицевого счета училища и ее дальнейшая судьба неизвестна.
Блог Ровбут Михаила ОлеговичаЛ О М О Н О С О В С К О Е Мореходное училище ВМФ 2 - 1.4. Третий набор курсантов
1.4. Третий набор курсантов

В январе 1948 года работы по восстановлению учебного корпуса № 1 были полностью завершены. В нем разместилось управление училищем, библиотека, санитарная часть, спортивный зал, а также кабинеты навигации, химии, чертежной и цикл военно-морской подготовки. В период летнего времени силами курсантов были построены: навес гаража, конюшня, скотный двор, склад во дворе училища и выполнены работы по благоустройству территории.
В феврале 1948 года в корпусе № 1 был завершено оборудование дизельного кабинета – первого в училища, что позволило начать практическую подготовку курсантов. Кабинетом заведовала Нина Георгиевна Чернявская. На должность лаборанта дизельного кабинета приняли бывшего танкиста Ивана Семеновича Семенова, который выполнил сложную и трудоемкую работу. Иван Семенович был тяжело ранен в верхнюю часть лица и испытывал некоторое неудобство в общении с красивой женщиной. Он прекрасно знал дизельные установки и внес много хороших предложений связанных с наглядностью обучения курсантов.
Являясь руководителем практики, Нина Георгиевна не стеснялась спускаться в машинное отделение и давать практические советы молодым механикам. Своим отношением к делу она заслужила почет и уважение со стороны курсантов. Практика доказывала ей, насколько хорошо курсанты усвоили теоретический материал. Нина Георгиевна хорошо знала дизельные энергетические установки теоретически и практически. Посещая различные суда Вспомогательного флота, она убедилась, насколько разнообразна судовая механика. Немецкие, английские, американские, шведские дизели по принципу работы не различались. Изменялась система включения, а дюймовая нарезка труб не совпадала с метрической. Свои наблюдения Нина Георгиевна тщательно заносила в тетрадь. Эти материалы она впоследствии использовала при написании учебника «Двигатели внутреннего сгорания». В начале 60-х годов Чернявская перешла на работу в Ленинградское Арктическое училище.

15 марта 1948 года в должность заместителя начальника училища по политической части вступил полковник Галиченко Константин Семенович, 1906 года рождения. Отношения между полковником и капитаном 1 ранга Рагушенским не сложились. Константин Семенович ничего не понимал в вопросах подготовки специалистов для вспомогательного флота, поэтому занимался чистым администрированием. Самой важной бумагой для него являлся протокол партийного собрания и факты, изложенные в прениях. Рагушенский четко расставил грани между работой замполита и руководством училища, что явно не нравилось Галиченко. Несмотря на возникшие разногласия, Константин Семенович принимал участие во всех мероприятиях, проводимых в училище.
Приемная комиссия работала быстро, и к 20 августа набор был завершен. Во время заседания мандатной комиссии возник спорный вопрос о зачислении кандидата Горева в курсанты. В анкете значилось, что Горев некоторое время пребывал на территории оккупированной немцами. Полковник Галиченко проявил разумную твердость и определенное мужество. Он резко упрекнул членов комиссии, сказав: - Мальчишке в то время было всего 10, зачем же вы ему жизнь ломаете? – Горев был зачислен курсантом в училище и успешно его окончил. Третий набор составил 4 группы: 10-я – судоводители, 11 и 12-я – механики-дизелисты, 13-я – механики-паросиловики.
Первокурсников объединили в учебные роты и направили в район деревни Усть-Рудице на заготовку сена. Работа была тяжелая, но командование на все жалобы курсантов отвечало с юмором по-флотски. Роптать было некогда, после заготовки сена командование обещало кратковременный отпуск.

Новый учебный год начался с торжественного построения. Рагушенский поздравил курсантов и преподавателей, и пожелал успехов в учебе. Училище значительно увеличилось по численности курсантов, появились новые преподаватели и предметы. Математику преподавал Градусов, черчение – Градусова (лаборант А.Кудрявцев), историю народов СССР и русский язык – Эрлих и Русакова (лаборант О.А. Качанова.). Английский язык – Дюков, позднее пришли Элла Иосифовна Гинсбург и Л.А.Татарская. Кабинет химии возглавляла В.Е.Елацкова, а физики – Новиков. Электротехника была общеобразовательным предметом, который вел Е.Р.Гаазе. Библиотекой заведовала Мария Александровна Нечаева, которая заменила Т.Н.Маругину, уехавшую в другой город к месту службы мужа. Нечаева по крохам собирала библиотеку. В основном поступали книги из частных коллекций. Очень не хватало специальной литературы, которая пользовалась большим спросом у курсантов.

Майор Фридлянский Залман Гелимович (15.10.1908 г/р). Окончил Ленинградский институт водного транспорта по специальности инженер-теплотехник. В 1933 году прослушал 3 курса ВВМИУ им Дзержинского. Воентехник 3 ранга (1941), инженер капитан (1942). Мобилизован в Красную армию в 1941 году и направлен в распоряжение отдела Тыла КБФ. Служба проходила в Тылу: начальник станции горячей промывки котлов (1942), начальник 4 отдела УВСГ (1945). В 1946 году назначен начальником судомеханического отделения ЛМУ ВМС. Отношения с капитаном 1 ранга Декалиным не складываются. Залман Гелимович ищет новое место службы и получает назначение старшим преподавателем на цикл ВМП в Мкрманское мореходное училище рыбной промышленности (1951). В 1955 году он уволен в отставку по болезни. Награжден орденом Отечественной войны 2 ст. (1945) и медалью за Боевые заслуги (1949).
Судомеханический отдел быстро развивался. Майор З.Г.Фридлянский нашел преподавателей-специалистов по паровым котлам – Стародуб, паровым машинам Н.А.Маренков, паровым турбинам – А.Г.Веретэ. Занятия по вспомогательным механизмам проводил А.Е.Богомольный, теории и устройству корабля – Катин. А.Богомольный и А.Веретэ впоследствии стали авторами учебников, которые до сих пор не потеряли практической ценности.
Больше остальных преподавателей курсанты уважали и любили Богомольного, Маренкова и Чернявскую. Опытные судовые инженеры механики отлично знали свои предметы, имели плавательный стаж и умели передать свои знания курсантам.
Подводя итоги нового набора на партийном собрании, Константин Семенович Галиченко с удовлетворением отметил, что за год партийная организация увеличилась до 46 членов ВКП(б), а комсомольская до 240 членов ВЛКСМ.
В октябре в училище прибыли старший лейтенант И.В.Коньков, капитан 2 ранга Ф.И.Иванцов, капитан 2 ранга Климович.

Капитан 2 ранга Ф.И.Иванцов вступил в должность начальника Судоводительского отдела. Капитан-лейтенант Ф.Иванцов во время Великой Отечественной войны командовал подводной лодкой Щ-323, которая успешно действовала в Балтийском море. Осенью 1941 года Щ-323 уничтожила 2 транспорта и 2 танкера противника. За этот подвиг Щ-323 стала первой на КБФ подводной лодкой, награжденной орденом Красного Знамени.
Подводная лодка Щ-232 погибла 1 мая 1943 от взрыва мины на Морском канале, но Иванцов уже ею не командовал, поэтому остался жив.
Судоводительского отдела как такового еще не существовало. Занятия по судовождению проводили преподаватели цикла Военно-морской подготовки Д.Муленко и Г.Панго. Учебные планы и программы изучения навигации и лоции отсутствовали, их предстояло создать и согласовать.
В начале ноября 1948 года в ВМБ Поркаллауд были командированы командир 1-й роты старший лейтенант И.В. Коньков и капитан транспорта «Тиина» М.А. Коврайский. для приемкм баркентины «Зенит», которую предполагалось использовать в качестве учебного судна училища. Представитель торгпредства старший лейтенант Чумак представил все документы для регистрации судна в Морском Регистре СССР. Для приема баркентины была создана комиссия в составе: капитана 1 ранга Савина, подполковника В.Д.Грустан., инженер-майора З.Г.Фридлянского, майора м/с В.А.Симанкова. Старший лейтенант И.Коньков, вольнонаемный Коврайский и механик Орлов были включены в состав экипажа. За успешный переход баркентины из Финляндии в Ораниенбаум офицеру Конькову и Каврайскому приказом начальника училища была объявлена благодарность. После регистрации в Морском регистре баркентина получила наименование «Чайка» и бортовой номер.

Структурно в состав Мореходного училища ВМС входили:
1.Управление: начальник училища Е.Рагушенский, заместитель по политической части К.Галиченко, начальник учебного отдела А.Елацков, начальник строевого отдела А.Улыбин, начальник МТО В.Грустан, начальник медицинской службы В.Симанков.
Учебные подразделения в зависимости от специальности делились на отделы:
Судоводительский отдел – начальник капитан 2 ранга Ф.Иванцов.
Судомеханический отдел – начальник майор З.Фриднлянский.
Цикл Военно-морской подготовки - капитан 2 ранга С.Савин.
Гидротехнический отдел – начальник инженер-подполковник Н.Алексеев.

В поздравительном приказе № 509 от 6 ноября 1948 года начальник училища Рагушенский отмечал: «…Наше училище создано после Великой Отечественной войны. Это еще одно свидетельство непрестанной заботы тов. Сталина о Военно-морском флоте. Наше училище по своей задаче призвано готовить высококвалифицированные кадры для вспомогательных кораблей ВМФ».
(Читая подобного рода приказы, невольно на ум приходит вопрос: чем отличаются высококвалифицированные кадры от просто квалифицированных? Училище не может готовить высококвалифицированные кадры потому, что существует учебный план, который предоставляет обучаемому необходимый объем знаний в рамках заданной учебной программы. Государственная экзаменационная комиссия определяет, насколько выпускник по своим знаниям усвоил учебную программу. Высокая квалификация приобретается в процессе практики на основании проб и ошибок – прим. автора)

Федор Иванович Иванцов не был профессиональным преподавателем. К курсантом он относился как к матросам. Первокурсников он называл почему-то турками, много рассказывал о мощи минно-торпедного оружия и живучести боевых кораблей. На одном из занятий он привел пример непотопляемости немецкого линкора «Тирпиц», потопленного англичанами в 1941 году. Линкор получил 11 попаданий от самолетов торпедоносцев и почти все в левый борт. Только повреждение рулевого устройства не позволило командиру привести линейный корабль во французский порт Брест. Несомненно, что Иванцов знал много, но рассказывал сумбурно и бессистемно.
Вскоре Иванцова сменил капитан 2 ранга Климович. Его прозвали «Академиком» за безуспешные попытки поступить после войны в Военно-морскую академию им. Ворошилова.
В это время вышло постановление ЦК ВКП(б) «О борьбе с иностранщиной». Преподавателям пришлось разбираться в истине и вспоминать кто, когда и что изобрел. Русскими учеными стали Бернулли, Эйлер, Якоби и другие. Слово «дизель» исчезло из учебной программы, теперь его стали называть двигателем с воспламенением от сжатия. Изменениям подверглись и другие названия машин и механизмов.
Курсанты с большим интересом читали книги. Небольшая библиотека в основном комплектовалась учебными пособиями, художественной литературы было пока мало. Книги разбирались нарасхват, за некоторыми изданиями устанавливалась очередь. В Ораниенбауме разбирались разрушенные здания. Иногда находились книги, изданные еще до революции. Они поражали солидными переплетами и текстом, в котором встречалась буква «ять». Буква «и» писалась по латыни как «i». Почти все курсанты перечитали книгу Степанова «Порт-Артур», в которой говорилось о братьях Шульц, придумавших конструкцию трала для уничтожения якорных мин. После испытаний конструкция была одобрена адмиралом С.О.Макаровым, верой и правдой служила Российскому флоту. Вопрос о том, кто такие братья Шульц был задан Климовичу на занятиях по военно-морской подготовке. Он видимо никогда не слышал о братьях, называл их немцами и поправлял, что правильнее называть «парный буксируемый трал». Таким же изменениям подверглись и другие термины типа «фонарь Ратьера», «якорь Холла», «стопор Легофа» и другие общепринятые термины.

Новый 1949-й год начался с благодарностей в адрес столовой и пищеблока. Капитан и /с Шпак постарался, чтобы приготовили праздничный ужин. Столы покрыли белыми скатертями. Рагушенский выразил надежду, что качество приготовления пищи и культура обслуживания будут всегда на высоком уровне.
Курсантская столовая действительно была на высоте. Кормили сытно и вкусно. Для бывших фронтовиков, отъевшихся на пайках и американской тушенке, было организовано щадящее диетическое питание. На пищевых отходах столовой откармливались несколько свиней. Обслуживание свинарника было возложено на курсантов. Курсант 13-й группы Боровик по документам считался выходцем их сельской местности. Он был назначен на свинарник старшим. В его ведении находились корма и другие ценности, шедшие в виде отходов из столовой. Парень был неприятный, с вечно сопевшим носом был, видимо, в детстве забит и в группе ни с кем не знался. Он попался на воровстве кормов.
Рагушенский мог отправить дело в суд, но поступил иначе. Он пригласил родителей Боровика и устроил общее собрание. Курсанты высказывались резко в адрес курсанта и родителей. Мать явно испугалась такого исхода и задала президиуму смешной вопрос: «А нельзя ли вместо моего сына кого-нибудь другого посадить?». В зале все громко рассмеялись. После собрания Боровика никто больше не видел.
Свиней все же вырастили. Накануне праздника Великого Октября Рагушенский распорядился заколот самую большую и сварить студень для личного состава. Начальник продовольственной службы Шпак в этот день дежурил по училищу. Свинью забили рабочие продслужбы, отрезали ножки на холодец и положили на козлы для обработки паяльной лампой. Во время обработки свинья вдруг завизжала, сорвалась с козел и бросилась бежать без копыт. На шум выбежал Шпак. Он быстро оценил обстановку и одним выстрелом из пистолета ТТ прекратил страдания бедного животного. Из окон аудитории на третьем этаже курсанты с интересом наблюдали всю процедуру. Кто-то смеялся, кто-то сочувствовал. С этого момента Шпака стали называть «Свинобоем», хотя студень всем очень понравился.
Капитан Шпак не отличался высокой культурой. Окончив Военно-морское хозяйственное училище перед самой войной, он несколько месяцев пробыл на фронте, получил ранение, а затем служил в тыловых частях. Из наград у него были медали «За Отвагу», «За боевые заслуги», «За оборону Ленинграда» и орден «Красной Звезды» - за выслугу лет. К курсантам Шпак относился равнодушно. От него можно было услышать фразу: «Дайте мне лошадь или двух курсантов». Из сказанного можно было сделать один вывод: два курсанта по силе соответствовали одной лошади.

В январе 1949 года полковника Галиченко сменил подполковник Свирин Петр Николаевич. Были созданы первичные партийные организации в четырех подразделениях: учебном отделе, ОМО, Судоводительском и Судомеханическом отделах. Выборные органы комсомола были организованы в учебных ротах и группах. Политический отдел Ленинградского военного порта признал такую структуру правильной.
Однако, работа партийной и комсомольских организаций не была направлена на повышение уровня успеваемости и работу служб обеспечения. Проверка состояния учебного процесса и материально-технического обеспечения офицерами управления Тыла ВМС весной 1949 года выявила ряд серьезных недостатков: в частности низкую текущую успеваемость, отсутствие отработанной методической документации, нехватку помещений для классов, учебных лабораторий и мест для проживания курсантов. В заключительном документе комиссии расписались: капитан 2 ранга А.А.Елацков и подполковник П.Н. Свирин.



1.5. Корпус № 3
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Учебный корпус № 3 был собран из деревянной казармы постройки 1939 года, перевезенной с территории дворца Меншикова. Корпус разобрали и перевезли на территорию училища, сделали фундамент и вновь собрали. В нем поместили управление училищем, службы обеспечения и классные помещения на оставшихся площадях. Корпус просуществовал более 50 лет. В 1991 году на основании акта технической комиссии здание было признано негодным к эксплуатации и списано с баланса училища.

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.


Работу по разборке здания выполняли курсанты 13 группы Судомеханического отдела под руководством прораба Грибкова. Они разобрали крышу и столкнулись с многочисленными печами, сложенными из огнеупорного кирпича. Требовалось убрать трубы и воздуховоды. Кто-то из курсантов предложил начать разборку снизу, т.е. выбить кирпичи с нижнего этажа, после чего труба и воздуховоды должны были свалиться самостоятельно. Прораба Грибкова рядом не было. На втором этаже курсант ломом отбивал последний венец кирпичей. Из отверстия летела сажа, которая покрывала лица курсантов и мешала дышать. Казалось, что труба должна уже рухнуть, но она мертво стояла. Последний удар лома привел к обвалу всей конструкции. Кирпичи водопадом летели в комнату, заполняя пустое пространство облаком пыли и сажи. На втором этаже образовалась груда кирпича.
Последние две трубы слетели аналогичным образом. На грохот от обваливающихся труб и столб пыли слетелись местные милиционеры. Вскоре появился и прораб Грибков, который успокоил представителей власти. Курсантам 13 группы объявили благодарность и помыли в бане на транспорте «Тиина». Рагушенский сделал выговор Грибкову за недостаточное внимание к соблюдению правил техники безопасности. Через два дня курсанты отбили внутреннюю штукатурку, освободили стены от дранок и под руководством Грибкова подетально отмаркировали венцы. Часть венцов оказалась гнилой и не годилась для постройки. Сгнившие бревна тщательно измерили и отрядили отделение курсантов на заготовку новых.
В середине июля 1949 года курсанты 11 и 12 групп разобрали и перевезли здание на территорию училища. К этому времени под руководством начальника КЭЧ Горбунова была произведена разметка и закладка фундамента. Оставалось только собрать здание.
На строительстве с большим энтузиазмом работали курсанты первого набора. По возрасту, они были старше курсантов третьего набора на 7 – 8 лет, а Виктор Волынец был 1922 года рождения. Во втором наборе еще было заметно количество переростков. В третьем же наборе число бывших школьников составляло уже большинство. Старанием командования в училище был установлен строгий уставной порядок. Между старшими и младшими не было никакого антагонизма. Отношение командования ко всем курсантам было одинаковым.
Деревянное здание корпуса № 3 простояло более сорока лет, после чего было списано как не пригодное к дальнейшей эксплуатации. На самом деле здание имело право на существование. Однако никто не хотел заниматься его ремонтом. В нем устроили склад коммунально-эксплуатационного отдела, а затем начали «раздевать», снимать обшивку, бить стекла и, совершать другие варварские действия. В конце концов, дом подожгли и он сгорел.


13 группа Судомеханического отделения.

Весной 1948 года в трех школах юнг КБФ (Выборгской, Рижской и Тильзитской) прошли выпускные экзамены и распределение на суда вспомогательного флота. 17-18 мая семнадцатилетние ребята были зачислены в штат. Школы юнг давали среднее образование и подготовку по специальностям – машинисты паровых машин, кочегары, мотористы, рулевые-сигнальщики.
Утром 17 мая уже бывшие юнги Алепко, рулевые Тихонов и Юров получили предписание прибыть на гидрографическое судно «Ижора», стоявшее в Кронштадте. Грачев – на небольшой пароходик «Инженер», который находился на берегу Ораниенбаумской гавани.
Из Выборга в Кронштадт дошли на пассажирском пароходике «Краснофлотский». Дойдя до рейда, пароходик завернул в Ораниенбаум, чтобы высадить пассажиров, не имеющих пропуск в Кронштадт. На всем протяжении пути с палубы никто не уходил. Скромный сухой паек дожевывали на корме и все смотрели, смотрели и смотрели, запоминая маршрут, по которому вскоре придется ходить в море. На Большом Кронштадтском рейде на траверзе Толбухина маяка катерный тральщик типа КМ выполнял учебные стрельбы из крупнокалиберного пулемета ДШК по буйку. Короткие очереди резали слух. Вскоре стрельба прекратилась, катер лег в дрейф. Отвалившая от борта шлюпка направилась к буйку осматривать результаты учебной стрельбы.
На пассажирской пристани матрос, вооруженный винтовкой, тщательно проверил документы и предписания. Сопровождавший молодых моряков капитан-лейтенант, решил показать город. Он провел по чугунной мостовой на Якорную площадь, показал памятник адмиралу С.О.Макарову. Гостиный двор поражал своей изящной архитектурой. Несмотря на разрушения вызванные бомбежками города, дома в центральной части выглядели вполне ухоженными. Поражало изобилие военных и полувоенных людей различного возраста. Казалось, что война недавно закончилась, но город находится на военном положении. Петровский док работал. Первыми от ворот стояли четыре бронекатера с красивым развалом носовых шпангоутов, впечатляющими 85 мм орудиями в танковых башнях и парой пулеметов ДШК по обеим сторонам боевой рубки.
На проходной Морзавода опять проверили документы. Женщина с револьвером в кобуре куда-то позвонила и всех пропустили на территорию, показав куда идти дальше. Вдоль причальной стенки стоял знаменитый линкор «Марат». Отсутствие носовой части позволяла рассмотреть всю его конструкцию вплоть до второй башни главного калибра. Кормой к стенке стоял трофейный немецкий крейсер, переименованный в «Адмирал Макаров», рядом с ним минный заградитель «Марти», весь борт которого был в сплошных заплатках. Дальше стояли эсминцы.
«Ижора» стояла у пирса для гидрографических судов. Рядом с ней – минный заградитель «Ристна» - большой колесный пароход с длинной историей.
Командир и старший механик оказались в отпуске. Молодое пополнение встретил молодой лейтенант. В этот же день поставили на довольствие и распределили по кубрикам. Так начались трудовые будни на полувоенном гидрографическом судне. Каждый вечер лейтенант приказывал спустить за борт шлюпку «четверку» и гонял на веслах по гавани по седьмого пота. После того, как было изучено устройство шлюпки, назначение предметов снабжения и отработан спуск и подъем шлюпки на ботдек, лейтенант лично организовал хождение под парусами. Таким образом, в течение месяца из вольнонаемных пацанов вполне приличных моряков.
В 20-х числах июня лейтенант собрал все новое пополнение и объявил, что они отзываются в распоряжение начальника Мореходного училища ВМС в Ораниенбаум для сдачи вступительных экзаменов.
В июне 1948 года в училище для поступления начали прибывать юнги из разных школ. Из Рижской – машинисты Грачев, Кузьменко, Моисейцев, Парфенов, Халтурин, рулевые: Ксенофонтов, Копьев, Склизков, Стариков, Степанов, Тихонов, Харахонов, Юров и будущие механики: Алепко, Козлинский, Александров. Из Тильзитской: Балашов, Вишняков, Кондрашов, Модин, Музыка, Пройдин, Швецов, Шебеко. Из Выборгской: Антипов, Буторин, Волков и др.
Школы юнг готовили младших специалистов плавсостава для судов вспомогательного флота и гидрографии по специальностям машинист паровых машин и рулевой сигнальщик. Юнги имели хорошую практическую подготовку, умели обращаться с металлом и ходить на шлюпке. Такой контингент вполне устраивал придирчивую приемную комиссию. Однако не всех из юнг зачисляли в курсанты. Первый заслон ставила медицинская комиссия, второй – экзаменационная и третий – мандатная. Юнги обеспечивались бесплатным пайком и деньгами на проезд.
Нагловатых ребят в матросских форменках с полинявшими гюйсами и брюках клеш быстро ставили на место, делая скидку на знания и возраст. Командир роты нового набора старший лейтенант Грухин дневал и ночевал в подразделении, присматриваясь к кандидатам. Ему не нравилось, когда юнги обращались к начальнику строевого отдела подполковнику Улыбину не по команде. Таким наглецам светила гауптвахта сроком на 10 суток или отчисление.
Игорю Алепко, окончившего школу юнг с отличием, сдавать экзамены не требовалось. Вкусив в Кронштадте на гидрографическом судне «Ижора» романтики флотской жизни, он не особенно стремился снова сесть за парту и постигать науки. Он решил, что не пройдет медкомиссию и без скандала вернется на свой пароход, с которого чуть-ли не за ухо его вывел и отправил в училище старший машинист Миша Шохтов, разбитной и веселый одессит.
Болтаясь по Меншиковскому парку, Игорь вспомнил, что в Ленинграде живет его отец и решил его навестить. После развода с матерью в 1935 году они не встречались. Причину разрыва отношений с отцом мать никогда не называла, и Игорю очень хотелось его навестить. Командир роты Грухин не имел права отпустить кандидата самостоятельно в город и посоветовал обратиться к начальнику строевого отдела подполковнику А.Улыбину. На просьбу Алепко Улыбин ответил резким отказом: «Вот станешь курсантом, тогда и будешь в увольнение ходить». Игорь оказался не из трусливых и потребовал вернуть документы и вернуть на свое судно. «Как ты разговариваешь с подполковником? Вот тебя сейчас посажу на 10 суток, а после возвращения поговорим», - ответил Улыбин. Во время разговора в столь резком тоне Алепко заметил, как искажается лицо подполковника. Позднее Игорь Алепко узнал, что во время войны Улыбин получил контузию, которая навсегда лишила его возможности улыбаться.
Тем не менее, через час старший лейтенант Стасевич вручил Алепко увольнительную записку и вскоре сидел в вагоне паровичка, совершавшего рейсы между Ораниенбаумом и Ленинградом.
Прошло два года. Алепко встретился с Улыбиным и напомнил ему об инциденте, на что подполковник ответил: «Курсант, за вами должок. Вы еще не отсидели обещанные мною 10 суток».
После сдачи экзаменов всех Тильзитских и Рижских юнг, зачисленных в училище, отправили в Усть-Рудицу на заготовку сена. Сено было необходимо для лошадей, которые использовались в качестве гужевого транспорта. Экспедицию возглавлял майор Брук. Курсантам выдали косы, один брусок на троих для заточки и отправили в поле. Трудились по шесть часов день. Вставали засветло. Первыми уходили косцы, за ними курсанты, которые ворошили сено. Пищу готовили на костре, а спали в деревянном сарае, чудом сохранившемся после войны. Брук предупредил курсантов, чтобы не ходили по незнакомым местам. Кое-где еще сохранились противопехотные мины, валялось брошенное оружие и военная техника.
Из абитуриентов и бывших юнг были сформированы четыре учебные группы: 10-я – судоводители (штурманы), 11 и 12-я – будущие механики дизелисты и 13-я – паросиловики. Специалисты по паросиловым энергетическим установкам были востребованы потому, что большинство новых и старых буксиров ходили на угле.
В 13-й группе оказалось 30 человек. Кроме рижан добавились Константин Кондрашов из Выборга и Станислав Паромов из Архангельска. Остальные ребята были набраны из числа бывших школьников, которые не нюхали моря.
После завершения первого полугодия курсанты получили двухнедельный отпуск. Не все разъехались по домам. Многие остались в училище – ехать было некуда. Начальник училища как обычно предложил мудрое решение. Курсантов оставить на котловом довольствии и, чтобы не болтались зря привлечь к несению дежурной службы, а тех, кто желает отправить либо в Мартышкино, либо в Усть-Рудицы на второстепенные работы. Мысли о том, что кому-то надо сбежать в голову не приходили. Воспитание и обучение строилось на доверии старших младшим. Этим положением курсанты очень гордились.
После отпуска у механиков появился новый предмет – технология металлов. Его вел бывший металлург-доменщик. Он интересно излагал не очень интересные вещи про руду, кокс, работу доменной печи, мартеновский и бессемеровский процессы производства металла. Все это как-то не вязалось с будущей профессией судового механика. Тем не менее, процессы литья, закалки и прокатки металла до получения листовой стали многие курсанты запомнили хорошо. Мужчина не был навязчив в своих размышлениях, излагал свои мысли просто и доступно. Именно это и нравилось курсантам.
Весной, после экзаменов за 1-й курс из училища бежал Костя Кондрашов, решивший, что учиться ему не под силу. Костю задержали, судили и дали год тюрьмы за кражу обмундирования, которое было на нем. Несмотря на 1949-й год в стране еще действовали законы военного времени, и Косте могли приписать дезертирство. Костя попался на вокзале. Военный патруль арестовал мальчишку во флотской форме и доставил в комендатуру. После выяснения личности, его пытались отправить обратно в Ораниенбаум, но он категорически отказался и поэтому попал в эту историю.
Блог Ровбут Михаила ОлеговичаЛ О М О Н О С О В С К О Е Мореходное училище ВМФ (Краткий исторический очерк)
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Содержание:

Введение

Глава I. Создание училища
Глава II. Становление учебного процесса
Глава III. Учебная база вспомогательного флота ВМФ
Глава IV. Совершенствование ЛМУ ВМФ
Глава V. Развитие Вспомогательного флота
Глава VI. Образование морского колледжа
Глава VII. Перелом
Глава VIII. Катастрофа
Глава IX. Что потеряли, и что нашли?
Глава X. Шестьдесят пять лет спустя
Приложение:
-командный состав ЛМК ВМФ
-судоводительский цикл;
-судомеханический цикл;
-радиотехнический цикл;
-электромеханический цикл




Введение

Ломоносовское Мореходное училище ВМФ (в настоящее время Ломоносовский морской колледж ВМФ) создавалось в тяжелых послевоенных условиях. Страна нуждалась в квалифицированных специалистах во всех направлениях жизни и деятельности государства. В октябре 1946 года отдел плавсредств и гаваней был выведен из состава Главвоенпорта и переименован в Управление вспомогательных судов и гаваней (УВСГ) с подчинением начальнику Тыла ВМС СССР. На флотах и флотилиях были созданы отделы, которые сокращенно назывались ОВСГ. В состав отделов на каждом флоте вошли бригады и дивизионы судов, задача которых состояла в обеспечении боевых кораблей транспортными операциями по доставке топлива, продовольствия, воды, вооружения.
Флот обеспечения состоял из разношерстных судов оставшихся после войны и полученных по репарации немецкого флота. В состав УВСГ входили как военные, так и гражданские специалисты (вольнонаемный состав). Многие судоводители и судомеханики, несмотря на огромный жизненный опыт, не имели достаточных знаний для дальнейшей работы на судах обеспечения. Именно поэтому у командования ВМФ возникло предложение создать специализированное учебное заведение, дающее хорошую специальную подготовку.
Учитывая опыт прошедшей войны, командование понимало, что будущие капитаны и судомеханики должны представлять собой резерв, который может быть призван для службы на военные корабли. С этой целью в состав учебного заведения был включен Военно-морской цикл, который имел право после стажировки на боевых кораблях представлять выпускников к воинскому званию техник-лейтенант.
В результате в Ломоносове (Ораниенбауме) было создано единственное в СССР (Российской Федерации) учебное заведение гражданского профиля, ориентированное на морские транспортные перевозки в интересах Военно-морского флота.
За 65 лет своей деятельности Ломоносовской Морской колледж подготовил тысячи специалистов для Вспомогательного флота ВМФ, который не потерял своей актуальности и в настоящее время. О том, как происходило формирование училища, и подготовка специалистов кратко изложено в данном историческом очерке.
В работе над текстом участие принимали:
Алепко Игорь Григорьевич – выпускник 1953 года;
Маина Владимировна Матузко – начальник Общетехнического цикла;
Савкина Тамара Георгиевна – бывший методист училища




ТОРЖЕСТВЕННОЕ И КЛЯТВЕННОЕ ОБЯЗАТЕЛЬСТВО

Лиц, работающих по вольному найму в частях, учреждениях и заведениях ВС СССР

Я, гражданин Союза Советских Социалистических Республик, поступая по вольному найму на службу на службу в Вооруженные Силы СССР, торжественно и клятвенно обязуюсь строго хранить военную и государственную тайну, соблюдать все установленные законом и военными властями порядки, добросовестно и честно выполнять все возложенные на меня обязанности.
Я обязуюсь все приказы и распоряжения моих прямых начальников выполнять в точности и аккуратно, наряду со всеми военнослужащими
Я обязуюсь добросовестно и неустанно изучать и совершенствовать порученное мне дело в интересах развития и укрепления Вооруженных сил Союза ССР.
Я обязуюсь всемерно беречь военное и народное имущество и до конца быть преданным своему народу, Советской родине и Советскому правительству.
За нарушение этого моего Торжественного и клятвенного обязательства я заслуживаю суровой кары советского закона и презрения трудящихся.

Утверждено Указом Президиума ВС СССР от 10 июня 1947 г.




Ломоносовский Морской колледж имеет З Н А М Я. Знамя есть символ чести, доблести и славы. Оно является напоминанием каждому военнослужащему, курсанту, вольнонаемному персоналу о его принадлежности к Военно-морскому флоту Российской Федерации.


""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.


27 апреля 1946 года заместитель Главнокомандующего ВМС адмирал флота И.С.Исаков подписал приказ о формировании Мореходного училища Военно-Морских Сил для подготовки командного состава судов вспомогательного флота. Местом дислокации был выбран город Ораниенбаум.




ПРИКАЗ

Главнокомандующего Военно-морскими силами СССР

27 апреля 1946 г. г. Москва № 23

Содержание: О формировании мореходного училища ВМС по подготовке кадров командного состава для вспомогательных судов ВМС.
1. Учитывая потребности в командных кадрах специалистов штурманов, механиков и гидротехников для вспомогательных судов и гаваней ВМС, и руководствуясь Постановлением Государственного Комитета Обороны № 9700сс от 24 августа 1945 года, сформировать к 1 сентября 1946 года Мореходное училище ВМС.
2. Установить, что Мореходное училище является средне-техническим учебным заведением ВМС закрытого типа с 4-х летним сроком обучения.
3. Подчинить Мореходное училище начальнику Управления Кадров вольнонаемного состава ВМС.
4. Утвердить следующие профили подготовки в Мореходном училище ВМС с контингентом на 1946 год:
а) судоводительская специальность – 50 человек;
б) судомеханическая специальность – 75 человек:
- судовых паросиловых установок – 50 человек;
- судовых двигателей внутреннего сгорания (дизелистов) – 25 человек.
в) гидротехническая специальность – 25 человек.
……………………………………………………………………………………………………..
12. Укомплектовать штат Мореходного училища руководящим, преподавательским и обслуживающим составом.


Заместитель ГК ВМС Адмирал флота И.Исаков



Глава I. Создание училища

1.1. Они были первыми

Здание Ломоносовского морского колледжа ВМФ вытянулось вдоль улицы Красного Флота. Улица возникла в конце XIX века и была названа в честь владельца дачных участков И.П.Илимова. В план Ораниенбаума улица вошла только в 1918 году. До этого времени на восточной части улицы были построены отдельные деревянные дома, окруженные огородами местных жителей. Узкая дорога, выходящая вдоль естественного оврага к Дворцовому проспекту, послужила прообразом будущей магистрали, в которой нуждался развивающийся город. Именно здесь на перекрестке с Александровской улицей в конце 30-х годов было построено трехэтажное каменное здание для гидротехнического отдела Балтийского флота. Здание сгорело во время войны, но именно оно послужило основой для создания военного городка, который в дальнейшем был застроен зданиями ЛМУ ВМФ.

В конце сентября 1946 года инженер-капитан 1 ранга Рагушенский Е.Ф.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.


получив предписание о назначении начальником Мореходного училища ВМС, попрощался с товарищами по службе в Москве и направился в Ленинград. Ему хотелось прибыть немного раньше срока, проставленного в предписании, чтобы познакомиться с обстановкой, представиться командованию Тыла КБФ, командиру Ленинградского Военного порта и познакомиться с руководством Морской инженерной службы (МИС). Вместе с ним приехали: майор интендантской службы Абельян Г.Б., назначенный начальником материально-технического отдела и капитан интендантской службы Гоцуляк И.К. - начальник финансовой службы. Рагушенского принял начальник Тыла КБФ генерал Москаленко Митрофан Иванович, который сообщил, что под формируемое училище передали трехэтажное каменное здание, разрушенное в период войны и ранее принадлежавшее конторе по ремонту гидротехнических сооружений КБФ. Силами УНР-82 здание начали восстанавливать под учебный корпус. Вместе с офицерами в Ленинград прибыл старший матрос Ярцев Н.А. – старший писарь еще не существующего строевого отдела и повар Е.А.Филимонова.
Приказ № 1 от 1 октября 1946 года гласил: «В исполнение обязанностей начальника Мореходного училища ВМС, формируемого в г. Ораниенбауме, вступил».
19 октября 1946 года приказом Морского министра было утверждено штатное расписание, которое предусматривало организационную структуру будущего училища: наличие управления и учебных отделений. Численность военнослужащих предусматривалась 26 человек, вольнонаемных – 142, курсантов – 325. Училище подчинялось начальнику отдела Труда и Кадров ВМС.
Приказ № 2 от 29 октября 1946 года свидетельствовал, что капитан 1 ранга Рагушенский Евгений Федорович, вступил в должность начальника училища на основании приказа ГК ВМС № 01278 от 29.10.1946 г.

Евгений Федорович Рагушенский 1893 года рождения, русский, член ВКП(б) в 1917 году окончил Петроградское Мореходное училище и получил специальность судового механика. В том же году его направили в Школу унтер-офицеров, которую он успешно окончил, получив образование военного моряка. Служить в царском флоте довелось не долго. Началась Гражданская война. Молодой моряк принимал участие в подавлении Корниловского мятежа, участвовал в ледовом переходе кораблей Балтийского флота из Хельсинки в Кронштадт в 1918 году. Потом судьба закинула его на юг на Азовскую флотилию, где он исполнял обязанности инженер-механика Мариупольского военного порта. 20-е годы были полны перемен, требовались специалисты-механики. С 1921 по 1926 год он исполнял обязанности помощника начальника отдела маячной службы Черного моря. В 1927 году он заведовал мастерскими, а в 1931 уже был в должности начальника производственно-планового отдела Гаваней и портов Черного моря. Командующий Черноморским флотом Иван Кожанов и начальник Севастопольского порта Константин Душенов относились к Рагушенскому как к грамотному специалисту. В 1933 году Евгения Федоровича направили на учебу в Военно-транспортную академию РККА, которую он успешно окончил в 1937 году. Выпускников академии ценили. Воинское звание – военный инженер 1 ранга Рагушенскому было присвоено в 1938 году. Евгений Федорович окончил факультет путей сообщения и специализировался по морским гаваням, поэтому его назначили в строительное управление РККФ. В 1940-м году в связи с переаттестацией офицерского состава ему присвоили воинское звание инженер-капитан 2 ранга. Обосновавшись в Москве, Рагушенский служит в Наркомате ВМФ в должности инженера по гаваням, а с 1941 года становится главным инженером. В 1941 году образуется Управление вспомогательных судов Тыла и гаваней ВМС. Работы много. С началом войны потеряны военные порты на Балтике и Черном море. Рагушенский ездит в командировки на Север, где строится порт на Северной Двине и принимает участие в его оборудовании для приема судов прибывающих из Англии и Америки. В 1943 году его назначают Главным инженером управления ВС и Г и присваивают звание инженер-капитан 1 ранга. Евгений Федорович гордился не столько орденами «Красной Звезды» (1943), «Отечественной войны» (1946), сколько медалью «XX лет РККА», которую он получил в 1938 году. Орденами «Боевого Красного Знамени» (1944) и «Ленина» его наградили за выслугу лет.
9 декабря 1946 года прибыл заместитель начальника училища по политической части капитан 2 ранга Козлов Марк Федорович, 1901 года рождения, член ВКП(б), образование высшее. Училище создавалось как среднетехническое учебное заведение закрытого типа с четырехлетним сроком обучения. В истории военных учебных заведений нечто похожее уже было. Морское училище, которое до революции готовило офицеров флота России, тоже было средним и закрытого типа.
С самого начала деятельности ЛМУ Рагушенский установил строгий уставной порядок. На всех курсантов в полной степени распространялись требования общевоинских Уставов, вплоть до наказания с содержанием на гарнизонной гауптвахте. Особенно нетерпимо Рагушенский относился к различным утратам и разбазариванию социалистической собственности.
В ноябре 1946 года училищу передали деревянный дом, который стоял на Ленинской улице под № 16. С домом решили не спешить, потому что требовалось заниматься набором курсантов, поиском преподавательского состава и искать место для проведения учебных занятий. Такой дом нашли на Александровской улице. Он не сохранился и сгорел в 2008 году.

1.2. Формирование управления

В конце января 1947 года в училище для прохождения службы прибыли: майор медицинской службы Симанков Василий Афанасьевич, инженер-капитан 2 ранга Елацков Алексей Алексеевич, инженер-майор Фридлянский Залман Гелимович, подполковник Г.В.Панго, подполковник Н.К.Алексеев, капитан И.П.Коробко. Прибывших офицеров и преподавателей размещал комендант Федоров М.Ф., который вел домовую книгу в доме 16/1 по улице Ленинская.
Инженер-капитан 2 ранга А. Елацков, назначенный начальником учебного отдела, немедленно приступает к организации учебной части, хотя еще нет учебного корпуса. С этого момента Алексей Алексеевич становится правой рукой Е. Рагушенского. В училище образуются три самостоятельных отдела: Судоводительский, Судомеханический и Гидротехнический. Самым многочисленным по числу планируемого набора курсантов должен стать Судомеханический отдел, который обязан готовить специалистов по паросиловым установкам и двигателям внутреннего сгорания. Первым начальником Судомеханического отдела становится инженер-майор З.Г.Фридлянский.
Заведующим электромеханическим циклом вольнонаемный инженер-механик Е.Н.Никифоров. В командование Гидротехническим отделом вступает подполковник Николай Кириллович Алексеев. Преподаватель цикла ВМП подполковник Г.В Панго., временно назначается на должность начальника строевого отдела.
Начальник учебного отдела инженер- капитан 2 ранга Елацков Алексей Алексеевич, 1912 года рождения, окончил ВВМИУ им Дзержинского в 1937 году, начал службу на ТОФ в должности командира БЧ-5 подводной лодки «М-16». В 1938 году его назначили преподавателем Учебного отряда подводного плавания ТОФ. Во время войны командовал ремесленным училищем плавсостава Тыла ТОФ. Награжден медалью За боевые заслуги, двумя орденами Красной Звезды и орденом Красного Знамени за выслугу лет (1953). Инженер-капитан 1 ранга с 15 июля 1950 года, уволен в запас по болезни в 1959 году. (фото)
Начальники отделов под руководством А.Елацкова приступают к разработке учебных программ. Особое внимание уделяется учебной практике. Опыт работы, полученный Елацковым в учебном отряде во время службы на ТОФе, позволяет создать примерную структуру управления учебным процессом.
В середине марта в училище прибыло очередное пополнение офицеров: капитан 2 ранга С.С.Савин, капитан-лейтенант Д.Ф. Муленко, подполковник и/с Д.С.Петухов– начальник продовольственной службы и старший лейтенант Н.А Грухин. 9 апреля прибывает подполковник Улыбин Андриан Степанович и вступает в должность начальника строевого отдела.
Капитан 2 ранга С.Савин возглавил цикл Военно-морской подготовки. Первыми преподавателями в состав цикла вошли подполковник Г.Панго и капитан-лейтенант Д.Муленко. Рагушенский распорядился найти и подготовить базу для размещения плавсредств училища. Савин направился в Ленинград на прием к командиру Ленинградского военного порта. Мореходному училищу выделили место в Шлюпочном канале порта Ораниенбаум, которая не была занята военными кораблями. Оставалось найти плавсредства.

Савин Сергей Степанович 1909 года рождения, русский, член ВКП(б). Окончил ВВМУ им М.В.Фрунзе в 1931 году штурманский факультет, назначен на Тихоокеанский флот. Занимал должности командира торпедного катера, звена, начальника штаба дивизиона. Находясь на учениях в заливе Де-Кастри, один из торпедных катеров дивизиона налетел на риф и получил пробоину. Савина отдали под суд и уволили из РККФ. В 1939 году судимость сняли, призвали на флот и направили на Черное море. С 1940 года начальник штаба, а затем командир дивизиона ТК. В 1944 году он был назначен в состав союзной комиссии по разделу Румынского флота. Награжден орденами Красной Звезды, Красного Знамени, Отечественной Войны I степени и орденом Ленина (1953). Капитан 1 ранга с февраля 1948 года. С 1952 года – начальник Учебного отдела и заместитель начальника ЛМУ ВМС. Умер 29 мая 1957 года.

16 апреля 1947 года приказом начальника училища № 121 в состав Мореходного училища был зачислен бывший эстонский пароход (военный транспорт ВТ-557) «Тиина», который стоял в гавани Ораниенбаумского военного порта. Транспорт был построен в 1898 году в немецком городе Киль, прошел две войны, чудом избежал гибели и впоследствии был переоборудован в танкер. Капитаном транспорта назначили капитана дальнего плавания Каврайского Михаила Анатольевича из УВСГ Балтийского флота. Капитан и экипаж транспорта были подчинены начальнику цикла ВМП капитану 2 ранга С.Савину. Экипаж состоял в основном из кочегаров. Старый пароход для плавания не годился. На нем работал только один вспомогательный котел, поэтому часть помещений приспособили под общежитие вольнонаемного состава, назначили кока и уборщицу. Для проведения летней практики командование Лен. ВМБ выделило несколько шлюпок, которые переправили в Шлюпочный канал, и паровой катер «К-85». Начальником плавсредств назначили мичмана С.В. Рябова.
К началу апреля 1947 года на довольствии в училище стояло 14 офицеров. Начальника МТО майора и/с Г.Абельяна сменил подполковник В.Д. Грустан. Абельян имел квартиру в Москве и не хотел оставаться в Ораниенбауме.

Прибыл новый начальник продовольственной службы капитан и/с И.Н.Шпак, заменивший подполковника и/с Д.Петухова, который убыл для дальнейшего прохождения службы в Петергоф для прохождения службы во ВВМУС им. А.С.Попова. Таким образом, костяк управления училищем сложился, и можно было приступать к набору курсантов.

1.3 Первый и второй наборы курсантов

С 12 февраля по 6 марта 1947 года был произведен первый набор курсантов на Судоводительское, Судомеханическое и Гидротехническое отделения. Приемную комиссию возглавил Рагушенский, назначив заместителем А.Елацкова. В состав приемной комиссии вошли: капитан 2 ранга М.Козлов, майор медицинской службы В.Симанков, преподаватель математики Куликов, преподаватель русского языка и литературы Бочарова, представитель Городского отдела народного образования по проверке знаний Конституции СССР - Красавина и представитель Управления Кадров вольнонаемного состава инженер-майор Васильев. Приказом № 131 от 11 февраля 1947 года комиссия должна была закончить работу к 28 февраля. По завершению работы предусматривалось произвести строевой расчет, распределить курсантов по взводам и отделениям и поставить на котловое довольствие.
Кандидатов в курсанты прибыло много. Это были молодые люди из Ленинграда, Кронштадта, Московской области, Севастополя. Из Ораниенбаума заявления подали: Масягин Ю.А., Вачунин В.И., Петров Е.П., Иванов П.С., Мазепа И.Е. Среди курсантов первого набора преобладали демобилизованные участники Великой Отечественной войны (Андреев, Бибиков, Вицко, Волынец, Кособрюхов, Кукушкин, Сальников, Рагушенский и др.) Многие абитуриенты имели по нескольку боевых орденов. По результатам работы мандатной комиссии сформировали две учебные роты. Первая рота Судоводительского отдела состояла из двух взводов (групп) в количестве 46 человек. Вторая рота Судомеханического отделения состояла из взвода курсантов паросиловиков и взвода будущих специалистов по двигателям внутреннего сгорания. Подготовительная группа стала пятой по счету. Общее число судомехаников составило 47 человек. Командиром первой роты временно назначили начальника плавсредств мичмана Рябова, а второй роты - начальника Судомеханического отдела инженер-майора З. Фридлянского. Помощников командиров взводов нашли из числа курсантов, прошедших военную службу. Курсанты того времени не были похожи на нынешнее поколение. Это были взрослые люди, которые знали войну не понаслышке. В Мореходку пришли юноши, которые прошли артобстрел, бомбежку и голод. Виктор Волынец 1922 года рождения был самым старшим по возрасту в группе. Старшина роты Андреев имел звание младшего лейтенанта. Во время войны он командовал самоходным орудием и был награжден тремя орденами Красной Звезды. Рассматривая старые фотографии, можно увидеть лица Авербуха, Базияна, Бродского, Гомана, Гмызова, Гусакова, Гулюкина, Дараган, Деревянко, Дробышевского и других молодых людей, которые решили связать свою судьбу с морем.
Образовавшийся недобор в количестве 21 кандидата решили прикрыть подготовительной группой, которая предусматривалась приказом ГК ВМС № 23 от 7 апреля 1946 года. Кандидаты в курсанты имели образование 7, 8 и 9 классов. За время войны молодые люди забыли то, чему их учили в школе. Начальник учебного отдела А.Елацков считал, что с такими знаниями нельзя допускать кандидатов к изучению специальных дисциплин. Подготовительная группа была сформирована 18 апреля 1947 года. По учебному плану курсанты группы изучали математику, русский язык и литературу, Конституцию СССР, физику, химию и английский язык. К занятиям были привлечены учителя средней школы, которых нашли в Ораниенбауме: В.А Бренев. – физика; М.К. Дьяконов и В.П Карпова – история СССР; Пекарская – математика.
Кроме общеобразовательных дисциплин, будущим курсантам следовало пройти общевойсковую подготовку, изучить Уставы, привить навыки морской практики. После завершения учебы в подготовительной группе предполагалось провести экзамены и зачислить кандидатов курсантами училища. Задачи морской практики решал цикл ВМП. Подполковник Г.Панго и капитан-лейтенант Д.Муленко занимались с курсантами навигацией, изучением устройства шлюпки, учили вязать морские узлы и т.п.. Строевые занятия проводили командиры рот. Они же преподавали общевоинские Уставы и оружие.
Муленко Дмитрий Федорович зачислен на должность преподавателя военно-морского дела 15 марта 1947 года на основании приказа ГК ВМС № 01553 от 31.12.1946 г. Он поступил на службу в РКККФ в 1933 году. Окончив Военно-морское артиллерийское училище имени ЛКСМУ, Дмитрий Федорович направился на Дальний Восток, где был назначен на должность командира береговой батареи. В 1938 году ему присвоили звание лейтенант и направили на монитор «Свердлов». Войну Дмитрий Федорович встретил на канонерской лодке Амурской флотилии. Рисовать он начал с детства. Сначала были простые зарисовки природы, людей, животных. Потом в альбоме появились люди, артиллерийские батареи и фрагменты эпизодов с Корейской войны, о которой мы ничего не знали. В ЛМУ Муленко прибыл с должности начальника отдела боевой подготовки «Главамуррыбпрома. Дмитрий Федорович служил преподавателем цикла ВМП, начальником учебно-лабораторного отдела, старшим офицером строевого отдела. Награжден медалью «За боевые заслуги», орден «Красной Звезды» и «Боевого Красного Знамени После ухода в запас, Дмитрий Федорович длительное время остался в училище и работал в должности лаборанта Судоводительского отдела. фото


25 апреля 1947 года приказом начальника училища № 137 впервые был объявлен суточный наряд внутренней службы. Дежурным по училищу назначался офицер. В состав наряда входили: рассыльный, рабочие по камбузу, дежурные и дневальные по ротам. На разводе дежурный по училищу проверял знания обязанностей согласно инструкции. Назначение суточного наряда позволило повысить уровень организации управления учебным заведением. В конце Еленинской улицы рядом с парком был построен деревянный дом, в котором поселился офицерский состав училища вместе с семьями. В настоящее время этот дом снесен как непригодный для проживания.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Подходящего помещения для размещения курсантов еще не было. Рагушенский распорядился временно поселить часть курсантов Судоводительского отдела на транспорте «Тиина». Другим курсантам отвели подвальное помещении арендованного дома в Ораниенбауме и на втором этаже полуразрушенного здания в поселке Мартышкино. Этот дом передали училищу для капитального восстановления под жилые квартиры офицерскому и преподавательскому составу. В июле месяце начальник Училища связи ВМС генерал-майор Зернов М.А. передал капитану 1 ранга Рагушенскому Е.Ф. двухэтажное здание по проспекту Володарского (ул. Еленинская дом 1) под казарму. Училище связи перебазировалось в Петергоф и больше в нем не нуждалось. Евгений Федорович распорядился срочно начать ремонт, планируя к осени переместить всех курсантов в нормальное помещение.
Здание хорошо сохранилось, хотя требовало ремонта. Печное отопление никого не смущало, хотя и требовало заготовки дров, что накладывало дополнительные обязанности на дежурную службу.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Марк Федорович Козлов скучал по политической работе. Партийная организация, состояла из числа 29 членов ВКП(б) и трех кандидатов. Собрания проводились ежемесячно. Повестка дня определялась решениями ЦК ВКП(б). Однако, судя по протоколам, партийные собрания больше напоминали производственные совещания, на которых обсуждались вопросы строительства учебных корпусов училища и сбережения государственной собственности. Козлов часто повторял слова И.В.Сталина: «… Чтобы привести технику в движение и использовать ее до дна, нужны люди, овладевшие техникой, нужны кадры, способные осваивать эту технику по всем правилам искусства …». Должность секретаря партийной организации считалась выборной. Политический отдел Тыла КБФ решил прислать на эту должность своего человека. Им оказался гвардии капитан Н.С.Яковлев. Фактически он стал заместителем Козлова.
После завершения набора курсантов комсомольцы заявили о своем праве образовать свою организацию. На первом собрании комсомольцы выбрали бюро. На учете стояло 143 члена ВЛКСМ. Наличие партийной и комсомольской организаций позволило, насколько было возможно, укрепить дисциплину, обратить внимание на успеваемость и направить энергию молодежи на решение задач, которые ставила партия, правительство и командование училищем.
В мае 1947 года курсантский состав училища был переведен с транспорта «Тиина» и из подвального помещения в летний лагерь в поселке Мартышкино. В летнем лагере жили в палатках. Для курсантов была установлена жесткая воинская дисциплина. Подъем в 7.00, физзарядка, завтрак и 6 часов занятий. После обеда и короткого отдыха курсанты направлялись на хозяйственные работы и восстановление учебного корпуса №1.
Трехэтажное здание было построено в 1939 году. Оно пострадало во время войны и требовало капитального ремонта. Помощь, которую оказывали курсанты военным строителям, давала положительные результаты. К сентябрю 1947 года были восстановлены перекрытия, сделан потолок и возведена крыша. На третьем этаже приступили к отделочным работам, которые были завершены к началу следующего учебного года. В здании предполагалось оборудовать классные помещения и библиотеку. Отделочные работы на первых двух этажах еще продолжались.
27 мая состоялся прием торжественно-клятвенного обязательства 1-й и 2-й рот курсантов. Мероприятие прошло в торжественной обстановке. Инженер-капитан 1 ранга Рагушенский, прозванный курсантами «Батя», поздравил курсантов с вступлением в ряды вспомогательного флота ВМС, пожелал успехов в учебе, отметил успевающих и по-отечески пожурил отстающих.
В июне и июле продолжались учебные занятия на первом курсе. Одновременно проходила шлюпочная практика. Подготовительная группа занималась заготовкой дров на зиму и покосом травы. За отличную заготовку дров 10 курсантов были премированы по 20 рублей каждый. Курсанты первого курса после занятий направлялись на строительные работы. В августе 1947 года в Мореходном училище была проведена первая экзаменационная сессия. Одновременно со сдачей экзаменов прошел второй набор курсантов. Несмотря на требование начальника Управления Труда и Кадров довести численность обучаемых до 300 человек, во втором наборе зачислили только 125 курсантов. При этом общее количество обучаемых составила 229 человек.
К сентябрю 1947 года ремонт казармы был закончен. В нее вселили курсантов.
К этому времени был введен в строй третий этаж учебного корпуса № 1. Курсанты первого набора проживали в части здания прилегающего к Базовому клубу, обращенного окнами к берегу Нижнего пруда. На первом этаже размещался клуб с кинобудкой и радиоузлом, медсанчасть. На втором этаже оборудовали кубрики с двухъярусными железными кроватями и склад вещевого имущества. Жилое помещение курсанты прозвали «Балтийским вокзалом». Сравнение вызывали воспоминания о зале ожидания, где негде было сесть.
31 октября 1947 года Военно-морской министр и министр Высшего и среднего специального образования утвердили Устав Мореходного училища ВМС. Появление Устава позволило узаконить статус Мореходного училища, как полноправного учебного заведения. Училищу был отведен участок земли вдоль улицы Красного Флота. На территории площадью 4,1 гектара предполагалось построить здания и сооружения для обеспечения работы закрытого учебного заведения. Юридически территория была закреплена за училищем решением Ломоносовского горсовета № 25 от 30 января 1975 года. В дальнейшем право на площадь было узаконено много позже приказом командира Лен.ВМБ № 28 только в ноябре 1988 года.
МеханическийПиво "Флотское"
Пиво - «Флотское»

Я работал на БМРТ «Юхан Лийв» вторым механиком. Это судно строилось в Николаеве.
Два месяца продолжалась приёмка судна, и за это время в машине сложился довольно дружный сплочённый коллектив. Рейс был на Джорджес-банке, где наши промысловые суда ловили селёдку. Мотористами работали Валентин Батухно и Никлой Пучков, а котельным машинистом Толя Панченко.
На приёмке вместе с техническим снабжением я получил молочный бидон на 40 литров.
Что в нём было, я уже не помню, но он стоял у меня в кладовой, где были инструменты, всевозможные запасные части и расходный материал.
Мне нравилось это место. Здесь я соорудил себе небольшой столик, закрывал двери, чтобы поменьше было шума, и сидел за импровизированным столом, писал отчёты, проверял инвентарные книги. Всё это происходило во время несения вахты.
Время вахты проходило незаметно, а заодно выполнялись текущие дела второго механика по судовой отчётной документации.
Однажды я что-то искал из запасных частей и мне помешал бидон, который стоял в дальнем углу кладовой. Он был пуст, и я всегда легко отодвигал его в сторону.
Но в этот раз эту операцию сделать мне не удалось. Бидон не хотел отодвигаться и подавал признаки того, что он чем-то заполнен.
Я решил открыть крышку, и когда она приподнялась, то мне в нос шибануло острым хмельным запахом. Присмотревшись, я увидел, что бидон на две трети заполнен тёмно-бурой жидкостью. Зачерпнувши из бидона кружкой, удостоверился, что там находится закваска для пива. Процесс брожения только начался, и у меня было достаточно времени дл выяснения: «Кто и когда заполнил бидон и оставил его в кладовой для «созревания?».
За несколько дней до обнаружения этой находки ко мне несколько раз обращался мой старший моторист Валентин Батухно:
- Николаевич, дай ключи, надо взять тонкий паронит на прокладку!
- Возьми, паронит лежит на верхней полке!
И такие просьбы повторялись несколько раз в течение последних трёх-четырёх вахт.
То какой-то спецключ взять, то материал прокладочный, то тонкую наждачную бумагу.
Я всегда доверял ключи своему мотористу и ходил с ним в кладовую в исключительных случаях. Кроме него ключ доверялся судовому токарю, а остальные члены машины посещали это «святое» место только в сопровождении второго механика.
Во время вахты мы довольно часто обсуждали вопрос изготовления пива в морских условиях и «знатоки» уверенно щеголяли своими знаниями в этом вопросе.
Единственно, что всегда вызывало сожаление, и вырывалась реплика у Валентина:
- Надо было бы в Николаеве прихватить десяток пачек мальтозы, вот и были бы с пивом!
На эту реплику сыпались возражения, типа:
- Да, было бы неплохо, а где же запаришь для брожения? Нужна хорошая ёмкость!
- Лучше бы использовать бидон, литров на 40-50, да где его возьмёшь?
Я слушал все эти разговоры, и мне даже в голову не пришла мысль, что все эти намёки делались для прощупывания почвы, потому что они уже давно присмотрели этот молочный бидон. Теперь нужно было прозондировать, как к этому относится второй механик и приступать к делу. В предыдущих рейсах мы изготавливали пиво из мальтозы, а из соков, которые получали в 3-х литровых банках, готовили «вино». Для этого туда нужно было бросить в банку сока пригоршню проса и ждать, когда «вино» созреет.
Если честно, то меня не нужно было бы уговаривать изготовить пиво, а мотористы почему-то постеснялись предложить, и решили «запарить» пиво без меня, а сообщить
об этом потом, когда оно созреет.
Но меня обидело то, что они меня не информировали, а решили преподнести сюрприз.
Отсюда и походы за инструментом, паронитом и прочим в кладовку второго механика.
Когда я всё это проанализировал, то мне стало забавно и смешно: «А как же теперь они будут себя вести? Они ведь не догадываются, что я обнаружил их «закваску»!».
В течение вахт следующих дней было несколько попыток взять у меня ключи и наведаться к заветному бидону, но я постоянно ходил туда вместе с ними.
Они брали то, что им было нужно и страстными взглядами смотрели на бидон, ласково
к нему прикасались, но не двигали, а мне было так смешно, что я еле сдерживал себя, чтобы не рассмеяться. Я уже знал из их же рассказов, что пиво ещё не готово, и ждал срок его вызревания с неменьшим вожделением, чем мои мотористы и кочегар.
Немного о рецепте приготовления.
Это процесс, посредством которого в определённую ёмкость заливают воду, температурой до +75 градусов Цельсия, добавляют солод (или уже готовый солод-мальтозу).
Затем в сусло добавляют хмель, придающий пиву приятную хмельную горечь и аромат!


Хмель обыкновенный
Используются высушенные шишки соцветия женских растений хмеля или специальный гранулированный хмель. Присутствие хмеля благотворно влияет на биологическую стойкость и пенность пива.
Мои предприимчивые мотористы запаслись всеми этими ингредиентами и заквасили пиво по полной классической схеме. Единственно они не учли, что не проинформировали об этом своего второго механика.
Затем сусло охлаждается и немного насыщается воздухом для роста дрожжей на стадии брожения - для этого они и бегали в кладовку.
Брожение проходит в герметичной ёмкости, и через несколько дней, когда брожение совсем закончится, молодое пиво разливают по бутылкам, добавляют сахар или мёд, закупоривают и оставляют дображивать.
Не знаю, собирались ли они разливать пиво по бутылкам, но то, что оно получилось великолепным, я узнал один!
В положенное время, во время вахты, потом после вахты и в течение всего времени до следующей вахты я дегустировал домашнее пиво, которое получилось отменного качества. Вкусом, крепостью и ароматом оно не уступало лучшим образцам берегового производственного пива! Мои мотористы подозрительно переглядывались и не понимали моего весёлого настроения, а жаль!
Хотя и хорошо было пить этот прекрасный напиток, но я превратил его через несколько часов в обыкновенную пивную барду, плеснув в молочный бидон столько чистой воды, сколько выпил пива!
Было жалко напитка, жалко ребят, но мне захотелось немного их проучить, ведь я не знал тогда, что они собирались мне об этом сообщить в конце созревания, а я их опередил!
Теперь пришла моя очередь наблюдать, когда они на следующий день снова попросили у меня ключи от кладовки. И я им не отказал!
Видел ли кто-нибудь таких уморительных физиономий как у моих мотористов, я глубоко сомневаюсь. Удивление, возмущение и недоумение - всё смешалось в одном флаконе, или в одном молочном бидоне!
Вида я не подавал, но меня буквально распирало от смеха, и я выбежал на палубу, чтобы там разрядиться. Мне хотелось признаться и рассказать ребятам, что технология приготовления пива была выше всяких похвал, но сработала система предохранения.
Такое признание грозило мне самыми неприятными последствиями.
Выручило меня то, что я проиграл ситуацию и через несколько дней, словно мимоходом, спросил:
- Да, мужики, хорошо бы пивка попить, у меня и бидон есть для этого подходящий!
- Николаевич, что же ты молчал, ведь у нас есть мальтоза и хмель, только не решались тебе об этом сказать!
- Хорошо, давайте запаривайте своё пиво, да не трубите об этом по всему судну!
Видели бы вы, с каким энтузиазмом, старанием и тщательностью происходила эта работа.
Возможно первая «неудача» с пивом внесла какие-то подозрения, но они ничего не поняли. Зато вторая, а потом и другие запарки пива дали отменные результаты.
Пиво получалось хорошего качества, но мне казалось, что первый вариант был самый вкусный!

Анатолий Акулов
AkulovA +1 1 комментарий